While I'm Still Here (ЛП)

- Он сказал, что если я продолжу возиться с тобой, то подхвачу от тебя заразу и тоже стану педиком, хотя по его мнению, я уже это сделал.

Я ненавидел все это. Я хотел стать свободным и уехать вместе с Джерардом в Нью-Йорк, где мы были бы далеко от всего того дерьма, которое мы бы оставили в этом городе.

Внезапно я вспомнил слова Колина – он не хотел, чтобы я прикасался к нему, как будто гомосексуалисты распространяют какой-то страшный вирус. Единственное, чем можно было заразиться, будучи геем, насколько я знал, это болезни, передающиеся половым путем, которые реально подхватить от любого человека. И это бесило меня. К тому же я чувствовал себя куском дерьма из-за того, что в их семье велись разговоры обо мне, и складывалось ощущение, что я вдруг стал корнем всех их проблем.

Возможно, я действительно им был. Ведь в какой-то степени Джерард тоже стал причиной конфликта между мной и моей мамой. Она, казалось, прониклась к нему симпатией после первой встречи, но стоило мне только завести с ней тот самый разговор о переезде, как в воздухе опасно повисло напряжение, которое не проходило до сих пор. Я никогда не был особо близок с матерью, но тот факт, что она разрушила мои мечты, уничтожал малейшую возможность наладить между нами отношения. Быть может, я и сам был таким же камнем преткновения в семье Джерарда.

- Прости, что вношу разлад в твою семью.

- Фрэнки, не говори так. Это, блять, не твоя вина.

- Но если они знают, что… что я гей, и они не хотят видеть тебя рядом со мной… то тогда это моя гребаная вина.

- Просто они нихрена не понимают. Мама сказала, что я должен перестать проводить с тобой столько времени и начать подготавливаться к отъезду в Нью-Йорк.

- А что тебе нужно делать?

- Да ничего! Просто упаковать вещи! Но мы не будем говорить об этом, - процедил он сквозь сжатые зубы. - И я уверен, что она обо всем догадывается, потому что, не знаю… Она постоянно задает эти свои неловкие вопросы про тебя…

Неловкие?

- Например?

- Ну, на днях она подошла ко мне на кухне и спросила «Ты сегодня куда-нибудь собираешься?». Я ответил, что как обычно поеду к тебе, на что она сказала: «Вы, мальчики, довольно близкие друзья, не так ли?», и я видел, что она говорила это с определенным намеком, потому что поверь мне, моей маме всегда было плевать на моих друзей. А потом она окинула меня этим взглядом, знаешь… Когда твоя мама что-то намертво вбивает себе в голову и ее уже бесполезно переубедить? Но я просто пожал плечами и сказал: «Да, мы лучшие друзья».

- И… что с этим не так? – спросил я, надеясь, что их разговор не привел к каким-то страшным последствиям. Я вообще хотел бы избежать этой темы, потому что знал, как Джерард ненавидел свою мать.

- То, что она блять думает, что мы вместе! Она сказала: «О, я вижу. Знаешь, ты можешь признаться мне, если вы двое больше, чем просто друзья. Ты очень много с ним общаешься, Джерард». Что за фигня! Почему это обязательно должно значить, что мы трахаемся. Я черт возьми не могу понять, почему она не в состоянии принять тот факт, что мы просто друзья.

Я громко сглотнул, пытаясь протолкнуть вставший в горле ком.

- Что ты ей ответил?

- Я только покачал головой и ушел. Наверно, это было не самое лучшее решение, потому что я своим поведением лишь в очередной раз подтвердил ее якобы очевидную правоту. Блять.

- Но она никогда не спрашивала напрямую, нравятся ли тебе парни?

- Нет, Фрэнки, – нетерпеливо вздохнул Джерард. – Она расспрашивала меня о тебе всю прошлую неделю, и это ужасно раздражает. Она постоянно упрекает меня в том, что единственное, о чем я говорю – это ты, например, за обедом или в другое время, и думает, что я вероятно зашел слишком далеко.

Он разговаривает обо мне? С ними?

- Но о чем я блять еще могу говорить, если все, что их интересует, это куда я езжу и чем там занимаюсь? Я абсолютно уверен, что они с облегчением выдыхают, когда меня нет дома. И конечно же я сваливаю оттуда при каждой возможности, потому что я ненавижу это место – я просто не могу находиться с этими людьми в одном помещении. Отстой… Так что мама постоянно спрашивает о наших с тобой отношениях, и ладно, я признаюсь, я всегда говорю, что провожу время только с тобой, но господи, почему она блять не может просто понять, что ты не мой, эм… не мой парень. А потом подключается Гэри, когда мама вдоволь наслаждается этой темой и успокаивается, он как будто испытывает эту долбанную необходимость продолжать разговор. Он все время заваливает меня своими гребаными вопросами или замечаниями. О, какой же он придурок! Однажды он сказал: «Знаешь, если ты начнешь встречаться с парнем, твоей заднице не поздоровится». А моя мама даже ничего ему не отвечает! Она просто сидит рядом и позволяет ему издеваться надо мной! А еще он как-то раз заявил: «Джерард, я хочу, чтобы ты знал, мы здесь ради тебя, хорошо? Мы заботимся о тебе и не хотим, чтобы ты разрушил свою жизнь, сделав неправильный выбор». И что это блять значит? Дерьмо!

Он казался действительно взволнованным, а я не был уверен, что могу отыскать подходящие слова, способные его успокоить. Но я хотел это сделать, я хотел помочь ему забыть обо всем. Никто из его родителей не был честен и справедлив. И еще хуже было то, что я чувствовал себя виноватым, потому что если бы не я, то на Джерарда бы не повесили ярлык «гей», а сам он не был бы вынужден выслушивать нападки от собственной семьи.

- Я могу доверить тебе тайну? – неожиданно прошептал он, как будто в этих густых зарослях затерялась пара нежелательных ушей.

- Да, - на выдохе произнес я. Мое сердце заколотилось как бешеное, а все тело пронзило горячей волной – он собирается признаться, что хочет меня?

- Ты уверен?

- Да, ты можешь рассказать мне все. Я хочу знать.

- Я не пытаюсь выпросить твоего сочувствия и я не хочу, чтобы ты думал, что должен испытывать ко мне жалость или еще что-то в этом духе. Я просто хочу признаться кое в чем, потому что доверяю тебе как никому другому, - он сделал паузу, коротко вздыхая.

- Джерард, просто скажи мне, - мягко побудил его я, так как дурное нехорошее предчувствие бухнуло где-то в моем животе, словно якорь. Почему я должен испытывать к нему жалость?

- Гэри ударил меня.

- Что?! Куда? О боже, покажи мне. - Мои глаза обеспокоенно забегали по его лицу и шее, потому что это были единственные открытые участки тела. Все остальное скрывалось под толстовкой с капюшоном и обтягивающими джинсами. Я заметил, что эти штаны он надел именно сегодня, их, а не те, что носил обычно. Он оделся так специально? Чтобы скрыть следы от побоев на своем теле?

Но… почему он не сказал мне раньше?

- Нет-нет, ничего серьезного… Просто остался небольшой ушиб… Но он дождался, пока мама выйдет из комнаты и прошипел сквозь стиснутые зубы «лучше бы тебе не быть педиком, мелкий грязный сукин сын», а потом он сказал что-то о СПИДе в его доме, я не знаю…

Я с отвращением покачал головой.

- Когда он тебя ударил?

- Сразу после того, как я сказал ему отвязаться от меня и заниматься своими делами.

- Я рад, что ты, по крайней мере, смог постоять за себя, - ответил я, все еще выискивая на его лице хоть какие-то следы. Но я ничего не замечал, кроме маленького розового пятнышка под его глазом. Когда-то он сказал, что это был лопнувший кровяной сосуд… Вот дерьмо, это тоже сделал Гэри?! – До этого он причинял тебе боль?

Джерард посмотрел на меня испуганным взглядом.

- До сегодняшнего дня – нет.

- Ты уверен? – спросил я, сомневаясь в правдивости его слов.

- Да.

- Ты можешь показать мне, куда он тебя ударил?

- Нет! Черт, я вообще не должен был тебе об этом рассказывать. Я не хочу, чтобы ты меня жалел.

- Дело не в этом, я просто хочу увидеть…

То, что я действительно хотел сказать – это «я хочу увидеть твои ушибы, я хочу поцеловать их все, чтобы облегчить твою боль. Я хочу знать, насколько серьезный он причинил тебе вред, и тогда я смогу отплатить ему сполна за все то, что он тебе сделал». Я хотел, чтобы Джерард чувствовал, что может открыться мне. В какой-то степени данная ситуация мне даже нравилась – он рассказал о том, что творилось в его доме и что он испытывал при этом. Мне нравился этот разговор, который отвел внимание от меня и моих воображаемых проблем.