Иди на Свет (СИ)

- Стаса, так и быть, возьму на себя.

Однако в номере, где поселились парни, мы обнаружили одного только Террана, поэтому, взглядом проводив друзей до лестницы, я вернулась в свою комнату – гулять совершенно не хотелось, а вот побыть в одиночестве – очень. Стоило мне вновь улечься на кровать, как в дверь постучались. Решив, что это вернулся Стас и, не желая оставаться без компании, отправился к нам с Линой в гости, я поспешила открыть дверь. На пороге стоял Альрайен и улыбался. В опущенной, слегка отведённой назад руке он держал какой-то свёрток неопределенной формы. Захотелось захлопнуть дверь прямо перед носом аллира, но, наверное, с моей стороны это было бы малодушно, поэтому я как можно более спокойно спросила:

- Чего тебе надо?

- Не желаешь проявить гостеприимство и предложить мне войти? – продолжая невозмутимо улыбаться, поинтересовался Альрайен.

- Не желаю, но моё мнение ведь никогда тебя не волновало. Заходи.

Я чуть посторонилась, пропуская аллира в комнату, и закрыла за ним дверь. И для чего только явился? Чтобы опять проверить мои нервы на прочность? Такими темпами, к сожалению, нервов надолго не хватит. Скрестив на груди руки, я настороженно наблюдала за Альрайеном, ожидая от него очередного подвоха, а он тем временем прошёл внутрь, с интересом осмотрелся и вновь повернулся ко мне.

- Я кое-что принёс для тебя.

Захотелось съязвить, но я сумела сдержать этот порыв, продолжая молчаливо взирать на Альрайена. Мой холодный взгляд ничуть не смутил аллира, который с завидной невозмутимостью и всё той же лёгкой полуулыбкой на губах протянул мне свёрток.

- Мне ничего от тебя не нужно, - сказала я, стараясь изобразить равнодушие, что было весьма непросто при вдруг разыгравшемся любопытстве.

- Тебе что-нибудь мешает просто взглянуть?

Немного замешкавшись, я пожала плечами и всё-таки взяла свёрток, оказавшийся довольно лёгким. Развязав мешок из грубоватой ткани, я обнаружила в нём несколько листов белой бумаги, пару простых карандашей и даже небольшой набор масляных красок с кистями. Внутри что-то дрогнуло, я подняла ошарашенный взгляд на Альрайена – тот внимательно наблюдал за мной. Ну почему я сказала, что мне от него ничего не нужно?! А теперь проклятая гордость не позволит принять подарок! Но боже, как хотелось это сделать. Прижать драгоценный свёрток к самому сердцу и никогда его не отпускать. Сделать чёрно-белый набросок, подержать в руках маленькие разноцветные баночки, испробовать новые кисти, наполнить рисунок живыми красками… Но я сказала, что ничего не возьму! Чёрт, что же теперь делать? Почему я такая дура? Лишиться столь прекрасного дара из-за глупой гордости. Невыносимо!

- Я хочу, чтобы ты что-нибудь для меня нарисовала, - мягко сказал Альрайен.

Я внимательно посмотрела аллиру в глаза, пытаясь понять, о чём он думает, однако по взгляду невозможно было разгадать ни единой эмоции. Отразились ли все терзания на моём лице? Знал ли Альрайен о том, что я чувствовала и в какой тупик себя загнала? Произнёс ли он эту фразу специально, чтобы я смогла позволить себе принять подарок? Ведь теперь мне ничего не мешает согласиться и просто что-нибудь нарисовать для него, а потом невзначай оставить краски у себя, не наступая на горло собственной гордости. Но если Альрайен устроил всё это специально, то для чего? Почему он сделал мне подарок, а потом помог его принять? И сейчас он не торопил меня, спокойно ожидая ответа.

- Есть определенные пожелания? – наконец спросила я.

- Полностью полагаюсь на твой вкус.

- Что ж, хорошо…

Очень пригодился стол, на который я и выгрузила содержимое мешка. По обыкновению решила начать с карандашного наброска, если он удастся, то краски добавить не составит особого труда. Большую часть моей коллекции занимали портретные изображения Тэана, однако были и пейзажи, которые я видела во сне. Намного реже я рисовала то, что окружало меня в реальном мире. Решив на этот раз не отходить далеко от привычного стиля, я остановилась на портрете, только рисовать собралась Альрайена. В то же время это был своеобразный способ поблагодарить его, ведь произнести простое «спасибо» я не могла.

Пока я разбиралась в оказавшихся в моём расположении инструментах для рисования, Альрайен устроился в кресле и, положив подбородок на согнутую в локте руку, задумчиво наблюдал за моими действиями. На мгновение мелькнула мысль, что это занятие доставляет ему некоторое удовольствие, но я быстро отбросила данное предположение, посчитав его совершенно бредовым.

- Тебе придётся позировать, - сообщила я, подняв взгляд на аллира.

Альрайен приподнял одну бровь, но это было единственным проявлением его удивления.

- С удовольствием.

- Отлично, - кивнула я и устроилась за столиком боком, так, чтобы удобно было рисовать и в то же время смотреть на Альрайена.

На несколько часов реальность растворилась в дымке, перестав для меня существовать, как было каждый раз, когда я с головой погружалась в творчество. С приближением работы к концу вновь возвращались мысли, медленным потоком вливаясь в сознание. Упиравшийся в скулу кулак придавал Альрайену задумчивый, слегка отстранённый вид. Синие глаза смотрели вдаль, но в то же время создавалось странное впечатление, будто взгляд аллира пронизывал меня насквозь. Казалось, Альрайен сейчас витал где-то в другом месте, но не один, а вместе со мной. Этот взгляд, идеальные черты, словно фарфорового, лица, тонкие изящные пальцы, видневшиеся из-под длинного синего рукава и привлекавшие внимание, - всё это в процессе рисования запомнилось мне в мельчайших деталях. Теперь, даже закрыв глаза, я с лёгкостью могла воскресить образ аллира в своей памяти и воспроизвести рисунок заново, больше не глядя на Альрайена. Холодная красота, внимательно изученная за время рисования, притягивала к себе. Как когда-то в замке Альрайена на вершине самой высокой башни среди белых облаков, захотелось прикоснуться к аллиру и озарить эту величественную красоту своим теплом. И на этот раз никто не держал меня взаперти, никто не заставлял, не принуждал…

Что-то тянуло меня к аллиру, заглушая боль, поселившуюся в груди и так мешавшую дышать. Может, он способен помочь избавиться от совершенно бесполезных, обречённых чувств? Что если впустить его в своё сердце, что если дать ему шанс? Не задумываясь о том, чего он добивается – разве это имеет значение, когда душа рвётся на части от одной только мысли о Тэане? Отвлечься, приглушить боль, спрятать её за другими чувствами. Ведь какая мне разница, чего добивается Альрайен? Удовлетворить с моей помощью своё мужское самолюбие? Пусть. Поиграть с обыкновенной смертной девушкой, которая ничего для него не значит? Пусть. Никакая боль, которую может причинить мне Альрайен, не сравнится с той, что терзает мою душу сейчас. Так пусть новые эмоции, не такие яркие, не такие болезненные, заглушат всё, что я испытываю к Тэану. Может ли Альрайен помочь и пробудить во мне хоть какие-нибудь чувства?

- Я закончила, можешь взглянуть.

Поднявшись со своего места, я взяла в руку рисунок и пересела на кровать, предлагая Альрайену расположиться рядом. Встав из кресла, аллир потянулся, разминая затёкшее тело, после чего, не скрывая интереса, сел сбоку от меня, чтобы взглянуть на результат моего творчества. Я же смотрела на Альрайена, внимательно вглядываясь в его лицо и пытаясь прочитать эмоции. Почему-то очень хотелось, чтобы ему понравилось. Изучающий взгляд медленно скользил по рисунку, огибая, казалось, каждую линию, каждый штрих. Идеальная серебристая прядь упала на лицо аллира. Я поймала себя на мысли, что никогда не дотрагивалась до его волос. Интересно, какие они? Белое серебро, сверкающее сотнями снежинок.

- Не знал, что ты так видишь меня, - с улыбкой произнёс Альрайен, а я вдруг обнаружила, что наблюдала за ним и ждала вердикта, затаив дыхание.

- Как? – растерянно спросила я.

- Ты будто читала мои мысли. Рисунок очень верно отображает меня, - странным завораживающим голосом пояснил Альрайен. – Ты увидела и нарисовала то, чего я сам не замечал до этого момента.