Забота и пропитание для одиноких вампиров (ЛП)

Мистер Краун приподнял элегантную черную бровь и вперился в меня насмешливым взглядом.

- Он пропал.

- О, нет! - воскликнула я, надеясь, что мое огорчение вызвано исключительно заботой о клиенте. - Это ужасно.

- Не о чем волноваться, милая, - сказал мистер Маршан, взяв меня за локоть и провожая к скамейкам из кедра, которые папа установил вокруг каменного очага около розовых кустов. Офелия пристально наблюдала за мной, когда я села, надеясь уловить нервное подергивание или тик.

Но я была эталоном хладнокровия. Во всяком случае, сложность моей работы научила выглядеть бесстрастно, даже когда сталкиваешься со странным, тревожным, в добавок голым человеком, который не может вспомнить, почему уснул в гостиной вампира с головной болью и новой татуировкой. Единственным исключением остается Кэл, который выбивал землю у меня из под ног одним взглядом.

- Когда ты в последний раз была у него дома? - спросила Софи, ее глаза буравили крошечные отверстия в моем лбу, словно она ожидала, что из меня фонтаном польются тайны от ее полнейшей концентрации.

К сожалению, у меня довольно убогие тайны, за исключением той, которая сейчас съежившись сидела под окном наверху.

- В пятницу, - сказала я, глядя на Офелию. Разве ты не спрашивала меня об этом вчера вечером по телефону?

- Сейчас не место задавать вопросы Совету, сейчас место Совета спрашивать, - с досадой проговорил мистер Краун.

Я безрадостно улыбнулась.

- Думаю, вы обнаружите, что мое место - быть весьма вежливой с Советом для дружественного сотрудничества.

На самом деле я не обязана отвечать на вопросы Совета, так как меня не касаются законы вампиров. Я живой, дышащий гражданин США. У меня есть все виды раздражающих гражданских прав.

Мистер Краун фыркнул.

- Просто позвольте Софи с ней разобраться. А следующим пунктом будет урегулирование отношений.

Я пыталась оставаться спокойной, когда чувство страха поползло вверх по позвоночнику. Софи может запросто вытянуть правду из моих уст. А потом Кэла выволокут из моего дома. И тогда мой бизнес рухнет, я потеряю дом и Гиг и окажусь на улице. Будет весьма утомительно перетаскивать все вещи. Быстрая и смертоносная, как кобра, Софи скользнула ко мне. Я закрыла глаза, концентрируясь на запахах, окутывающих меня: пряный сильный запах герани, пьянящая сладость жимолости и розы. Поскольку падение в обморок на глазах окруживших меня вампиров не заявит о " бесхитростном, невинном свидетеле".

- Ты уверена, что это необходимо, Офелия? - нахмурившись, спросил мистер Маршан, когда я позволила Софи подойти на расстояние вполне допустимого социального пространства.

Офелия внимательно рассматривала меня. Я боялась показать хоть какой-нибудь страх, неуверенность, потому что не хотела, чтобы мне выкручивали руку. Невиновные люди не отказываются говорить правду, даже если вынуждены подвергнуться унизительному психическому воздействию. Немного подумав, Офелия кивнула Софи, которая без всякой любезности посмотрела мне в глаза, когда обвила мое запястье своими длинными, холодными пальцами. Я вздрогнула, зная, что в любой момент могу ощутить острую боль от ее таланта. Но кроме сильного дискомфорта в тех местах, где она меня трогала, я мало что чувствовала.

Софи и я в определенный момент озадачились. Ее руки, бесполезно скользили по моей, и она никак не могла как следует обхватить. Она нахмурилась и схватила так крепко, что я пискнула. Это из-за масла герани? У него что же есть неизвестные свойства, помимо вонючего природного средства защиты от жуков? Нет. Погодите. Ослепляющая, дезориентирующая боль. Фильтрующе -калечащие силы Софи готовы к работе.

- Ау! - вскрикивала я, пока рука Софи, словно выжигала мне кожу. Я упала на колени на траву, безвольно выворачивая руку из ее хватки.

- Посмотри мне в глаза, - приказала Софи, в ее голосе не слышалось ни капли притворного очарования. Дыша через боль, я встретила ее взгляд.

Ее радужки почернели, и я тонула в бездонном космосе. Голова стала такой тяжелой, слишком тяжелой, чтобы поднять. Образы вампиров, стоявших около меня, дом - все кружилось в голове, как вещи в торнадо. Яд от мертвой хватки Софи расползался по организму, обжигая руку и доходя до самой груди. Горячие, стальные когти впились в мое горло. В любой момент они начнут вытаскивать из меня слова. Или могли бы? В отличие от предыдущих "бесед" с Софи я чувствовала странную отстраненность от процесса. Не поймите меня не правильно, жгло, как в аду, но я была в состоянии ясно думать сквозь это - словно маленький экскурс в мой мозг, который дает время обдумать слова, прежде, чем их произнести. Я отогнала боль, будто это обычная мигрень, и заставила себя полностью сфокусироваться на вопросах Софи, на словах, слетавших с моих губ. Я могу ясно думать короткий промежуток времени между моим мысленным процессом и пульсирующей горящей кожей.

Я не могу запретить себе говорить правду, но могла удержаться от высказывания лишних деталей. Я могла бы обойти приказ вывернуть мои кишки наружу. Я слышала, как повторяю чистой воды правду о визите в дом Кэла, как прибыла чуть раньше захода солнца, как не заметила ничего странного, когда зашла. И ведь правда, ничего не было. В моем визите не было ничего необычного, пока я не зашла на кухню. Оказалось, я довольно искусная лгунья. Может ли это рассматриваться как один из навыков?

- Ранее ты взаимодействовала с мистером Каликсом?

- Это был мой первый день у него. Я завозила контракты. Он даже не сделал ни один заказ, - сказала я.

- Ты видела что-то подозрительное в доме?

- Разные коробки для переезда и больше ничего, - ответила я.

- Ты знаешь, где сейчас мистер Каликс?

Несмотря на то, что я ожидала вопрос, желание искренне ответить на него меня крайне удивило. Слова подкатили к горлу, как воздушный пузырь. Я чувствовала, как они растягивают мою гортань, пытаясь выйти наружу. Я посылала команды мозгу не говорить им, что он наверху. Скажи, что он переехал в Пакойму, чтобы создать общину для вампиров-вегетарианцев. Скажи им, что он рассматривает операцию по смене пола и хочет поменять имя на Лулу Плешетт. Я взглянула на окно, но Кэла не было видно.

- Я не знаю где он, - сказала я.

Я со свистом выдохнула, когда хватка Софи ослабла на моей руке. Это была правда. Я точно не знаю, где он сейчас. Он мог быть в нише. Мог быть в ванной комнате. Или в подвале. Это все семантика... возможно, мне нужно закончить юридическую школу, когда это все закончится. Софи изучающе смотрела на меня, как будто не совсем мне верила. Если бы я могла контролировать мышцы на лице, то простодушно улыбнулась бы.

- Видишь? - сказал мистер Маршан, предлагая мне платок, чтобы вытереть слюни с моего подбородка. - Она ничего не знает о местонахождении мистера Каликса. Нет никаких причин подвергать ее допросу и дальше.

- Всегда такой мягкий, Вако, - пробормотала Софи.

Я положила руку себе на грудь и причмокнула сухими губами. Они оказались на вкус, как старые монеты или волейбольные наклейки Гиги. Я почувствовала, как кто-то взял меня под локоть и отвел к скамейке, чтобы я села. Удивилась, что это оказалась Офелия, а она пристально меня разглядывала. Я кивнула и слабо улыбнулась мистеру Маршану, протягивая ему смятый платок. На нем была вышита буква "В" и странный маленький белый цветок. Нужно не забыть спросить его о нем, когда снова смогу произносить хоть какие-нибудь гласные звуки.

- Это в последний раз, когда мы обсуждаем данный вопрос, - сказала мне Офелия, ее голос звучал официально и громче, чем нужно было. - Не обсуждай мистера Каликса с кем-либо за пределами офиса Совета. Ты меня поняла? Продолжай вести свой бизнес как обычно.

Мистер Краун и София ушли, не проронив ни слова - сюрприз, сюрприз. Мистер Маршан подмигнул мне, прежде чем отправился к машине, споря с мистером Крауном о надлежащем этикете, связанным с ездой на переднем сидении. Офелия задержалась, ее взгляд был прикован к окну. Не взглянув на меня, она произнесла: