Время быть счастливой

– Спасибо, – поблагодарила она, с признательностью глядя на собеседника.

– Я не хочу, чтобы пострадала его репутация, – вздохнул Арчи. – Он – хороший работник. И для издательства было бы неправильным потерять его. Но если ситуация повторится, он больше нигде не найдет себе место.

Дина облегченно вздохнула.

Ну вот. Очередной рубеж позади.

Остаток вечера она была непринужденной и смогла немного растормошить своего спутника, поглощенного своими проблемами…

Они простились, как только покинули ресторан. Каждый сел в свою машину и уехал.

Арчи спешил домой. Он договорился, что Эмили дождется его, и торопился отпустить ее. А еще ему не терпелось увидеть сына.

Джош сильно изменился с того момента, как он забрал его у Бренды. Малыш стал более замкнутым, мало смеялся. Иногда он просыпался и плача звал маму.

Арчи решил отвести его к Китти, дела у которой шли на поправку. Однако, войдя в палату и увидев ее, Джош вцепился в отца, словно боялся, что у него отнимут и этого близкого человека.

Китти он явно не признал.

Коэн водил сына к специалисту, но тот лишь развел руками.

– Всему свое время, – заметил эскулап. – Мальчик пережил слишком сильный стресс. Сначала авария, затем разлука с женщиной, которую он считал своей мамой. Слишком много навалилось на него в последнее время. Имейте терпение…

Арчи отказался от предложенного курса лечения для Джошуа, так как считал, что сын сам постепенно придет в себя.

Но шли дни, а Джош продолжал капризничать. Даже Эмили, которая раньше всегда справлялась с ним, теперь с трудом дожидалась возвращения Арчи с работы. Джошуа признавал только отца, с радостью выбегая из детской и семеня к нему, едва слышал, как хлопала входная дверь. Для годовалого ребенка он был очень развит. И взгляд его карих внимательных глаз порой, казалось, прожигал насквозь, настолько много в них было понимания и какой-то житейской мудрости…

Однако в остальное время, когда Арчи не было рядом, Джош, словно разбойник, не давал никому спуску. Эмили ничем не могла заинтересовать его. Как ни старалась, девушка вынуждена была признать, что ее умения не хватало для того, чтобы поладить с этим не в меру капризным ребенком, в которого превратился некогда любивший ее Джошуа.

Коэн понимал, что ситуация на пределе. Он совершенно не знал, как поступить.

Масла в огонь добавил детектив, к которому Арчи пришел, чтобы расплатиться.

– Бренда Донован на самом деле получила травму головы и ничего не помнила, – заметил Дэвид, разбираясь с бумагами и мельком взглянув на Арчи. – Когда она очнулась в клинике, все сложилось таким образом, что ее приняли за мать Джоша, и она старалась быть ею. – Он немного помолчал, прежде чем продолжить: – Как вы могли заметить, она была для него хорошей матерью.

– У Джоша уже есть мать, – заметил Коэн.

– Да, – кивнул Браун. – Та самая, которая сбежала с ним из дому, чтобы заставить вас переживать, при этом изготовив фальшивые документы, дабы вы не сразу напали на ее след. Кстати, именно из-за этих документов Бренду и приняли за мать ребенка. Фотография обгорела, а она вспомнила свое имя, когда полицейский пришел расспросить ее об аварии.

– Как удобно, – фыркнул Арчи.

– Всякое бывает, мистер Коэн, – заметил детектив. – И жизнь порой выдает такие фортеля, что диву даешься.

– Я не совсем понимаю, к чему весь этот разговор… – Коэн поднялся. – Я просил вас разыскать Джоша, вы с блеском справились со своей работой, за что получили сейчас от меня вполне достойное вознаграждение. Однако насколько я помню, я не просил вас расследовать причины, по которым эта девушка сочла возможным забрать моего сына и укрывать его в своей квартире…

– Вы помните свое состояние, когда вернулись из командировки и нашли записку от вашей жены? – Браун испытующе взглянул на него. – Вижу, что помните, – удовлетворенно кивнул он, возвращаясь к бумагам, которые перебирал на столе. – Так вот, представьте себе, что Бренда сейчас испытывает такое же, если не большее горе. Ведь она искренне считала себя матерью Джоша, она и любила его со всей силой материнской любви. Да, а когда она все вспомнила, то хотела разыскать вас и вернуть ребенка. Я узнал об этом от врача, который наблюдал ее.

– Знаете, мистер Браун, – Арчи неприязненно посмотрел на детектива, – если мне нужны будут сеансы психоанализа, я обращусь к специалистам. Думаю, что вы не входите в их число.

– Как знаете. – Дэвид пожал плечами. – Я лишь попытался вам объяснить, что Бренда Донован не является той бездушной и эгоистичной личностью, каковой вы ее считаете.

– Не ваше дело, что я считаю! – повысил голос Коэн.

– Конечно, конечно, – кивнул Дэвид. – Извините, если повел себя не подобающим с вашей точки зрения образом.

– До свидания. – Арчи направился к выходу.

– Всего доброго, – кивнул детектив. – Надеюсь, с Джошем не будет проблем. Насколько я успел заметить, он очень привязался к Бренде, – заметил он напоследок.

Ничего не ответив, Коэн так хлопнул дверью, что стекла чуть не вылетели из нее…

На миг перед ним всплыло ее лицо. Взгляд янтарных глаз словно одаривал теплом, заставлял чувствовать блаженство… Арчи зажмурился, тряхнул головой.

Так не долго и угодить в аварию.

Вот чертовка! Она просто приворожила его, заставляя вспоминать о себе всякий раз, когда, казалось, он уже и думать о ней забыл.

Он уверенной рукой вел машину, направляясь домой. Стараясь выкинуть из головы эту девушку с темными волосами, с глазами, каких он раньше не видел ни у кого, которые светились будто два золотистых янтаря, одаривая окружающих своим мягким неярким светом.

Подъехав к воротам, он резко затормозил.

Чья-то фигура поднялась с колен…

Приглядевшись, он узнал ее.

Ту, что заставляла его думать о себе, ту, что он считал коварной и безжалостной, ту, что казалась ему самой прекрасной на свете, ту, к которой тянулось его изможденное, уставшее сердце…

Открыв дверцу, Арчи вышел из машины и подошел к ней.

– Если ты не позволишь мне войти, я не знаю, что мне делать, – прошептала она, с мольбой глядя в его карие, казавшиеся почти черными глаза.

– Если я позволю тебе войти, ты превратишь в ад всю нашу жизнь, – медленно проговорил он.

– Я не могу без него, – пробормотала она. – Несколько недель я была матерью этого малыша, и теперь, несмотря на то что память вернулась ко мне, мои чувства к нему никуда не ушли… Я люблю его, Арчи! – Она утирала слезы, которые капали из ее глаз, жаждала и боялась услышать его ответ.

Коэн молчал. Думал. Решал.

Наконец он вернулся к машине и нажал на кнопку, открывающую ворота.

Бренда торопливо вошла на внутреннюю территорию, Арчи заехал следом, обдал ее выхлопными газами и подъехал к гаражу. Ворота медленно закрылись.

Девушка подошла к дому и подождала Арчи возле двери.

Наконец та открылась, впуская ее.

– Где он? – спросила она.

– Наверху, – ответил Арчи. – Подожди в гостиной. Мне надо отпустить няню.

– Хорошо… – Она покорно прошла в указанном направлении.

Комната была просторная, обставленная добротной красивой мебелью без лишних украшений, немного лаконичная, но вполне уютная. Бренда поставила на пол дорожную сумку, огляделась, прошлась по помещению, прикасаясь к вещам.

– Если ты что-нибудь украдешь, сядешь в тюрьму, – заметил язвительный голос.

– Какой же ты дурак, – обернувшись, с укором посмотрела она на Коэна. – Не для того я с таким трудом выбралась сюда, чтобы ты имел возможность таким образом избавиться от меня.

– Знаешь, – он приблизился к ней, сердито сверкая глазами, – вообще-то тебе не подобает разговаривать со мной в таком тоне.

– Да, наверное, – легко согласилась она и неожиданно улыбнулась, глядя на него. – Ты такой потешный, когда сердишься.

Арчи нахмурился. Совсем не такое впечатление хотел он произвести на эту нахальную девицу.