Решать тебе, дорогой!

Верно, мне ничего изображать не надо, подумала Хейли, после того как они попрощались. Потому что я скучаю по-настоящему…

Через два дня Макс сообщил по телефону, что они получили приглашение, Мелинда Мейвелл ждет их в ашраме.

16

— Волнуешься? — спросил Макс, и Хейли не стала отрицать очевидного.

Конечно же она волнуется. Кто знает, что ждет их за воротами ашрама, перед которыми они сейчас стоят. Всякий нервничал бы в подобной ситуации — всякий, кто обладал бы той информацией, которая известна Максу и ей, Хейли.

Разглядывая территорию через прутья решетки, украшавшей верхнюю половину ворот ашрама, Хейли то и дело нервно проводила языком по губам. В голове ее вертелись мысли, будто складываясь в водоворот, состоящий из двух течений. Первое касалось ашрама и его владычицы гуру Мелинды Мейвелл, второе — отношений с Максом, а особенно того, что последует за неизбежным приемом настоя амазонской травки, которым здесь, похоже, поят всех гостей. Или вообще всех без разбора. Потому что травка — залог власти и финансового благополучия гуру. Без волшебного снадобья ее бизнес рухнет.

Неизвестно еще, что хуже — попасть под подозрение Мелинды Мейвелл или оказаться в чувственной, физической и моральной зависимости от секса с Максом, думала Хейли, и сердце ее тревожно сжималось. Предстоящее испытание выходило за рамки всего, что до сих пор случалось в ее жизни. Более того — что она могла нафантазировать…

— Я тоже волнуюсь, — едва слышно признался Макс, покосившись на привезшего их сюда шофера.

Машинально взглянув в том же направлении, Хейли увидела, что шофер — крепкий парень лет двадцати восьми — уже выгрузил из джипа принадлежащие им дорожные сумки и несет к воротам.

— Как думаешь, Сюзи еще у нас? — обронила Хейли, сама не зная зачем.

Шпионка-горничная ее сейчас интересовала меньше всего. Под словами «у нас» подразумевался особняк Джейн Вулворт.

— Думаю, к настоящему моменту ее и след простыл, — хмыкнул Макс. — Что ей там делать, ведь подглядывать больше не за кем…

На этом разговор прекратился, потому что подошел шофер. Приблизившись к воротам, он нажал на встроенную в каменную стену кнопку, которую Хейли до сих пор не замечала. Прозвучал громкий звонок, электрическим эхом отдавшись где-то на территории ашрама.

Хейли почувствовала, что покрывается испариной. Вот и все. Сейчас кто-то выйдет к воротам, отопрет, и вновь прибывшим супругам — то есть Хейли и Максу — не останется ничего иного, как войти. И тогда пути назад не будет.

Так и получилось. Спустя минуту-другую к воротам приблизилась девушка в светлой тунике, с распущенными каштановыми кудрями и характерной красной точкой над переносицей. Хейли заметила, что при виде ее глаза шофера блеснули.

— Рад тебя видеть, Шира, — каким-то вкрадчивым тоном произнес он. — Да пребудет с тобой гармония.

Девушка стрельнула на него глазами, но сразу же опустила ресницы.

— И с тобой пусть пребудет гармония, Сатхи-дас.

Он вроде сказал, что его зовут Джефф, мимоходом отметила Хейли.

Тем временем девушка посмотрела на них с Максом и улыбнулась.

— Миссис и мистер Бэнкс?

Макс расплылся в ответной улыбке.

— Да-да, это мы.

— Ждем вас. Меня зовут Шира, я покажу, где вы будете жить. Входите, пожалуйста. — Когда Хейли и Макс шагнули за ворота, Шира добавила: — Рада приветствовать вас в ашраме «Цветок любви», и да пребудет с вами гармония!

— И вам… того же, — растерянно пробормотала Хейли.

Шира бросила на нее снисходительный взгляд — мол, ничего, скоро научитесь правильно отвечать, — после чего пригласила следовать за ней. Так они и двинулись вперед — Шира, за ней Хейли и Макс, а в арьергарде то ли Джефф, то ли Сатхи-дас, словом, шофер с сумками.

Как ни была напряжена Хейли, а все же с любопытством поглядывала по сторонам. Ашрам походил на обыкновенную деревню, только ухоженную, с большим количеством декоративной тропической зелени и конечно же кактусов, агав и прочих суккулентов.

Прогулка продолжалась недолго. Вскоре Шира привела Хейли и Макса в небольшой домик с белеными каменными стенами, где находились трое парней, таких же крепких, как шофер. Все были одеты одинаково, в простые холщовые брюки и просторные майки. Двое с короткой стрижкой, третий с дрэдами длиной до плеч. На шее каждого белели агатовые бусы, что само по себе казалось необычным. Во всяком случае, Хейли нечасто встречала парней, носящих бусы.

— Да пребудет с вами гармония, — сказал им Макс.

— И с вами пусть она пребудет, — последовал ответ. Затем один из парней бросил взгляд на шофера. — Давай сумки сюда.

Хейли и Макс переглянулись.

Заметив их удивление, Шира поспешно пояснила:

— У нас действуют правила, согласно которым нельзя проносить на территорию ашрама некоторые мирские вещи.

— В самом деле? — с интересом произнес Макс. — Что значит «мирские»?

Шира изобразила улыбку.

— В данном случае речь идет о фотоаппаратах, видео- и кинокамерах, мобильных телефонах с возможностью съемки, диктофонах и прочих подобных предметах.

— А, понимаю… — глубокомысленно протянул Макс. — Все это может помешать отдыху?

— Э-э-э… да. — Шира переглянулась с парнями в бусах. — Приступайте.

Дальнейшее напоминало банальный обыск. Парни довольно бесцеремонно обшарили сумки, но запрещенных предметов не нашли. А между тем фотоаппарат среди вещей был. Правда, выглядел как тюбик губной помады.

Упомянутый фотоаппарат Хейли получила от Макса. Тот сказал, что такими часто пользуются женщины-детективы.

Особый интерес парней почему-то вызвала аптечка. Они внимательно осмотрели все, что в ней находилось, но в конце концов закрыли и вернули на место. Зато изъяли бутылку бренди, которую захватил с собой Макс. Он попробовал протестовать, но Шира с улыбкой заверила его, что недостатка в напитках в ашраме не существует, поэтому повода для волнения нет.

— Уверяю вас, в ашраме вы получите все необходимое, — мягко произнесла она. — Но если захотите что-то особенное, вам это доставят. А бренди получите обратно, когда будете покидать ашрам.

Переглянувшись с Хейли, Макс еще буркнул что-то для проформы и успокоился.

После проверки шофер вновь взял сумки и двинулся следом за Широй, Хейли и Максом. Последним парни в агатовых бусах еще раз пожелали гармонии.

Шира привела «супругов Бэнкс» в небольшой домик, который Хейли тут же окрестила про себя хижиной. Здесь была всего одна комната и три стены — четвертую заменяла декоративная деревянная решетка, за которой находился окруженный тропической растительностью внутренний дворик.

— В таких домиках проживают все наши гости, — сказала Шира.

Хейли огляделась по сторонам.

— Как-то непривычно…

— Это на первый взгляд. На самом деле здесь очень удобно.

Макса занимало другое:

— Как-то у вас безлюдно. Я думал, здесь больше народу.

— Просто сейчас сиеста, — пояснила Шира. — Многие отдыхают. Но вечером всех увидите, включая нашу гуру Мелинду Мейвелл, да пребудет с ней гармония. Она лично пообщается с вами.

— Лично! — Хейли едва не запрыгала от восторга — разумеется, деланого.

Шира повернулась к ней. Улыбка словно приклеилась к ее лицу.

— Наша гуру золотой человек. Когда познакомитесь с ней ближе, сами скажете то же самое. А пока советую отдохнуть с дороги. Если что-нибудь понадобится, снимите трубку и скажите, все будет сделано. — Она кивнула на настенный телефон. — Вечером подходите к большому шатру, там соберется весь ашрам.

— А куда идти? — спросил Макс.

Ответ был прост:

— На звуки барабанов.

Напоследок пожелав Хейли и Максу пребывать в гармонии, Шира сделала знак шоферу, и оба покинули дом.

После их ухода Хейли внимательно оглядела помещение. Обстановка была скудная. Точнее, практически отсутствовала, за исключением низенького столика. Мебели никакой — роль кресел выполняли пуфики и подушки, — зато полно фарфоровых фигурок животных, расставленных прямо на дощатом полу. Вместо кроватей циновки, на которых, правда, лежали матрасики из растительных волокон, накрытые простынками из натурального шелка.