Больше чем страсть

— Она уже здесь? Разве она не должна была встречаться с мистером Блумсбери?

Хелен пожала плечами.

— Не знаю, с кем и когда там встречается наша многоуважаемая Миранда Блэкнайт, но пять минут назад мы столкнулись с ней нос к носу у дверей твоей студии. Думаю, что и Бетси не избежала удовольствия с утра пораньше пообщаться с мисс Розовые Трусики.

— Я смотрю, ты сегодня настроена по-боевому, — усмехнулся Крис.

— В каком смысле?

— Иронизируешь, ехидничаешь, язвишь… За пять минут выпустила целый арсенал шпилек, острот и ядовитых змей.

— Знаешь, бывают такие дни… — начала Хелен. Однако закончить ей не дало появление мисс Розовые Трусики.

Миранда возникла на пороге студии настолько неожиданно, что Хелен и ее зачислила в ряды ведьм. Отличная подобралась компания: Бетси, Рут, Миранда… Соблазнительницы с лицом ангелов, но с душой дьявола.

— Крис, мы можем поговорить?

— Конечно. Я как раз собирался кое о чем вас попросить, миссис Блэкнайт.

Миранда снисходительно улыбнулась.

— Крис, думаю, нет смысла делать вид, что мы всего лишь начальница и подчиненный. Ты, я и Хелен отлично знаем, что нас связывают более тесные отношения… и теплые чувства, — после заминки добавила Миранда.

Крис лишился дара речи. Что она хотела этим сказать? По крайней мере он не знал, какие такие теплые чувства и тесные отношения связывали его и Миранду. Судя по ошарашенному виду, Хелен тоже не подозревала о наличии между ними отношений, выходивших за рамки деловых.

К чему эти двусмысленные высказывания и намеки? Уж не выдает ли Миранда желаемое за действительное? Благо Бетси уже ушла.

— Крис, пройди в мой кабинет.

Когда Миранда покинула студию, Хелен и Крис в недоумении переглянулись.

— Ступай. Миранда не любит ждать. Тем более человека, которого она выбрала себе в любовники.

— Хелен, поверь: у нас ничего нет.

— Знаю, Крис. Осталось и Миранде это уяснить. Боюсь, с этим у тебя возникнут значительные проблемы.

— Черта с два! Я сейчас же напишу заявление об уходе.

— Но… — Хелен не закончила, потому что Крис уже отправился вслед за Мирандой.

— Привет, красавица моя, — заигрывающим голоском пропел почти на самое ухо Хелен Маркус.

— О, это ты. Я испугалась. Как ты здесь появился?

Маркус усмехнулся и, уперев руки в боки, заметил:

— Через дверь, разумеется. Еще бы ты меня заметила! Сидела с таким отрешенным видом, словно проводила спиритический сеанс. Ну и что там рассказывают духи? Какая погода будет на выходные? Нет-нет, только не говори, что будет дождь. — Маркус замахал руками. — Мы с Джонни договорились устроить пикник.

Хелен улыбнулась.

— Тогда я уверена, что погода будет хорошая.

— Почему ты сидишь с таким видом, словно вчера похоронила любимую кошку?

— У меня никогда не было кошки, Маркус.

Он артистично хлопнул себя по лбу.

— Ой, ужас! У тебя никогда не было кошки. Бедная девочка. Куда только смотрит Крис?! Он совсем о тебе не заботится. Кстати, где наш гений?

— В кабинете миссис Блэкнайт?

— Неужто Миранда все-таки уломала его? — присвистнул Маркус.

Похоже, вся редакция уже знает о том, что новая начальница неровно дышит к Крису. Интересно, начали ли сотрудники «Сталкера» уже делать ставки?

— Крис уходит.

— Куда? — Маркус по-девичьи похлопал ресницами.

Хелен пожала плечами.

— Думаю, он и сам пока не знает.

— Они с Бетси расстались?

— Нет. Почему ты так решил?

— Тогда Крис никуда не уйдет, — уверенно заявил Маркус. — Бетси никогда этого не допустит.

— Похоже, у Бетси далеко идущие планы в отношении Картера.

— Между ними что-то есть?

— Маркус, это не наше дело.

— Как это не наше! Крис мой друг. Я чувствую свою ответственность. А ты? Разве тебе все равно? Хелен, если ты скажешь «да», я и впрямь начну подозревать, что ты вылеплена из глины. Ты ведь любишь Криса.

— Вовсе нет…

— Давай мы сейчас не будем спорить, — миролюбиво сказал Маркус. — Ты любишь Криса. Об этом знают все, кроме самого виновника твоих душевных терзаний. Ты напрасно стыдишься своих чувств. Я вот тоже люблю его… По-своему, конечно. Только не вздумай болтать об этом с Джонни. Мне и так стоило огромного труда уговорить его поехать со мной за город на уик-энд.

— Маркус, рада, что хоть у тебя все налаживается.

— Хелен, мне не нравится твой тон. — Маркус критично осмотрел ее с ног до головы. — Да-а-а. Выглядишь ты еще хуже.

— Спасибо на добром слове. Ты всегда знал, как утешить женщину.

— Хелен, на Крисе белый свет клином не сошелся. Разве вокруг мало мужчин? Оглянись по сторонам.

Хелен скептично усмехнулась.

— Бабники вроде Картера, женоненавистники типа Бена и…

— Договаривай уж, не стесняйся. Мы с Джонни…

Хелен тяжело вздохнула.

— Вот и получается, что даже в мужском коллективе невозможно найти мужчину. Лучше бы я работала акушеркой в роддоме. Даже там больше шансов встретить мужчину…

— Да. Улыбающегося красавца с цветами и подарками… И ничего, что у него теперь на руках орущий младенец.

— Значит, у меня вообще никаких перспектив…

— Хелен, только не вздумай плакать. Предупреждаю: я жутко сентиментальный. Стоит мне увидеть чьи-то слезы, как я тут же и сам начинаю рыдать в унисон. Если ты не хочешь, чтобы здесь начался потоп, то лучше не начинай.

— Я и не собиралась, — плаксивым голосом произнесла Хелен. — С какой стати? Разве это я увольняюсь? Впрочем, я все равно не смогу работать с другим фотографом. Так что Миранде, скорее всего, придется подписать сегодня сразу два заявления об уходе. Что ж, возможно, так будет даже лучше. Смогу заняться собственным творчеством, деньги на Кусок хлеба у меня всегда найдутся.

— Хелен, мы ведь не ради презренного металла работаем в «Сталкере». Ни ты, ни Крис, по сути дела, никогда не принадлежали нам. Вы — как бы это помягче выразиться? — люди высокого полета. Нам до вас далеко. Я всегда ломал голову над тем, что вы забыли в «Сталкере». Здесь должны работать люди вроде Картера. Влюбленные в деньги и женскую плоть настолько, что готовы заложить душу дьяволу лишь бы не иметь недостатка ни в первом, ни во втором до конца своих дней.

— Это был комплимент? — с застенчивой улыбкой спросила Хелен. — Пытаешься подсластить пилюлю?

— Во-первых, дорогуша, я никогда не льщу. Если я сказал, что вы с Крисом — таланты, то, значит, так оно и есть. По крайней мере с высоты моей колокольни… — Маркус озорно подмигнул приунывшей Хелен.

Она шмыгнула носом и передернула плечами, как будто продрогла.

— По-моему, совместный уход из «Сталкера» — отличный повод для признания, — продолжил Маркус доверительным тоном.

— Какого еще признания?

— Хелен, неужели тебе все нужно разжевывать и класть в рот? — Маркус преувеличенно глубоко вздохнул и с жеманством пояснил: — Признания в любви, разумеется.

— Исключено, — отрезала Хелен.

— Прости меня, но ты дура. Так и просидишь всю жизнь в темной лаборатории, роняя слезы по ненаглядному Крису. Пойми, что мужчины временами бывают абсолютными болванами. Они не замечают того, что лежит у них под ногами. Им бы вечно носиться по белу свету за Жар-птицей, в то время как настоящая принцесса сидит у них под боком и плетет веретено. Почему бы тебе не пожалеть принца?

— Маркус, ты не мог бы изъясняться проще? Тебе бы писать детские сказки.

— Боюсь, добропорядочные мамаши не станут читать своим детишкам сочинения дядюшки Маркуса. Разве человек вроде меня способен научить малышей чему-нибудь хорошему?

— Конечно, способен, — воскликнула Хелен, уловив печальные нотки в голосе друга.

Вся бравада Маркуса, неизменная веселость и приподнятость духа объяснялись скорее его желанием заглушить в себе голос трагического героя, одинокого и не понятого толпой.

— Маркус, ты был бы самым добрым и мудрым сказочником в мире. Даже такая испорченная девчонка, как я, готова поверить в счастливый конец со звоном свадебных колокольчиков.