Темный огонь
Темный огонь читать книгу онлайн
Действие романа разворачивается в Англии конца XIX столетия. Николас Брэгг, выросший в семье техасского рейнджера, наследует графский титул и поселяется в родовом поместье Шелтонов. Но ни богатство, ни титул не могут принести мир его душе. Неожиданно для себя он становится опекуном прелестной девушки…
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
– Что?
– Хотя это и мой дом, и всегда останется моим домом, все-таки это не то, что должно быть.
– Что ты имеешь в виду, Николас?
– Я просто хочу сказать… – Он улыбнулся жене. – Я постоянно ощущаю, что Драгмор терпеливо ждет нашего возвращения.
Сердце Джейн переполнилось радостью.
– Ты скучаешь по нашему дому, Николас?
– Да, скучаю. По-настоящему. Драгмор вошел в мою кровь, Джейн. До сих пор я не понимал этого.
Джейн сжала его руку:
– Но и это отчасти твое наследство, Николас.
Они оба долго молчали, погрузившись каждый в свои мысли, но оба думали о Драгморе – о своем доме.
– Если хочешь, – сказал наконец Ник, – можем вернуться поскорее. Нам не обязательно оставаться здесь все те шесть недель, что мы собирались.
– А сам ты хочешь вернуться раньше?
– Нет. Здесь все так переменилось…
– Вот и хорошо, – сказала Джейн. – Значит, задержимся, тем более что мы просто не знаем, когда сможем приехать снова, особенно теперь. – И она положила ладонь на свой живот.
Граф обнял ее и прижал к себе, глядя на жену мягко и с обожанием.
– Подумать только, – прошептал он, – в будущем году, в апреле, я уже буду держать на коленях нашего малыша!
– Я рада, что ты счастлив.
– Бесконечно счастлив. Как тебе нравится цифра шесть?
– Э-э… шесть чего, Николас? Он заглянул ей в глаза.
– Шесть малышей.
Глаза Джейн расширились, а Ник взвыл и стиснул ее в объятиях.
– Ну, впрочем, я согласен на разумный компромисс, – прошептал он ей в ухо.
– Ладно, – согласилась Джейн. – Сойдемся на десяти. Ник заржал. Он не отпускал Джейн, и его хохот просто оглушил ее. Наконец он угомонился, и они снова стали смотреть на раскинувшуюся перед ними панораму, каждый, думая о своем. Позолоченный солнцем орел опять взлетел и принялся парить над городком.
– Можешь придумать название? – неожиданно спросил Ник.
– Что?
– У городка нет имени. Дерек просил меня что-нибудь придумать. То, что предлагает он, не нравится Миранде, а то, что предлагает она, не нравится ему. – Ник хихикнул. – Дерек хочет назвать его Мирандвиллем!
– О нет! – рассмеялась Джейн. – Давай лучше подумаем вместе.
Они стояли, прижавшись друг к другу, и Ник держал руку Джейн, и они смотрели на раскинувшийся внизу городок, окруженный поросшей шалфеем равниной, изнывающий от зноя… и Джейн думала о том, как отец Ника приехал сюда, в дикие необжитые земли, и как они с женой покорили равнину, превратив ее в роскошный, цветущий райский сад.
– Да, – пробормотала она, – такова жизнь. Генезис. Развитие.
Ник чуть нахмурился.
– Ты хотела бы назвать его Генезисом? Джейн расхохоталась.
Нет, милый Николас. Это было бы слишком просто. Это… – Она величественным жестом обвела город, равнину, горы на горизонте… пурпурные огни заката и необъятное техасское небо… – Это Парадиз!
– Парадиз… – повторил Ник и улыбнулся. – Так я проявил немножко мудрости, да, милый Ангел?
– Мудрости? – засмеялась Джейн. – Ну нет, милорд! Конечно, мудрость тут была ни при чем. Парадиз, техасский рай, был рожден одной только любовью.
Эпилог
Драгмор, 1877 год
Лето не спешило в этом году с приходом, но это могло лишь радовать. Небо просто не могло быть голубее, в воздухе не ощущалось ни малейшей сырости. Холмистые необъятные земли Драгмора сверкали молодой зеленью; на склонах паслись овцы, деревья уже покрылись зеленью и давали густую тень. Но дорога от Лессинга, размытая недавними весенними ливнями, состояла из сплошных рытвин. Карета графа Драгморского, с дерзкими черно-золотыми гербами, въехала в очередную яму, подняв фонтан брызг и окатив какого-то встречного беднягу, тащившегося на чалой кобыле. Граф инстинктивно протянул руку, чтобы поддержать Джейн.
А Джейн вспомнила другой день, когда она ехала по этой дороге. Воспоминания были мучительными. Она тогда была юной девочкой, она сидела рядом с чопорной, неприветливой тетушкой Матильдой, она впервые ехала в Драгмор. Тогда тоже стояло лето, холмы цвели и зеленели, как сейчас, вот только Джейн очень боялась. Боялась будущего, боялась графа, Драгмора. Джейн наклонилась и поцеловала в лоб малышку, сидевшую у нее на коленях, а потом улыбнулась мужу. Но он не отрывал взгляда от пейзажа за окном.
– Папа! – закричала Николь. – Папа, папа! Драгмор, где Драгмор? – Это было одно из новых слов, выученных ею; вообще, за время пребывания за границей словарь девочки заметно расширился.
Чед, тоже радостно смотревший в окно, раздраженно повернулся к сестренке.
– Да вот же он, вокруг, глупая! Она и не знает, что такое Драгмор! – презрительно фыркнул он. – Ведь правда? – Он обернулся к отцу. – Она слишком маленькая, чтобы помнить, да? Она просто притворяется, что понимает, о чем говорит!
Граф, как ни занят был собственными мыслями, все же отвернулся от окна, тем более что карета уже свернула на извилистый подъездной путь, ведущий к дому.
– Ну почему, она может кое-что помнить, – тихо сказал он и снова выглянул в окно.
Драгмор. Это было так давно… Уехав за границу, они сначала несколько месяцев провели в Техасе, у родителей Ника, а потом, оставив детей у бабушки с дедушкой, устроили себе медовый месяц. Они навестили сестру Ника, Сторм, и ее мужа Бретта – в Сан-Франциско. Потом провели сказочный идиллический месяц на Гавайях, а потом решили пробыть в Техасе до конца беременности Джейн. Но теперь, теперь… они будут, наконец, дома. Дома. Граф повертел на языке это слово, попробовал его на вкус и наконец произнес вслух:
– Дома…
Его жена, державшая графа за руку, сжала его пальцы. Он посмотрел на нее, и вся его задумчивость исчезла, его серый взгляд мгновенно смягчился. Он улыбнулся; она ответила улыбкой.
– Звучит неплохо, Николас, – ласково сказала Джейн. – Ведь правда?
– Да, – сказал он. – Правда.
Он погладил руку жены. Он и сам удивлялся тому, что его сердце забилось быстрее от предвкушения, и кровь закипела, волнуясь. Это был его дом. Он возвращался домой. Он чувствовал это каждой частицей своей души, и это было одновременно и беспокоящим и умиротворяющим ощущением. Джейн склонилась к нему и поцеловала в щеку. Он улыбнулся ей и губами и глазами.
– Смотри! – завопил Чед. – Смотри!
– Смотри! – вслед за ним заверещала Николь. – Смотри!
Джейн и Ник выглянули в окно и увидели башенки особняка, его темный дерзкий силуэт. Подъехав ближе, они могли уже рассмотреть и нежные розы, вьющиеся по серым каменным стенам. И тут Джейн изумленно задохнулась.
– Бог мой! – воскликнула она. – Южная башня! Она исчезла!
Граф ухмыльнулся с довольным видом.
Обгоревшее южное крыло было полностью разобрано – словно его и вовсе не существовало. А на его месте появилась заманчивая зеленая лужайка, которой, впрочем, явно чего-то не хватало – может быть, дерева или кустика, а может быть, цветов. Ошеломленная Джейн уставилась на мужа.
– Я прошлой осенью решил избавиться от… э-э… от этих руин.
Джейн расплылась в улыбке.
– Я решил, что незачем отстраивать крыло заново, пусть тут будет просто зелень. Видишь, даже цветы не высажены. Но, если тебе захочется, мы можем восстановить башню или сделать пристройку к дому. А можно устроить патио. – Он усмехнулся. – Я подумал, что нужно сначала посоветоваться с женой.
– Весьма мудро с твоей стороны, – сказала сияющая Джейн. – О Николас, какой это замечательный сюрприз!
– Я и сам собой доволен.
Карета, подкатив к крыльцу, остановилась. Чед мгновенно выскочил наружу, пока Молли и лакей, ехавшие в другой карете, впереди, принимали из рук Джейн младенца и Николь. Наконец вышли и граф с Джейн и, не сговариваясь, сразу направились к новой просторной лужайке, по которой гулял весенний ветерок, – туда, где стояло когда-то южное крыло дома. Рука об руку они остановились там, ничего не говоря, преисполненные покоем.
– Здесь теперь так мирно, – сказала наконец Джейн. – Мирно и светло. Исчезли старые духи, угасли темные страсти, никто не будет больше нас преследовать.