Тайна

— Изабелла, ваша мать прислала вам небольшой гостинец и еще велела передать кое-что на словах, но я с радостью зайду, когда вы будете чувствовать себя лучше.

— Она не больна, — заметил Уинслоу.

— Тогда почему же она средь бела дня лежит в постели? — удивилась Джудит.

Ей показалось, что Уинслоу смутился. «Видимо, я задала нескромный вопрос», — решила она.

— Изабелла вот-вот должна родить мне сына, — объяснил хозяин дома.

Джудит снова повернулась к Изабелле и увидела в ее глазах слезы.

— Значит, у вас начались схватки?

Изабелла отчаянно замотала головой. Джудит нахмурилась.

— Тогда почему же вы в постели? — снова спросила она. Уинслоу никак не мог понять, почему эта англичанка задает такие глупые вопросы.

— Она лежит в постели, чтобы сберечь силы, — терпеливо ответил он.

Повитуха, которой так верила Джудит, наверняка упала бы в обморок, услышав подобное объяснение. Джудит улыбнулась Изабелле и снова повернулась к ее мужу.

— Тогда почему же воины не берегут силы перед тем, как отправиться на битву?

Уинслоу удивленно поднял брови и посмотрел на Йана. Тот стоял и улыбался, глядя на всю эту сцену.

— Воин должен постоянно тренироваться перед боем, — пояснил Уинслоу, вновь посмотрев на Джудит. — Без постоянных упражнений он становится слабым и немощным. Разве англичане не соблюдают это правило?

Девушка пожала плечами. Ее внимание уже переключилось на другой объект — она только что заметила стоящее в углу сиденье для родов и подошла поближе, чтобы как можно лучше рассмотреть это приспособление.

Наблюдая за ней, Уинслоу вспомнил о деле, которое ему нужно было закончить.

— Йан, не поможешь ли ты мне вынести во двор это сиденье? Оно расстраивает Изабеллу, — тихо прошептал он. — Утром я отнесу его обратно к Агнес.

Джудит заинтересовалась и конструкцией сиденья, и его искусной отделкой. Сиденье для родов представляло собой стул в форме подковы, с высокой круглой спинкой. И деревянные ручки, и боковины его были отделаны золотом. По бокам красовались изображения ангелов.

Джудит подумала, что ей следует обуздать свое любопытство.

— Изабелла, не хотите ли взглянуть, что вам прислала мать? — спросила она.

— Да, пожалуйста, — чуть слышно отозвалась девушка.

Джудит поднесла к кровати сумку, а сама встала рядом, с облегчением наблюдая,, как радуется Изабелла полученным гостинцам.

— Ваши отец и мать чувствуют себя хорошо, — сказала она. — Маргарет велела мне передать, что ваша двоюродная сестра Ребекка осенью выходит замуж за одного из Стюартов.

Изабелла промокнула утолки глаз полотняным квадратиком ткани. Лицо ее скривилось, она вцепилась обеими руками в одеяло и тихо вздохнула. На лбу ее выступили капельки пота. Джудит подняла оброненный Изабеллой кусочек ткани и, нагнувшись над кроватью, вытерла им выступивший пот.

— Вы плохо себя чувствуете? — шепотом спросила она. Изабелла покачала головой.

— Просто я съела слишком много того, что Уинслоу приготовил мне на ужин, — прошептала она в ответ. — Я была так голодна! Если бы он только позволил мне встать с постели. Зачем вы здесь?

Этот вопрос, заданный мимоходом, застал Джудит врасплох.

— Чтобы передать вам подарки от матери и сообщить новости из дому.

— Нет, я хотела спросить, зачем вы приехали в горную Шотландию, — уточнила Изабелла.

— Меня попросила приехать сюда моя подруга Фрэнсис Кэтрин, — объяснила Джудит. — А почему вы говорите шепотом?

Девушка улыбнулась и хотела уже что-то ответить, как вдруг Уинслоу нечаянно испортил ей то хорошее настроение, в которое она начала было приходить.

Йан открыл дверь, и мужчины понесли во двор родильное сиденье. Глаза Изабеллы тотчас же налились слезами. Подождав, пока Йан снова закроет дверь, она сказала:

— Фрэнсис Кэтрин тоже боится, да?

— Изабелла, любая женщина время от времени испытывает небольшой страх перед родами. Этот стул вас расстраивает? Изабелла кивнула.

— Я на него не сяду. — Она волновалась не меньше, чем Фрэнсис Кэтрин. Джудит почти не знала Изабеллу, но ей почему-то стало ее ужасно жаль. Ее страх был столь откровенным…

— Но это ведь не стул для пыток, — попыталась возразить Джудит. — Мод говорит, что роженицы рады такому удобству. Вам повезло, что у вас есть такое сиденье.

— Удобству?

— Да, — подтвердила Джудит. — Этот стул сделан так, что спина и ноги женщины обретают надежную опору в минуту родов.

— Кто такая эта Мод? — поинтересовалась Изабелла.

— Одна знакомая повитуха, — ответила Джудит.

— Что еще она говорила? — Изабелла перестала мять край пледа.

— Мод жила у нас добрых шесть недель и за это время дала мне немало полезных советов относительно Фрэнсис Кэтрин.

Беспорядок в доме не давал Джудит покоя, поэтому, пересказывая некоторые советы повитухи, она попутно собирала одежду и складывала ее аккуратной стопкой у изголовья кровати.

— Вам следует вставать и выходить во двор, — сказала Джудит, принимаясь за уборку стола. — Свежий воздух и долгие прогулки так же важны для рожениц, как и спокойное состояние духа.

— Уинслоу боится, что я упаду, — призналась Изабелла.

— Тогда попросите его погулять вместе с вами, — предложила Джудит. — Если бы меня заперли в доме на целый день, я бы, наверное, сошла с ума.

Звонкий смех Изабеллы как ветерок пронесся по комнате.

— Я тоже от этого схожу с ума, — призналась она и, откинув одеяла, свесила ноги с кровати. — А в Англии вы тоже были повитухой?

— Боже упаси, — замахала руками Джудит. — Я ведь даже не замужем. Просто я поставила себе целью узнать как можно больше всего у опытных повитух, чтобы помочь потом Фрэнсис Кэтрин.

— Вы хотите сказать, что в Англии незамужняя женщина имеет право открыто обсуждать столь интимную тему? — поразилась Изабелла.

Джудит рассмеялась в ответ:

— Вообще-то нет. Моя мать, наверное, была бы очень недовольна, если бы узнала, что именно я изучаю.

— Она бы вас наказала?

—Да.

— Вы пошли на большой риск ради подруги.

— Ради меня она сделала бы то же самое, — заверила Изабеллу Джудит.

Та добрую минуту смотрела на свою гостью, после чего нерешительно кивнула.

— Я не понимаю дружбы между женщинами, но тем не менее завидую вашему доверию к Фрэнсис Кэтрин. Вы рисковали ради нее и говорите, что она сделала бы то же самое ради вас. Да, я завидую такой преданности.

— Разве у вас в детстве не было друзей?

— Нет, только родственники, — вздохнула Изабелла. — И, конечно же, моя мать. Иногда мы были с ней как подруги, в особенности когда я повзрослела и стала больше помогать ей в хозяйстве.

Она привстала и потянулась за пледом. Ее макушка едва доходила Джудит до подбородка, зато живот казался вдвое больше, чем у Фрэнсис Кэтрин.

— У вас здесь есть друзья? — поинтересовалась Джудит.

— Уинслоу — мой самый близкий друг, — ответила Изабелла. — Местные женщины добры ко мне, но они заняты своей работой, и на разговоры у них действительно нет времени.

Джудит с изумлением наблюдала, как ловко эта женщина оборачивала длинную и узкую полосу ткани вокруг своего тела. По завершении этой процедуры она оказалась завернутой в плед от шеи до щиколоток.

— С вами очень легко разговаривать, — застенчиво прошептала Изабелла. — Должно быть, Фрэнсис Кэтрин рада вашему обществу. Ей необходим кто-нибудь, кроме Патрика, с кем можно поговорить, — прибавила она. — Мне кажется, ей было довольно трудно здесь прижиться.

— Почему вы так считаете? — спросила Джудит.

— Некоторые из пожилых женщин и поныне считают ее высокомерной.

— Почему?

— Потому что она держится особняком, — пояснила Изабелла. — Думаю, Фрэнсис Кэтрин скучает по своей семье.

— А вы скучаете по своей семье?

— Иногда, — вздохнула Изабелла. — Хотя, конечно, тетки Уинслоу очень добры ко мне… А расскажите мне, пожалуйста, — попросила она вдруг, — какие еще советы давала вам эта повитуха? Она допускала применение родильного крючка? — Задав этот вопрос, Изабелла отвернулась и принялась расправлять покрывала на кровати, но Джудит успела заметить в ее глазах страх.