Блистательный обольститель

Дерек кивнул и опустился на подушки. К нему склонилась Мариан. Ему показалось, что Мариан смотрит на него со страхом: вдруг он сейчас спрыгнет с кровати и бросится душить ее?

Мариан жалобно улыбнулась, как-то неуверенно сказала:

— Не беспокойся, дорогой, я каждый день буду навещать тебя, — и сразу отошла.

Анне-Лиз молча смотрела на Дерека, и когда он взглянул на нее, то увидел, что в этих отливавших золотом темных глазах отражается его собственная боль. «Я буду здесь, — как бы говорили они, — выздоровеешь ты или сойдешь с ума. Пока ты будешь нуждаться во мне, пока ты разрешишь быть около тебя».

VI

Отречение

Через неделю молчаливый и бледный Дерек вернулся домой. Всего несколько дней провел он в лечебнице доктора Сотби, но этот сумасшедший дом, с его цепями, изолированными палатами, похожими на гробы, криками несчастных обитателей, еще долго заставлял его содрогаться. Вместе с ним прибыл спокойный, здоровенный служитель, руки которого были похожи на окорока.

— Для безопасности, — коротко объяснил Дерек Анне-Лиз и Роберту. — Для вашей, не моей.

На следующий день рано утром, когда Анне-Лиз спустилась в тускло освещенную гостиную, из библиотеки вышел Роберт. Плотно притворив за собой дверь, он прислонился к ней спиной, глаза его были закрыты. «Что с ним, уже не болен ли он?» — подумала Анне-Лиз и поспешила к Роберту. Ее мягкие кожаные ботинки бесшумно скользили по мраморному полу. Роберт нежно взял ее за руку.

— Дерек сейчас предложил уступить мне свой титул, — сказал он ей приглушенным голосом.

Анне-Лиз была поражена:

— В самом деле? Но это не в качестве извинения?..

— Нет, по закону, я становлюсь наследником Дерека в случае его смерти или тяжелой болезни. Если Дерек будет в таком же состоянии, как сейчас, доктор ждет нового приступа, как в Брайервуде, перспективы очень мрачные. Доктор Сотби верит, что операция спины может благотворно повлиять на нервы Дерека, испорченные в Индии. Но боится, что, возможно, Дерек не выживет. Дерек решил, что больше не может нести ответственность за баронство. Он очень боится, что хирург сохранит ему жизнь, но он станет сумасшедшим или слабоумным и неспособным завещать титул.

Помолчав, Роберт задумчиво взглянул на Анне-Лиз.

— Интересно, какие планы у него относительно Мариан? Она навестила его только один раз за целую неделю, и мне показалось, что она чертовски боится его.

— Конечно, мистер Клавель ее очень испугал. Он всегда был таким галантным с ней, — Анне-Лиз посмотрела с беспокойством. — Я надеюсь, она скоро опять приедет в Клермор. Он очень нуждается в мисс Мариан теперь.

— Вы знаете, что он ударил меня из-за вас?

— Что? — ее глаза расширились от удивления. — Почему?

— В тот день утром он велел мне больше не приближаться к вам. Он видел, как мы целовались на реке. Когда я взял вашу руку на концерте, мне хотелось доказать ему, что я его не боюсь и он не имеет права диктовать мне. А Дерек отреагировал как разгневанный бык. — Он пристально посмотрел на нее. — Как вы думаете, почему?

— А зачем вы решили позлить его?

— Чтобы узнать, действительно ли он смотрит на вас как отец… или как влюбленный. — Роберт рассмеялся.

Брови Анне-Лиз сердито нахмурились.

— Как посмели вы играть в такие игры? Как будто я какая-то игрушка для вас обоих! Меня возмущает ваше поведение, Роберт. Вы не имели права…

— Я имел все права. Будущая баронесса Клермора будет владеть большим состоянием. Как бесспорный наследник я нахожусь в неопределенном положении.

Она рассматривала его, и ярость смешивалась с недоверием.

— Вы полагаете, он женится на мне? Если вы это имеете в виду, то вы очень ошибаетесь, сударь. Дерек Клавель никогда не возьмет в жены девушку бедную и незнатную. Вы оскорбили меня, так же, как и ваш брат! — резко повернувшись, она выбежала из гостиной, оставив его одного.

«Господи, у маленькой деревенской девчонки такой характер! — размышлял Роберт. — Что за интересный поворот, надо об этом поразмыслить».

Но у него было мало шансов узнать что-нибудь о мыслях Анне-Лиз. Большую часть времени Анне-Лиз проводила с больным Дереком, и Роберт никак не мог застать ее одну. Анне-Лиз была как свирепый маленький терьер, готовый защищать Дерека от любого, кто угрожал вывести его из себя. Лишь однажды Роберту удалось побыть с братом наедине.

— Операция рискованна, Дерек, — ворчал он. — Я хочу, чтобы мой брат был жив, даже если это будет стоить мне баронства.

— Вот это по-братски! — ответил Дерек с кривой усмешкой, когда они шли по саду. — И что же, ты будешь держать меня в обитой шелковыми подушками могиле на чердаке? — Он сжал плечо Роберта. — Я ценю твою заботу, Роберт, но разве ты не понимаешь, что я лучше умру, чем буду жить, как кровожадный идиот, как угроза для всех, кого я люблю. Если ты любишь меня, поддержи меня в моем выборе. Сотби кажется мне хорошим доктором, определенно лучше тех лекарей, которые собрали меня в Индии, хотя я и благодарен им. Они оставили меня живым, хотя я, без сомнения, должен был отдать концы, — он усмехнулся. — Дай мне сделать то, что я должен сделать, Роберт. Если есть хоть один шанс выжить, я должен использовать его.

Роберт взглянул на брата, его тревога сменилась смирением.

— Ну, раз ты решил, пусть так и будет. Но я еще раз тебе говорю, что мне это не нравится. Я только что потерял отца и не хочу потерять еще и брата. Когда ты вернулся домой живым, я подумал, что Господь все же не оставил наш дом. Второй утраты я не вынесу!

— Если я останусь в таком состоянии, ты потеряешь и меня, и титул. Это так же верно, как то… что я вижу прекрасную Мариан.

Действительно, по дорожке навстречу им шла Мариан. Ее шелковое лиловое платье выглядело великолепно на фоне зелени парка.

— Ну, я оставлю вас одних, — сказал Роберт.

Мариан была очень довольна, что Роберт ушел и она могла побыть с Дереком наедине: она решила серьезно поговорить с Дереком.

— Отказаться от титула только потому, что у тебя был приступ? Ты сумасшедший.

Целый час Мариан пыталась образумить Дерека.

— Как можешь ты отдать наследство, принадлежащее тебе от рождения? Ты, с твоим честолюбием хочешь быть простым деревенским помещиком? Ну да, ты получишь ничтожную ферму, а твой брат в это время будет заседать в палате лордов? Это просто смешно, Дерек! И потом, как же я?

Так и не переубедив его, Мариан в ярости унеслась обратно в Брайервуд.

Только Анне-Лиз поддержала решение Дерека делать операцию. Вечером, накануне того дня, когда Дереку предстояла операция, они вдвоем сидели в библиотеке. Долгое время они молчали, глядя, как в камине пылает огонь: вздымавшееся вверх пламя напоминало тропический цветок. Индия со всеми ее яркими таинственными страстями, с башнями и минаретами, вдруг отчетливо предстала перед Анне-Лиз.

— Каким экзотическим кажется огонь в этом английском замке! — проговорила Анне-Лиз. — А Индия так далеко!

Ее темный изящный силуэт в отсветах пламени заставил сердце Дерека забиться сильнее. Ее черты были задумчивы, а взор из-под длинных пушистых ресниц был устремлен куда-то вдаль.

— Вы сильно скучаете по Индии?

Она уклонилась от прямого ответа:

— Я очень счастлива в Клерморе.

— С тираном, у которого дурной характер и который развлекается тем, что душит собственного брата?

— Вы были не в себе. Полковник Клавель, я знаю, добр и обаятелен, несмотря на свой вид. — Она улыбнулась ему.

— И вы думаете, что после завтрашней операции он останется таким же? — он выглядел ироничным.

— Он не может быть другим, — сказала она мягко. — А завтра… все в руках Господа.

Его голос смягчился:

— Вы унаследовали веру вашего отца. Если бы он был здесь теперь… Я с удовольствием бы послушал одну из его поднимающих дух проповедей.

— Тогда почему же вы не посетили ни одну из них, когда он был жив? — поддразнила она его. — Вы слишком поздно обратились к церкви, сэр.