Муниципальная ведьма - 1 (СИ)
Муниципальная ведьма - 1 (СИ) читать книгу онлайн
Девушка-бухгалтер, потеряв работу, вынуждена за гроши заняться колдовством на благо родного города. Но вскоре пришлось заниматься совсем другим...
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Я тем временем разбиралась с канцтоварами, кое-чего привычного среди них не нашлось, зато неожиданностью оказалась дешёвая китайская зажигалка. Степлер и скоросшиватели Митяй пообещал принести после обеда, а на мой вопрос о зажигалке пояснил:
- Наверно, она чтобы прикуривать, для чего же ещё?
- А почему включена в канцтовары? При проверке головы полетят за нецелевое расходование средств!
- Этого я не знаю. Пусть бухгалтера переживают о таких вещах. Нам-то с вами какое дело?
Наверно, только после этого вопроса Митяя я окончательно поверила, что теперь я не бухгалтер, а непонятно кто. Несмотря на табличку на двери моего кабинета, почувствовать себя настоящей ведьмой мне пока что не удавалось.
Мальчишка уже собирался уходить, как дверь распахнулась, и в мой кабинет ворвался лично Мэрский. Лицо его искажала бешеная злоба, дышал он тяжело, и то одна его ладонь, то другая нервно сжималась в кулак. Следом за ним вошли излучающая самодовольство уборщица и Карина, сохраняющая свою обычную царственную осанку.
- Вы что это себе позволяете, Елена Михайловна? - заорал на меня Мэрский. - Кто вам позволил превращать в пресмыкающееся эту достойную труженицу метлы и швабры?
- Жаба - это земноводное, - невозмутимо поправила его Карина.
- Какая разница? Вот скажите мне, жаба сможет вымыть пол? Нет! Даже сотня жаб этого не смогут! А она - может! - Мэрский благоговейно указал на уборщицу. - Так вот, я требую, чтобы всё так и оставалось! А то, знаете, летать на метле может любая дура, а вот грамотно использовать этот инструмент по назначению - далеко не каждая! Где я найду новую уборщицу на зарплату по нашему убогому штатному расписанию? Да нигде! Даже если Елена Михайловна зимой где-нибудь изыщет жабу и превратит её в уборщицу, это всё равно проблемы не решит!
- Успокойтесь, пожалуйста, - попросила его Карина. - Вам нельзя нервничать.
- Как тут можно оставаться спокойным? - возопил Мэрский, но уже намного тише. - Вот скажите мне, что это такое на полу? Что это за стоптанные вонючие тапки? Вы - уборщица, так уберите их на помойку, где им самое место!
Она с брезгливой миной схватила мои любимые тапочки и собралась их куда-то нести, но когда я прошептала ‘Ква!’, содрогнулась и незаметно для Мэрского отправила их под стол, после чего трижды перекрестилась.
- И ещё, Елена Михайловна, я вас просил ходить на работу в брюках! И что же я вижу? А вижу я вас в мини-юбке, и, как следствие, ваши ужасные ноги!
- Нормальные у неё ноги, - рыцарски вступился за меня Митяй. - Только слишком бледные, ну, так зима же, какой тут загар?
- Бледные? - удивился Мэрский. - Как ты это заметил? Под колготками же не видно.
- А я её без колготок видел. Она переодевалась.
- Прекратите обсуждать мои ноги! Вы сами сказали, что дресс-кода здесь нет!
- Ладно уж, раз дресс-кода нет, можете ходить без брюк, без юбки, без колготок и даже без…
- Вы опять разнервничались, - отметила Карина.
- Да, действительно. В общем, одевайтесь, как хотите. И переодевайтесь тоже перед кем хотите. Лишь бы с работой справлялись, остальное уже не так важно. А ну-ка, продемонстрируйте нам свою магию. А то грозить превращением в жабу любая может, для этого достаточно только иметь язык и уметь им трепать. У большинства женщин проблем с этим не бывает. А вы докажите, что это не пустая болтовня!
- Запросто. Эне, бене, раба, - начала я.
- Нет! Не надо! - не обманув моих ожиданий, испуганно закричала уборщица.
- И вправду, не нужно, - поддержал её Мэрский. - Жабой-то вы её сделаете, тут я даже ни секунды не сомневаюсь, а вот обратное превращение может не получиться. И тогда нас ждут разнообразные проблемы, наименьшая из которых - чем жабу кормить зимой. Давайте лучше вы меня введёте в транс. Только, естественно, не в гипнотический, а в магический.
Разницы между двумя трансами я не понимала, а потому сразу перешла к чтению заклинаний. Авось что-то, да получится.
- Транс, альянс, Минтранс!
- Как так можно? - скривился от отвращения Мэрский. - Что это за рифма такая, транс - Минтранс?
- Транс, фаянс, пасьянс!
- Не действует, - ухмыльнулся он. - Потому что я заблокировал ваши способности, направленные на введение людей в магический транс.
- Так нечестно! - заявила я.
- Глупости! В случае чего, вы должны спасти город от наводнения, даже если какой-нибудь злой колдун вас заблокирует. Вы должны уметь снимать блокировку или прорываться сквозь неё! Иначе грош вам цена, как ведьме!
Я решила, что полностью заблокировать мою прежнюю, бухгалтерскую сущность Мэрский не мог, потому вторую рифму взяла из жаргона бухгалтеров.
- Транс, баланс, брейк-данс!
С лица Мэрского сползла наглая ухмылка, оно вообще окаменело. Взгляд стал совершенно бессмысленным, губы сжались. Постояв несколько секунд неподвижно, он начал бить чечётку, размахивая при этом руками на уровне груди.
- Ну, ни фига себе! - высказался Митяй. - А это верхний или нижний брейк?
- Ква! - заявила перепуганная уборщица.
- Это, мне кажется, не брейк-данс, - с сомнением произнесла Карина. - Больше на степ похоже.
- Нет, скорее, лезгинка, - решила я, тоже без особой уверенности.
Услышав мои слова, Мэрский немного изменил ритм чечётки, а взмахи его рук стали более акцентированными.
- Молодая грузинка потеряла резинку! - запел он, неимоверно фальшивя. - Асса! Асса!
- Действительно, лезгинка, - согласилась со мной Карина. - Только, Леночка, Мэру вредно столько танцевать. Верни его в нормальное состояние, пожалуйста.
- Не хочу. Ему не нравятся мои ноги. Я обиделась. Да и немного физических нагрузок ему не повредит.
- Асса! - с энтузиазмом подтвердил Мэрский.
- Очень тебя прошу! Верни его в нормальное состояние, и пусть перестанет петь и танцевать. Он же этого совершенно не умеет.
Я и сама понимала, что это безобразие рано или поздно придётся прекратить.
- Очнуться! Стоять! Заткнуться, - заклинание я завершила первой попавшейся рифмой, которая оказалась нецензурной.
Мэрский замер на несколько секунд, потом его лицо приобрело осмысленное выражение, и он принял естественную позу, опустив руки.
- Неплохо, - похвалил он меня. - Вижу, магией вы действительно владеете, не очень, но тем не менее. Для защиты города от наводнений этого достаточно. Только не пойму, зачем вам понадобилось называть меня женщиной непристойного поведения, да ещё и при подчинённых?
- Я не это имела в виду. Это, в общем, слово-паразит…
- Неопределённый артикль, - пояснил Митяй.
- Так, а вы тут что делаете? Всем работать! И ни слова о том, что вы видели и слышали! Вам же, уважаемая Елена Михайловна, я настоятельно рекомендую не употреблять в рабочее время ненормативную лексику, ни в прямом её значении, ни с целью связки слов. Женщина, особенно сотрудница муниципалитета, должна изъясняться культурно, даже если у неё отвратительные ноги, а она выставляет их напоказ.
Все ушли, а я решила от обиды поплакать. Села за стол и уткнулась лицом в ладони. Но тут некстати вспомнился танцующий лезгинку Мэрский, и плакать перехотелось.
***
О танцах в моём кабинете сотрудники узнали во всех подробностях ещё до обеда. Мэрский распорядился никому не говорить, но вряд ли сам надеялся, что приказ исполнят. Карина, быть может, и промолчала, но уборщица и Митяй - уж точно нет. Они оба выглядели так, будто взорвутся изнутри, если ни с кем не поделятся увиденным.
Уже через полчаса после их ухода ко мне в кабинет стали один за другим заглядывать коллеги. Каждый из них ошибся кабинетом, и у каждого лицо выражало смесь страха и любопытства. Я не сомневалась, что здание гудит от сплетен, в центре которых моя персона. Когда я зашла в столовую, там наступила такая тишина, что лязг чьей-то упавшей вилки прозвучал набатом. Пока обедала, постоянно ловила на себе настороженные взгляды, а когда перехватила взгляд какого-то мужчины, бедняга сразу же подавился и долго откашливался.