Логово

Наверное, со стороны он смотрелся странно – неподвижно застывший, лоб нахмурен, но на губах неуверенно-радостная улыбка.

Женщина схватила за рукав.

– Пошли! Скорее!

Она оглянулась на дом, из которого вышла. Оглянулась с тревогой.

– Куда? Зачем?… Что случилось… Наташа?

Имя женщины пришло на ум легко и естественно, хотя, начиная фразу, Ростовцев не знал, как ее зовут. Его переполняло радостное возбуждение. Казалось, что вспомнить теперь все о себе будет легко и просто, достаточно лишь сосредоточиться в тишине и спокойствии.

Но Наташа сосредоточиться не дала. Тащила – в буквальном смысле – за собой. Экс-Иван механически, ничего не понимая, переставлял ноги.

Они свернули за угол, в тихий безлюдный переулок. Прохожих и машин там почти не было. По узенькому тротуару шли навстречу деловитой походкой двое работяг в спецовках, да медленно катил фордовский грузовой микроавтобус – шофер временами притормаживал, вглядывался в таблички домов – по всему судя, искал нужный адрес.

– Куда бежим? – недоуменно спросил Ростовцев. – Что случилось?

Ему не хотелось уходить от найденного с таким трудом дома, где были ответы на многие вопросы.

– Потом, потом… Сейчас срежем дворами до Чайковского и поймаем тачку…

Ростовцев решительно остановился. Что-то тут не так. Наташа не могла… не должна была… короче, их прежние отношения ни в каком виде не предусматривали, чтобы она…

Вспомнить до конца, в чем состояли их прежние отношения, он не успел. Парочка не то сантехников, не то водопроводчиков поравнялась с ними – работяги, откровенно радуясь бесплатному развлечению, с ухмылками пялились на вставшего столбом мужчину и куда-то тянущую его женщину. Ростовцев отступил к стене, давая пройти непрошеным зрителям. И не успел заметить быстрое, как у атакующей змеи, движение проходящего мимо рабочего.

В бедро несильно кольнуло. Ростовцев ничего не понял, среагировал рефлекторно – развернулся, замахиваясь… И осел на тротуар. Ногу он не чувствовал, словно отсидел или отлежал ее.

«Форд»-микроавтобус остановился рядом, у самого тротуара, скрыв происходящее от чужих взглядов – вся сцена разворачивалась в узком пространстве между стеной дома и машиной. Боковая дверца отъехала в сторону, наружу выскочил мужчина. Этот под рабочего не маскировался.

Наташа закричала – и тут же замолкла. Ростовцев попытался вскочить, рвануться ей на помощь. Но смог лишь повернуть голову в ту сторону – странная холодная бесчувственность быстро ползла по телу, он не ощущал рук, не ощущал давящего на ребра асфальта…

Увидел – выскочивший зажимает рот Наташе, вталкивает в провал двери, оттуда ее. подхватывают чьи-то руки… Он попытался крикнуть, ничего не получилось, холодные тиски добрались и до глотки. Как его поднимают с тротуара, Ростовцев не почувствовал, проем двери надвинулся – и он оказался внутри.

Там было темно и становилось все темнее и темнее, Ростовцев отчаянно пытался увидеть хоть что-нибудь, но тьма наползала, давила со всех сторон. И звучал в этой темноте голос:

– Не дергайся, киска, не дергайся, все путем, ты нам очень помогла…

Потом в мозгу стало пусто и холодно, а слова говорившего зазвучали по-другому, странно растягиваясь: «о-о-о-о-ч-е-е-е-е-нь п-о-о-о-о-м-о-о-о-огл-а-а-а-а…», потом темнота расцвела яркими разноцветными спиралями, они вращались перед глазами Ростовцева все быстрее и быстрее, и издавали нарастающее гудение, потом…

Потом не стало ничего.

…Два человека, выбежавшие из того же здания, что и Наташа, опоздали чуть-чуть. Успели увидеть лишь стремительно исчезающий за углом микроавтобус. Ни номер, ни даже марку разглядеть не сумели…

Один из опоздавших выругался и стал торопливо тыкать пальцем в кнопки мобильника. Другой поднял с тротуара кроссовку – единственное, что осталось на месте похищения. Излишне просторная обувь моториста Зворыкина в суматохе свалилась с ноги Ростовцева и отлетела под днище «Форда»…

Человек повертел ее руках, хотел бросить, но передумал. Достал-из кармана пакет и упаковал находку.

Машина – черный джип-«паджеро» – влетела в переулок меньше чем через минуту. Тормоза взвизгнули. Двое торопливо запрыгнули внутрь. Джип рванул к углу, за которым исчез микроавтобус.

Слишком поздно.

Погоня не имела смысла – по улице катил поток машин, и белых микроавтобусов среди них было более чем достаточно.

Руслан вошел в кабинет и первым делом сделал рукой характерный жест в районе собственного уха.

– Докладывай, – холодно сказал Генерал. – До этого не дошло и не дойдет. Уж свой-то кабинет я от чужих ушей уберечь могу.

– Куда прикажете доставить объект? – спросил Руслан. Постарался, чтобы голос звучал спокойно, однако торжествующие нотки прорывались.

– Подробности, – сказал Генерал еще суше.

– Взяли классически, как в учебнике. Пять минут назад, неподалеку от входа в его офис.

– А что наш пост? Официальный?

– Сейчас, надо понимать, должны выйти на связь – с докладом о том, как лопухнулись. Я попросил переключить на ваш кабинет.

– И что это значит? Брали у них на глазах? Руслан довольно улыбнулся.

– Не совсем. Маленькая изящная комбинация и…

Договорить он не успел. На столе замяукал селектор.

Генерал не стал включать громкую связь, поднял трубку и через несколько секунд протянул подчиненному. Сам стал слушать по параллельной.

Руслан ледяным тоном резюмировал услышанный сбивчивый доклад:

– Ясно. Задание вы провалили. Через час ко мне – с подробными объяснениями. Все, до связи.

– Однако автомобиль они заметили, – недовольно сказал Генерал, положив трубку на место. – Наверняка из окон тоже кто-то что-то да видел… И это ты называешь «как в учебнике»?

– С наличными силами никто бы чище не сработал, – сказал Руслан немного обиженно. – Мне не хватало людей, чтобы перекрыть дальние подступы. От машины сегодня же избавимся, свидетели, как всегда, ничего толком не расскажут, наврут с три короба… А главная свидетельница у нас – через нее, собственно, комбинацию и разыграли.

– Кто такая?