Вымирание (СИ)

- Э, минуточку, - вмешался Михаил. - Воду отключили.

- Плохо, - помрачнел Леонид. - Хотя этого следовало ожидать.

- Я успел набрать полную ванну. Как чувствовал, - продолжил Афанасьев. - Но это не значит, что её можно транжирить.

- Рану надо промыть. Иначе действительно возможно заражение, - не терпящим возражений тоном произнесла Татьяна.

- Наполним пару вёдер для хозяйственных нужд, а остальное оставим для питья, - предложил Сутурин. - В конце концов, мы привезли с дюжину бутылок минералки.

- Как хотите, - махнул рукой Михаил.

Сутурин сделал шаг к дому и остановился, глядя на конуру рядом с крыльцом. Пёс, и прежде не удостаивавший вниманием людей, теперь и вовсе лежал на боку, глядя остекленевшими глазами на стену.

- Слушай, а что приключилось с собакой?

- Я её убил, - ответил Афанасьев и вытащил из-за пояса револьвер.

- Хозяйский? - спросил Леонид.

- Точно. В спальне нашёл, в ящике комода. Ещё там есть сейф, но я не медвежатник.

- Значит, теперь у нас два пистолета, - подытожила Татьяна, извлекая оружие своего супруга из кармана плаща.

Оба мужчины с удивлением посмотрели на неё.

- Долгая история, - отмахнулась она, не желая возвращаться к случившемуся с Евгением. - Миша, давай перетащим продукты из машины в дом, а ты, Лёня, займись водой.

* * *

Наполнив в ванной глубокую миску и взяв из аптечки перекись водорода, Татьяна вернулась в комнату на первом этаже, которую тотчас окрестила "гостиной". Освещаемое яркими лучами солнца большое помещение с дорогой качественной мебелью, мягким цветастым ковром и шелковистыми обоями поражало роскошью. И безвкусицей, ярчайшим примером которой служил камин - такой же поддельный, как и мрамор, из которого он был сделан. Последний штрих - висящие на стенах картины с пейзажами тропических островов, утомляющие глаза пестротой и неестественной яркостью красок. Сидящий на диване Леонид в заурядных брюках и рубашке, вдобавок порванной и окровавленной, выглядел в подобной обстановке, как катафалк на свадьбе.

Намочив в миске полотенце, Татьяна села рядом с мужчиной.

- Неплохое место вы выбрали для убежища, - сказала она, оттирая свернувшуюся кровь с его руки. - Со всеми удобствами и даже сверх того.

- Это идея Михаила. Его привлекла ограда вокруг этого дома. Ну и на окраине мы почти избавлены от дыма...

Сутурин сжал зубы, когда женщина стала промывать рану.

- Потерпи. Без этого всё равно не обойтись.

- Да нормально, - отозвался он. - Сильно там мне досталось? По ощущениям, изрядно.

- Ну, - хмыкнула Татьяна, - эта тварь отхватила кусочек, но, к счастью, артерии не задеты. Болеть будет долго, останется шрам - и только.

- Не ожидал от этих гадов такой прыти, - вздохнул Леонид. - И уж тем более, что один из них решит меня укусить.

- М-да. Так что ты там про дым говорил?

- Его гонит не в нашу сторону. Не думаю, что здешний владелец знал про розу ветров - скорее, просто удача. Для нас.

- Пожары - это одно. Вот скоро тела на улицах начнут разлагаться, и...

- И это тоже, - поспешно согласился Сутурин.

В комнату зашёл Михаил и, опустившись в одно из кресел, спросил:

- Слушай, Таня, а ты вообще знаешь, как это делается?

- Она врач, - вместо неё ответил Леонид.

- Ага, только ветеринарный, - уточнила женщина.

- Ветеринарный? - Афанасьев не удержался от смешка.

- Именно так, - кивнула она: - Если обычно я лечу животных, это не значит, что не могу помочь человеку. - И, покосившись на парня, прибавила: - Да и выбора-то нет, не правда ли?

- Да я не против, - поднял руки Михаил. - Просто забавная у нас компания подбирается. Ветеринар, школьный учитель и установщик сигнализаций.

- Не вижу ничего забавного, - сказала Татьяна, вернувшись к прерванному занятию.

- Точно. Особенно если учесть, что эта тварь могла заразить тебя, приятель, - произнёс Афанасьев.

- И что же ты предлагаешь? - нахмурился Сутурин.

- Расслабься, я тебя выставлять за ворота не собираюсь. Но надо за тобой присматривать. Так, на всякий случай.

- Согласен, - кивнул Леонид. - Впрочем, пока я чувствую себя сносно.

- И, будем надеяться, так пойдёт и дальше, - сказала Татьяна и улыбнулась ему.

* * *

Электричество отключилось ненамного позже воды, и потому консервы пришлись как нельзя кстати. Три банки сайры, чай, несколько ломтиков порезанного хлеба и ложки составили нехитрый обед выживших.

- А я думал, света нет, - сказал Леонид, взяв тёплую чашку.

- Остатки былой роскоши, - ответила женщина. - И это в последний раз, сами понимаете, так что придётся привыкать к холодной пище. Можно, конечно, разжечь костёр во дворе...

- Я бы не рискнул, - заметил Михаил. - Мало ли, вдруг дым привлечёт этих тварей.

- Сейчас везде дым, - возразил Сутурин.

Афанасьев пожал плечами и, не дотронувшись до своей консервной банки, отошёл к окну. Когда он достал из кармана свежую пачку сигарет, захваченную в магазине Леонидом, Татьяна поморщилась:

- Ты же не собираешься курить здесь?

- Извини, я без этого не могу.

- А как же запах никотина? Это тебе не гарь пожарища.

- Знаешь что, - вздохнул Михаил, - я и так лишился почти всего. Последняя радость осталась. А если эти скоты и учуют табак, пускай сначала попробуют залезть сюда.

- Не высоки ли ставки?

- Рано или поздно они всё равно начнут это делать, верно? - вмешался Леонид.

- Вот-вот, - кивнул Афанасьев и, открыв окно, закурил.

Одарив обоих мужчин неодобрительным взглядом, Татьяна решила сменить тему:

- Так что будем делать?

- Полагаю, всё, что от нас сейчас требуется - это терпение, - ответил Леонид. - Мы должны ждать.

- Чего? - нахмурилась женщина. - У моря погоды?

- Он прав, док, - выпустив струю дыма через ноздри, сказал Михаил.

- Не называй меня так. И я не уверена, что бездействие так уж замечательно.

- Это не бездействие, - поправил её Сутурин. - Это выжидание.

- Отговорки!

- Чего тебе неймётся? - покачал головой Афанасьев. - Вон, этот тип тоже рвался в бой недавно. А теперь поумнел. Угадай, почему? Да просто он был ТАМ.

- И я тоже была. ТАМ, - съязвила Татьяна.

- Послушай, - сказал Леонид, - тебя насильно никто не держит. Ты ещё можешь сесть в свою машину и отправиться... куда считаешь нужным. Не скажу, что буду рад такому развитию событий, но, как говорится, вольному воля.

- Тут ты прав, - согласилась она и вздохнула. - Знать бы ещё, куда ехать.

- Вот-вот, - хмыкнул Афанасьев.

- Вдобавок, Миша прав. Я уже пытался найти других выживших. Встретил только тебя - и то случайно. Те, кто уцелел, либо укрепились в надёжном месте, подобно нам, либо уехали.

- Я не привыкла сидеть, сложа руки.

- И мне это не по душе. Лично я считаю, что мы должны выждать несколько дней, от силы неделю. А потом, если сюда так никто и не прибудет, отправляться в путь самим.

- Стоп-стоп! - поднял руку Михаил. - О чём это ты, приятель? Здесь можно прожить гораздо больше, чем паршивую неделю.

- Ты в этом уверен? - прищурился Леонид. - Положим, еда у нас есть. И вода, в принципе, тоже, пусть и не так много, как хотелось бы. А вдруг весь этот хаос надолго? На носу зима, а отопления нам не видать, как своих ушей. Будем жечь костры?

- Да хотя бы!

- Только что ты говорил, что это неразумно, - не удержалась Татьяна.

- Не умничай, док, - сузил глаза Афанасьев.

- И не забывай про другие "мелочи", которые могут серьёзно осложнить наше положение, - продолжил Леонид. - Даже, пардон, про отсутствие воды в туалете.

- Там, - Михаил показал за окно, - всё равно хуже.

- Согласен! Но как долго ты будешь здесь сидеть? Месяц? Два? Год?