О, Путник!
О, Путник! читать книгу онлайн
Этот эпический фантастический роман, состоящий из трёх книг, предваряет собой целую серию романов под общим названием «Квинтет. Миры». В неё так же включены романы «Баллада о диване», «Девушка, которая, якобы, не умела любить», «Две ипостаси одной странной жизни» и «Призрак и Леший». Все эти произведения объединены общей идеей, которая заключается в том, что всё вокруг нас, как говорил один умный человек, кажется нам таким, каким оно не является на самом деле. Душа человеческая так же велика и загадочна, как и Космос, а может быть и больше, чем он. Всё в этом мире, вроде бы простом и прозаичном на первый взгляд, скрыто под мистической и загадочной вуалью. Приподними всего лишь её краешек и перед тобою откроются бесконечные и неведомые ранее пространства, полнящиеся тайнами, загадками и гипнотически притягивающие к себе так, что уже невозможно будет не сорвать решительно и бесповоротно вуаль, дабы познать всё скрытое под ней до конца. И так. Настоящий роман, предлагаемый вашему уважаемому вниманию, обо всём. О Земле и о Вселенной. О жестоких и кровавых битвах на тверди и в небе. О стремлении к познанию, о мужестве, о пороках, о трусости, о чести, о долге и совести. Он полон приключений, тайн, необычных поворотов сюжета и, конечно же, он в первую очередь о великой и всепобеждающей любви на фоне грандиозных и невероятных событий. Конец романа очень неожидан. Да, и ещё два момента… Во-первых, автор романа на его страницах неоднократно беседует с Богом в дружеской обстановке. Это несколько необычно, но почему бы и нет? Во-вторых, автор претендует на некоторую философичность своего творения. Прав он или не прав, судить вам.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
— Хозяин этого заведения. Весь к Вашим услугам, Милорд.
— Ну что же, любезный, присядьте-ка за наш стол, прошу вас. В ногах правды нет, — покровительственно и мягко произнёс я, обращаясь к ТРАКТИРЩИКУ.
Тот побагровел и нервно засопел, видимо от неожиданно оказанной ему чести, несколько мгновений поколебался, осторожно присел на скамью напротив нас с ШЕВАЛЬЕ. Последний слегка напрягся, поморщился. Я усмехнулся. Ох, уж, эти дворяне…
— Так значит, вы хозяин этого чудесного заведения? Оно мне очень понравилось, милейший, — продолжил я. — Кстати, не помешал бы нам ещё один бокал!
Перед столом мгновенно возник другой официант. На подносе он держал графин с вином, бокал, тарелку с ножом и вилкой.
— Ай, да пройдоха! — весело засмеялся я, слегка хлопнув ТРАКТИРЩИКА по плечу, от чего тот завалился набок, но весьма быстро восстановил равновесие. — Ценю предусмотрительных людей. Предусмотрительность — верный признак ума!
— Милорд, позвольте выразить Вам глубочайшую признательность за то, что Вы посетили сие скромное пристанище для отягощенных дорогой путников! Какая честь, какая честь! — загудел хозяин. — Не будет ли Вам угодно до начала трапезы оставить свой автограф на нашей памятной доске?
Памятная доска представляла собою тонкий, плоский, идеально отшлифованный кусок белого мрамора в углу трактира рядом с огромным, пока холодным, сумрачным и тихим камином. Мрамор был украшен несколькими чёрными росписями и надписями с указанием дат. Над доской висели парадные портреты, очевидно изображающие лиц, оставивших свои автографы.
— Извините, сударь, но почему вы решили, что именно мой спутник достоин расписаться на доске? У такого человека должны быть определенные заслуги перед обществом, высокий социальный статус. Но вы же его совершенно не знаете!? — нервно и возбуждённо спросил ШЕВАЛЬЕ.
— Ваша Честь, зачем мне его знать? Его знает Небо, и оно ему покровительствует. Этого вполне достаточно…
Юноша некоторое время переваривал данное откровение, потом как-то обречённо и невесело засмеялся.
— Как хорошо и точно сказано! Как тонко подмечено! Да вы, милейший, — настоящий поэт! — довольно улыбнулся я, а потом раздражённо взглянул на ШЕВАЛЬЕ и стальным голосом произнёс. — Мой юный друг! Не кажется ли вам, что ваши странные комплексы препятствуют мне в данный момент и в данном месте в полной мере насладиться Тихой Прохладой, обещанной нашим милым и гостеприимным хозяином? Соблюдайте, пожалуйста, достоинство и приличия! Спокойствие и ещё раз спокойствие!
— О, Ваше Величество, извините меня, прошу прощения! — мой спутник покраснел, вскочил, суетливо и крайне неловко мне поклонился.
Очевидно, указанные слова были произнесены слишком громко. ТРАКТИРЩИК и официанты застыли, как вкопанные. В зале мгновенно воцарилась тишина. Крестьяне, купцы и дворяне сидели за своими столами неподвижно и, находясь в полном недоумении, искоса и с интересом разглядывали меня.
Ах, юный идиот! Почему я сразу не прогнал его?! Ах, моё бедное глупое «ИНКОГНИТО!». О, как недолго в очередной раз я пребывал в данном благостном состоянии!
Я слегка приподнялся:
— Дамы и Господа! Извините, — всё хорошо, не обращайте на нас внимание. Знаете ли, мой юный друг горяч и поспешен. Молодо, зелено, ну и всё такое… Не совсем точно выразил свою мысль, оговорился, бывает, что тут поделаешь!
Я снова сел за стол, с досадой взглянул на потупившегося юношу, нервно указал официанту на графин и бокалы. Они моментально наполнились вином.
ТРАКТИРЩИК почтительно и тихо сидел напротив, официанты куда-то исчезли. Вино было великолепным, таким, каким ему и полагается быть: сложный и насыщенный букет, лёгкая терпкость, тончайший, едва уловимый, но явно доминирующий вкус полыни среди ещё каких-то трав, бодрящий десертный градус.
— Неплохо, неплохо, — небрежно констатировал я, с наслаждением потягивая божественный напиток.
— Милорд, это лучшее вино такого рода из всех вин, существующих на свете. Клянусь Вам! Оно хранится в моей самой потаённой и заветной бочке. Выдержка — десять лет! За последний год я потревожил покой этого вина только дважды, второй раз, — исключительно ради Вас.
— Спасибо за оказанную честь. А ради кого вы потревожили его покой в первый раз?
— О, Милорд, — ради самой прекрасной из женщин, которую я когда-либо видел в своей жизни! Вы, очевидно, слышали о Графине Первой Провинции Первого Острова? Она гостила неподалёку на юге у Графа Третьей Провинции, следовала в Столицу на Королевский Приём, случайно посетила мой трактир. Боже мой, — какая дама, какая красота, какой ум, какая непосредственность, какое обаяние, какие манеры! Эта улыбка, смех, глаза, руки…
Лицо ТРАКТИРЩИКА озарилось такой первозданно-чистой печалью и умилением, что я внезапно растрогался и нервно смахнул со своих глаз невольно набежавшие на них слезы. То же самое, к моему удивлению, сделал и ШЕВАЛЬЕ. Мы все некоторое время грустно помолчали.
— Да, я вас понимаю… Ох, как понимаю! ГРАФИНЯ действительно — само совершенство. Я имею счастье быть знакомым с нею лично. Позвольте произнести тост в её честь.
Мы, несколько нарушая правила употребления аперитива, быстро осушили бокалы сначала за здоровье ГРАФИНИ, потом за её неземную красоту, затем за её ближних и дальних родственников, ну и конечно же — за любовь. После этого мы с недоумением обнаружили, что вино и в бокалах и в графинах иссякло.
ТРАКТИРЩИК попытался, было, восстановить нарушенный баланс между ожидаемым и имеющимся в наличии:
— Человек, вина! Быстро!
Но я мягко прервал его:
— Пока больше никакого вина… Отведаем ваши блюда, оценим их свойства и качество, немного пообщаемся под тот самый запрещённый напиток, если он у вас всё-таки имеется, после чего, в зависимости от степени полученного мною удовольствия, я, возможно, приму решение о выдвижении вашего заведения на Конкурс Лучшего Трактира Трёх Островов.
Лицо хозяина сначала побледнело, потом порозовело, а затем побагровело. Он, как мне показалось, даже абсолютно протрезвел. Хотя, может ли этакий монстр быть пьяным? Я, конечно же, понимал, что несколько переборщил с блефом и раздачей авансов, но, чем чёрт не шутит, а не организовать ли мне действительно где-нибудь и несколько попозже такой конкурс!? Вполне возможно, вполне возможно…
— Милейший, прошу проконтролировать процесс нашей трапезы, — по-прежнему мягко, но строго произнёс я.
— Сию минуту будет исполнено! — ТРАКТИРЩИК вскочил со своего места и быстро исчез.
Я и ШЕВАЛЬЕ некоторое время посидели молча. Наконец юноша тихо проговорил:
— Ваше Величество, прошу еще раз прощения за свою несдержанность… Я подвёл Вас, раскрыв Ваше «ИНКОГНИТО», очень сожалею. Накажите меня, как Вам будет угодно. Что это на меня такое нашло, не пойму!?
— Ничего ШЕВАЛЬЕ, ничего, на первый раз прощаю. Успокойтесь… Сейчас перекусим — и в путь. Но, с другой стороны, стоит ли теперь нам спешить? Куда, зачем? Потерян смысл дальнейшего пути… Столицы нет, Второго Короля нет. Моя миссия закончилась, так почти и не начавшись. Надо подумать, немного подождать, поразмышлять, послушать людей, проанализировать ситуацию.
— Сир, почему-то мне вдруг именно сейчас вспомнился МАГИСТР. До сих пор он, исчезающий в облаке пыли, стоит перед моими глазами. Как это объяснить? Кто он такой?
— Вы знаете, ШЕВАЛЬЕ, на свете действительно есть масса явлений и вещей, которые не подвластны нашему разуму. Но это отнюдь не означает, что они закрыты для познания и понимания. Нет, они являются таковыми лишь на определённом этапе долгого и сложного пути, а потом предстают перед нами в совершенно другом свете. Через некоторое время смотрим мы на них, и думаем, — ах, как же всё понятно и просто, ох, и почему же раньше мы не могли осознать эти, казалось бы, элементарные истины!? Вот так же найдём и объяснение исчезновению нашего МАГИСТРА, дайте время. А вообще-то зря вы о нём упомянули. Как бы не сглазили, тьфу, тьфу, тьфу… — я нервно постучал по столу.