Сага о живых кораблях
Сага о живых кораблях читать книгу онлайн
Знаменитая трилогия неоднократного лауреата премий «Хьюго», «Небьюла» и «Еврокон» Энн Маккефри — одна из самых удивительных и романтичных историй в мировой фантастике. Ее героини, Хельва, Нансия и Тия Кейд, волею судьбы превратились в заключенный в капсулу «мозг» космического корабля. На бескрайних просторах Вселенной начинается их новая, полная опасных приключений жизнь. «Сага о живых кораблях» — цикл, который прославил автора не меньше, чем «Драконы Перна», и по праву вошел в золотой фонд фантастики.
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
— Она подумала об этом, — угрюмо признался Сев. — К несчастью для нее, я... надел комбинезон химзащиты и газонепроницаемую маску, прежде чем взяться за проверку электроники.
— И?
— Эта конструкция ни за что не прошла бы даже самую поверхностную инспекцию, — бесстрастно ответил Сев. — Она не прошла даже мою инспекцию. Я отправил по Сети полный отчет — этого было достаточно, чтобы остановить платежи по космической станции и начать расследование в отношении «Конструкций Поло». Леди была... э-э... недовольна, когда я сказал ей о том, что сделал. — При этом воспоминании уголки губ Сева тронула легкая улыбка. Молодой человек рассеянно потер четыре параллельные царапины под правым ухом. Теперь это были всего лишь почти незаметные шрамы, однако они слегка зудели, когда Сев вспоминал о Фассе. Быть поцарапанным ею — это далеко не столь приятно, как те вещи, которые они проделывали на «Занаду», однако это был весьма бодрящий опыт. Даже сейчас Сев сознавал, что предпочел бы драку с Фассой вечеринке с шестью другими девушками, с которыми он был знаком.
Не то чтобы ему вновь представилась такая возможность...
— Вы сказали, что ваш отчет должен был послужить поводом для закрытия этой космической станции, — мягко напомнил его собеседник. — Но?..
— Будь я проклят, если знаю. — Сев развел руками. — Когда я снова вернулся на планету, мой отчет исчез. Все мои файлы были стерты в результате какой-то странной поломки компьютера, и никто не озаботился до этого скопировать их на кристалл... или по крайней мере мне так сказали. И я был обвинен в сексуальных домогательствах. А именно в том, что я не сумел произвести установленную протоколом инспекцию и угрожал Фассе дель Парма-и-Поло, что подам отрицательный инспекционный отчет, если она откажется исполнить мои извращенные требования.
— Она успела первой, — пробормотал собеседник.
— Она шустрая, — мрачно признал Сев. — И умная. И... ну, это не имеет значения. Не сейчас. — «Я никогда больше не окажусь на «Занаду». А если бы оказался, то она пришпилила бы меня к стене и содрала кожу. Медленно». — Это было ее слово против моего, никаких улик с обеих сторон. Или, по крайней мере, так сказал мне мой начальник. Вторая инспекция — вторая честная инспекция — обнаружила бы те же недостатки, о которых говорилось в моем отчете. Но они не стали бы посылать меня после того, как она подала на меня жалобы. А пока они думали, где бы найти еще кого-нибудь с техническим образованием для проведения инспекции, сенатор Сеневикс провел через свою комиссию специальный законопроект. Он возглавляет Комиссию по этике, — пояснил Сев. — Этот законопроект приравнивает проведение второй инспекции того же самого класса к попытке дважды обвинить человека за одно и то же преступление, то есть подводит строительную компанию под защиту старинного закона о двойном обвинении. Так что нам не было позволено вернуться и собрать улики. А потом начали приходить письма — о том, что я посещаю «Иг-Рай», — ну а остальное вам известно.
— Да. Однако мне неизвестно, чего вы ожидаете от меня. Вы сказали, что не хотите, чтобы я похлопотал за вас в «Бахати КредитЛин», — и я полагаю, это правильно: думаю, что если вы вернетесь в систему Ньота йа Джаха, то ваша жизнь не будет стоить и кредитки. И вы должны знать, что Центр не вмешивается во внутренние законодательные вопросы других миров. Если ваша юная леди подкупила сенатора, это весьма прискорбно, но нам придется подождать, пока люди на Бахати осознают этот факт и сместят его путем должного выборного процесса.
— Можно сделать больше, — мрачно сказал Сев, — если я соберу неопровержимые свидетельства того, что она делает.
— Молодой человек, вы никогда больше и близко не подойдете к делам, связанным с «Конструкциями Поло». Судя по тому, что вы мне рассказали, эта девушка слишком умна, чтобы позвонить вам вновь вмешаться в ее махинации.
— Верно, — согласился Сев. — У меня теперь не будет ни шанса поймать ее на чем-нибудь. И не так уж много существует следователей — мужчин или женщин, — в отношении которых я могу гарантировать, что они устоят перед... э-э... методами отвлечения, применяемыми Фассой. — Он помолчал несколько секунд, поддавшись яркой, краткой, почти болезненной вспышке воспоминаний. — Может быть, и никого вообще, — подвел он и тог, вновь открывая глаза. — Но «мозговой» корабль будет в достаточной безопасности, как вы считаете?
— Скажите мне, — произнес сероглазый человек, — что именно вы придумали. — Он не пошевелился, даже веки не дрогнули, однако Сев ощутил прилив интереса со стороны собеседника. Брайли коротко обрисовал свой план, принял несколько поправок и дополнений к основной стратегии и затаил дыхание — душу его переполняли надежда и восторг. Ему пришлось потратить много времени, чтобы добраться до этого человека, и он не ждал, что это время реально окупится.
— Думаю, это может быть сделано, — прозвучал наконец вердикт. — Я даже думаю, это должно быть сделано. И полагаю, я могу это устроить.
— Тогда осталось найти только корабль, способный осуществить наш план.
— Любой корабль Курьерской службы на это способен, — в ровном, бесстрастном голосе прозвучал намек на укоризну. — Однако мы можем сделать лучше. Вам нужна честность, сообразительность, дипломатические навыки и способность достоверно сыграть роль беспилотника. Есть один корабль, получивший патент достаточно недавно — около пяти лет назад; он подходит вашим целям. Я могу гарантировать его — точнее, ее — личную честность, а именно это наиболее важно в данной операции. Что касается остального... — Короткая, ироничная улыбка собеседника несколько сбила Сева с толку. — ...Что ж, скажем так: я слежу за карьерой именно этого корабля с некоторым интересом.
Он встал, и Сев последовал его примеру. Когда они проходили мимо музыкального помоста, синткоммист неожиданно наиграл какую-то примитивную мелодию — раздражающую, слишком громкую, однако за грубым звучанием таился странный притягательный ритм. Севу эта музыка даже понравилась, однако его спутник прикрыл глаза и слегка содрогнулся.
— Прошу прощения, — произнес он, когда дверь кафе закрылась за их спинами, — за эту музыку. По моему мнению, это не является привлекательной чертой данного кафе. Однако это еще одна из причин, по которой я хожу сюда.
Сев озадаченно нахмурился.
— Вы бы сочли, что молодой человек из Высшей Семьи, с хорошим образованием, которому вся семья готова помочь найти достойную работу, мог бы сделать куда лучшую карьеру, чем играть на синткомме в пыльной забегаловке в одном из наименее респектабельных районов города, не так ли?
Это явно был риторический вопрос. Тем не менее Сев кивнул в знак согласия.
— Вот и я так думаю, — сказал единственный честный человек на Кайласе. — Однако мой сын придерживается другого мнения.
Глава 9
Рахилли, инспектор Нансии в КС, отдал ей приказ не спешить, пока она не привыкнет к новым встроенным гиперчипам.
— Возвращайтесь обратно на Центральные Миры, — сказал он, — у вас вполне достаточно времени. Здесь вас ждет несколько новых заданий, но ничего срочного. Нет причин подвергать себя слишком большому количеству переходов через сингулярность, пока вы не освоитесь со своими новыми возможностями.
Поэтому Нансия избрала более длинный путь домой, требовавший только одного, очень короткого скачка через сингулярность. Она наслаждалась четкостью и быстротой мышления, царившими там, где были установлены новые чипы.
После прыжка ей даже захотелось поворчать на предосторожность, проявленную Курьерской службой.
— Это был лучший прыжок, какой я когда-либо проделывала, — обратилась она к Калебу. — Ты почувствовал, как я вышла в Центральное подпространство — чисто и без брызг?
— Чисто и без брызг? — удивился Калеб.
Нансия осознала, что за все время их напарничества она никогда не рассказывала Калебу о своих ощущениях от сингулярности и не упоминала старые земные метафоры, которые приходили ей на память, когда она ныряла в расщепление пространств.