Чужие сны

— Кто же я?! — ангельским голоском пропел явившийся. — Я — твой страх. Я — твоя ненависть. Я — тьма в твоей жалкой душонке, большая, чем ты весь вместе взятый. Я — это ты! — теперь уже юноша, держа кость как клинок, шел вперед, а толстый старик отступал шаг за шагом. — Тебе дана власть призывать и убивать по своей воле богов — кто дал тебе эту власть? Ты ведь не догадался? Здесь — не ад для них, а ад для тебя, ты вызывал и уничтожал частицы самого себя, пока твоя душа не очистилась от всего, пока не осталась она одна. Пока не остался я! — и с этими словами он ударил тростью старика в грудь. Сначала жирная плоть сопротивлялась, но вот острие достигло сердца, и толстяк исчез, а за ним — призванные им боги и само здесь. Среди ничто остался юноша с костью в руках.