Восхождение

«По видику это всегда очень эффектно выходит, – подумал Питер, желая убедиться, как это в реальной жизни получится. – В точном соответствии с рекламой», – радостно заключил он, когда двое мужчин вяло растянулись на полу.

Он повернулся посмотреть, что там поделывает Сара, и очень вовремя, ибо в тот самый миг носок ее ботинка изящно соприкоснулся с подбородком стоящего на коленях бандита. Глаза у того совсем потускнели, и он с красивой неспешностью опрокинулся навзничь.

– Блестяще, мэм, – от души похвалил Редер.

– Спасибо на добром слове, – отозвалась Сара.

Сара взглянула на лежащего перед ней мужчину, затем подошла к другому, которого она вырубила первым. Она склонилась к нему, затем ахнула и резко выпрямилась.

– О Боже! Он мертв! – в ужасе выдохнула она. Редер присел и проверил пульс у мужчины на горле.

– Да, действительно, – сказал он, вставая. – И мы тоже будем мертвы, если в темпе отсюда не уберемся. – Живые бандиты уже начинали шевелиться.

Сара перевела дыхание и оторвала глаза от убитого ею человека.

– Да, – мрачно согласилась она.

Питер взял ее под руку и повлек за собой. По-прежнему хмурясь, Сара окинула всю сцену последним взором, покачала головой и позволила ему себя увести.

Она какое-то время молчала, затем сказала:

– На меня уже пару раз нападали.

– Прискорбный факт, – отозвался Редер, разглядывая ее задумчивое лицо.

– Но здесь было совсем по-другому. Обычно бывает масса всяких заходов типа «эй, крошка» и тому подобного. Они вроде как друг друга подначивают. Потом ты делаешь им бо-бо, и они отстают. – Она покачала головой. – А эти ничем таким не занимались. Они как будто работали. Словно бы им дали задание, и они его выполняли. – Сара взглянула на Редера, пытаясь понять, что он по этому поводу думает.

– У меня тоже такое впечатление создалось, – согласился он. – Вот только я не могу придумать никого, кто бы на это решился.

– А ведь они за вами пришли, – сказала Сара, подталкивая его в бок. – Вы тут главный злодей.

– Да, это мои позывные, – с удовольствием согласился Редер. – Как вы догадались?

– Так вы пилот? – Она явно удивилась.

«Очевидно, капитан-лейтенант до сегодняшнего вечера знала обо мне не больше, чем я о ней, – подумал Питер. – Надо бы как-то этот пробел восполнить».

– Ага, – подтвердил он. – Еще год назад я на «спиде» летал. Потом я был ранен. – Он показал ей искусственную руку. – Пришлось переквалифицироваться.

На лице у Сары появилось выражение человека, которому его знакомый только что свою любимую жабу представил.

– А что такое? – спросил Редер, чувствуя неловкость.

– Да нет, ничего, – быстро ответила Сара. – Просто мне… обычно я с пилотами «спидов» не лажу.

– В самом деле? – откликнулся Редер.

– Да, – сказала она, по-прежнему стараясь быть вежливой. – Они от нас, от «психов», очень отличаются. Совсем другая порода.

Все время, пока она говорила, Питер чувствовал ее отчуждение и был этим не на шутку смущен и раздосадован.

– Но, капитан-лейтенант, – осторожно возразил он. – Меня самым капитальным образом усмирили. Я физически неспособен на «спиде» летать. Чего вам еще нужно?

– Бросьте! – вдруг огрызнулась Сара. – Нечего приписывать мне слова и мысли, которых у меня и в помине нет. Если хотите себя пожалеть, я вам тут не помощница.

«Мои поздравления, Редер, – подумал он, глядя, как она уходит. Твой мальчишеский шарм еще одно чудо сотворил».

Он пустился следом, и через несколько мгновений ее догнал. Но Сара смотрела прямо перед собой, и глаза ее искрились гневом. Да и Редер вдруг понял, что слишком устал для продолжения разговора. «День был длинный и напряженный, – напомнил он себе. – Возможно, ты просто что-то не то сболтнул».

Хотя глубинный инстинкт подсказывал ему, что молчание тоже может быть неверно истолковано.

«О Господи, – подумал Редер, – все это так запутанно. Я просто хочу лечь в постель. А мир с его проблемами пусть куда подальше катится».

Редер сбросил второй ботинок и ненадолго присел на край койки, слишком усталый, чтобы так сразу снять носки. Они с Сарой доложили о нападении на гражданской стороне КПП, после чего со всем подобающим сочувствием оказались втянуты в тот самый бюрократический кошмар с заполнением всевозможных бланков, который так часто в художественных фильмах о дегуманизации человечества показывают.

Сотрудники гражданской службы безопасности казались так искренне расстроены инцидентом, что без конца продолжали извиняться и восклицать. Однако Редер поверил в их искренность, только когда они сказали:

– Здесь такого просто не бывает. Сами подумайте, куда им отсюда сбежать?

«Действительно, – устало подумал Питер, – куда?»

Они с Сарой приняли любезное предложение проводить их до корабля, после чего расстались с измученными пожеланиями доброй ночи, кривыми улыбками и неловкими жестами. Спать им до очередной вахты оставалось совсем немного.

«Ладно, – подумал Питер, – она уже взрослая девочка. И наверняка не нуждается в моей помощи, чтобы свою койку найти». Но все же компания Сары очень ему понравилась. И он искренне сожалел, что между ними вдруг такая кошка пробежала. «А, к черту, – подумал он затем. – Мне что, больше подумать не о чем? – Тут Питер потер лоб. – Если бы я только мог думать».

Тут затрезвонил интерком. Он опустил стол и нажал на кнопку. На тонком стенном экране появилась одна из сотрудниц службы безопасности станции, и Питер подавил мучительный стон.

– Простите, что так поздно вас беспокою, – сказала она, – но я подумала, что вы захотите это узнать. Убитый человек работал здесь грузчиком. Его документы оказались очень хорошей подделкой, иначе, уверяю вас, его бы на станцию не допустили. Хотела бы я вам больше рассказать. – Женщина развела руками. – Но не похоже, что он с кем-то связан. Компания, на которую он работал, как раз должна была его уволить. А отсюда вытекает, что он автоматически отправился бы домой. Домой в данном случае означает – на Каттавасию. – Холодный маленький аванпост, прежде всего известный своей заброшенностью.