Страна динозавров

«Ну всё, здесь вам меня уже не достать!» — подумал я и, устроившись на ветке поудобнее и, пристегнув на всякий случай ремень за ствол дерева, залёг спать в обнимку с деревом.

Но и во сне я мучился. Всё время убегал от гнавшихся за мной велоцерапторов. Они долго гнались за мной, а затем настигали и вместо того, чтобы кусать, изо всех сил пинали меня в спину. Я просыпался в холодном поту, но, убедившись, что вокруг всё спокойно, снова засыпал. Потом мне снилось, что я теряю равновесие и падаю с очень высокой скалы, я порывался кричать и от собственного голоса, вновь просыпался.

Подобные сны снились мне всю ночь.

Рано утром я снова проснулся. Не оттого, что выспался, нет, просто мне надоел такой «сон».

Ощущал я себя не лучше, чем вчера. Немного кружилась голова и от каждого движения болела спина.

Снизу на меня смотрели два целюрозавра, один из которых тщётно пытался забраться на папоротник и только беспомощно прыгал рядом. Они заметили, что я очнулся, и немного насторожились, отойдя от дерева на некоторое расстояние.

«Ну, гады, получайте!» — пронеслась у меня мысль. Я выхватил револьвер и выпустил в них две пули. На третьей затвор только глухо щёлкнул, не издав никакого выстрела. Один из хищников громко вскрикнул, но не упал, и они вместе быстро скрылись в гуще леса. Видимо одного я таки ранил. Эх, жаль, что у меня нет ружья!

Я нажал на спусковой крючок ещё раз, но выстрела снова не последовало. И тут же понял, что в прошлый раз не перезарядил револьвер.

— Чёрт! — произнёс я про себя и стал быстро вытряхивать стреляные гильзы из барабана. Затем я медленно и аккуратно зарядил его новыми пулями.

«Ну, вот не прошло и дня, а ты уже расстрелял треть своих патронов! — вздохнув, подумал я. — Ладно, теперь надо менять перевязку».

Перестегнув ремень, я стал потихоньку слезать с дерева. Потом сорвал несколько ровных больших листьев и направился к озеру. Там промыл раны, используя платок, как мочалку и снова наложил листья на рану, перевязав всё той же самой окровавленной майкой, используя её уже во второй раз.

О какой-то особой гигиене говорить не приходилось, это было всё, что я мог сделать в данных условиях и без помощи со стороны. Поверх натянул грязную, но сухую рубашку, так как мокрая, она бы обязательно прилипала к повязке, отрывая её от кожи.

Снова хотелось есть, но уходить от берега в лес я не решился. А вдруг здесь будут проплывать мои друзья и, уйдя в лес, я просто пропущу их, и они станут искать меня в другом месте? Вероятность того, что они уже сегодня достигнут озера, как я считал, была велика, поэтому сегодня можно было пережить и без еды.

«Ничего, как только меня найдут „наши“, то сразу хорошенько накормят, — думал я, медленно шагая вдоль береговой линии в направлении, откуда, возможно, в недалёком будущем ко мне устремятся друзья. — Тогда и отдохну».

Путь мой лежал в сторону реки Восточной.

В полдень я уже не мог нормально стоять на ногах и, словно пьяный, медленно присел на песок, стараясь не сильно напрягать спину. Около часа я отдыхал, затем снова встал и, петляя, побрёл вперёд.

Берег казался бесконечным, и потому мои надежды быстро сводились на нет, а вместе с ними и остатки сил. Голова стала кружиться ещё больше, и я чуть не упал, спотыкнувшись о свою же ногу.

Я снова присел. На этот раз, я подумал, что уже не встану.

Через час я почувствовал, что мне уже несколько лучше, выпил воды, слегка взбрызнув ею лицо, и медленно поднялся на ноги.

Но тут же в страхе упал на живот, завидев вдалеке на пляже две фигурки велоцерапторов, медленно передвигавшиеся прямо по моим следам.

От резкого движения я чуть не вскрикнул от пронзившей меня боли.

«Неужели они идут за мной?!» — в панике подумал я, вспомнив, как волки умеют по следам определять больное животное, а ведь они тоже хищники. Следовательно. О, боже мой! Они действительно могли идти по следам.

Я достал револьвер и отполз за небольшой песчаный бугорок посреди пляжа.

Велоцерапторы ускорили темп, видимо, они тоже заметили меня и теперь хотели прикончить свою жертву, не откладывая на потом.

Я выставил револьвер перед собой, разложил рядом запасные набои и прицелился. Руки немного тряслись, мешая нормально прицелиться. Нас разделяли уже какие-то сто пятьдесят футов, когда я, плюнув на прицел, стал стрелять просто в их сторону.

Шесть пуль с небольшим интервалом устремились к цели. Один из них вскрикнул. Видимо, одна из пуль всё же достигла своей цели! Не мешкая и не обращая внимания на хищников, я быстро вытрусил гильзы из барабана и стал вставлять туда новые патроны. Последние. Теперь следовало стрелять как можно прицельнее.

Выстрелы и вскрик одного из хищников заставили велоцерапторов немного сбавить шаг. Но не сильно. Буквально через несколько мгновений, после ошеломившей их пальбы, они снова воспряли духом и один из них, постепенно ускоряясь, побежал на меня. Другой же остался чуть позади. Судя по всему, именно его я и ранил.

Я успел перезарядить револьвер ещё до того, как первый хищник добежал до меня.

Долго целиться я не мог, но и цель была не далеко.

Первые три выстрела, судя по всему, попали в цель, откидывая хищника в сторону и покрывая его грудь красными точками. Четвёртая пуля, кажется, прошла рядом, но тот уже грузно падал, и ещё одна пуля ему уже была не нужна.

Но за ним уже быстро набегал второй велоцераптор, к чему я ещё не был готов, потому выстрелил практически, не целясь, вероятно, так ни разу и не попав.

Барабан был пуст, но даже если бы у меня были ещё патроны, времени на перезарядку всё равно не оставалось.

А велоцераптор продолжал нестись на меня. Теперь я был готов драться до конца, наверное, последний раз в жизни, уже совершенно не надеясь на чью-либо помощь со стороны.

Резким движением я вытащил свой нож и занёс для удара.

В последнее мгновение ещё я подумал, что всё-таки не совсем дёшево продал свою жизнь.

Но в этот самый момент прогремели счастливые для меня выстрелы, в щепки, разнёсшие голову и грудь динозавра. В меня брызнули капли крови и мозга, покрыв этой смесью всё лицо.

Через мгновение тело уже мёртвого динозавра завалилось рядом со мной, покрывая песок густой кровью, быстрыми ручейками стекавшей с трупа.

Лишь только я понял, кто стрелял и захотел было улыбнуться, оборачиваясь назад, как сильная боль пронзила моё тело и, потеряв сознание, я обмяк, опустившись на песок.

Но самое страшное было уже позади…

Глава тридцать первая

Снова вместе

Очнулся я, как потом узнал, только на следующий день. Пахло чем-то ужасно неприятным, что заставило меня сморщить лицо и быстро вернуться в чувство.

Оказалось, что я лежал на животе на подстилке, расстеленной в тени пальм. Рядом сидел Саммерли с протянутой к моему лицу бутылочкой. Видимо это была не вода, а нашатырный спирт.

Я отпрянул в сторону и профессор забрал свою зловонную бутылочку.

Странно, но теперь я ощущал себя чистым и вымытым. На мне была одета новая одежда, а грудь перетягивала бинтовая повязка.

— Теперь всё будет нормально, — как будто успокаивая ребёнка, как можно мягче произнёс профессор, помогая мне сесть на подстилку. — Раны мы перевязали и скоро они заживут. Сейчас мы тебя накормим, и ты опять заснёшь.

Рядом со мной, здесь же на подстилке, была разложена заранее приготовленная тёплая еда.

Я накинулся на неё, как с голодного острова, не сильно заботясь о достаточном пережёвывании пищи.

Тем временем Саммерли поведал мне о том, что случилось, после того как я пропал. Как они испугались, когда увидели, что меня схватил птеродактиль.

Они не могли стрелять, потому засекли направление, в котором полетел ящер, и стремглав бросились за мной на плотах. Они плыли всё время: днём и ночью, в обед и ужин, не сильно заботясь о себе и лишь боясь опоздать.

— Мы надеялись, что ты всё-таки сможешь избавиться от ящера, — продолжал профессор. — А затем будешь ожидать нас там, где мы уже были, то есть, на берегу озера или какой-нибудь реки. Кажется, мы не прогадали.