Волею богов (СИ)

Тот не ответил.

- Понял?

- Да, - еле прохрипел заложник.

Так, ещё пару шагов. Вроде бы за воротами никого.

- Раз, два, три! Скачок!

Сработало. Воин и священник одновременно воззвали к Титлакауану и тот мгновенно перенёс их в лес. Не так уж и далеко, однако те, кто наблюдал сцену, посчитали случившееся не иначе, как настоящим исчезновением, ведь на их глазах два человека буквально пропали из виду. Ропот пронёсся по толпе бунтовщиков. Однако беглецы уже их не слышали. Они что есть мочи неслись между стволов болотных кипарисов вперёд и вперёд, пока ошеломлённые атокатеки не выслали погоню. Парни ликовали и благодарили великих за чудесное спасение. Успех придавал сил и вселял надежду.

Вскоре пришлось остановиться перевести дух.

- Получилось! А я уж думал ... - восторженно произнёс сын вождя.

- Спасибо, всё благодаря тебе и Ипальнемоуани! Боги сохранили нам жизнь! - ответил Несауальтеколотль.

Друзья крепко обнялись от радости, и наследник касика снова приподнял жреца над землёй.

- Теперь ты можешь идти назад. Ступай в деревню. Надеюсь, они не будут меня искать. Скажи, будто не знаешь, куда я направился, - серьёзно проговорил жертвователь.

- Как так? Мне оскорбительно слышать такое! - вознегодовал Чикуатемок, - Знаешь, может у Вас в Тламанакальпане принято бросать товарища на полпути, но я воспитан по-другому. Вы считаете нас нецивилизованными грубыми варварами. Но мы всегда идём до конца. Нет, Несауальтеколоцин, теперь я последую за тобой, хочешь ты того или нет. Мы вместе встряли в эту историю, вместе и будем выбираться. Честь не позволит мне оставить тебя в лесу. Если они найдут тебя одного, то убьют на месте. Если же с тобой буду я, то всё может повернуться иначе. В случае чего я буду защищать тебя даже от своих соплеменников.

- Признаюсь, я очень хотел бы, чтобы ты пошёл со мной, - ответил возжигатель копала, - Но я не имею морального права удерживать тебя. Ты и так сделал слишком много, а виной всему - я.

- Я понимаю тебя, - кивнул молодой воин, - Но это мой собственный выбор. Как бы я смог разговаривать со своим сердцем, если бы бросил тебя здесь одного? Нет, я бы потерял тогда своё лицо. Я не могу поступить иначе.

- Тогда у меня нет выбора, - усмехнулся Голодная Сова.

- Пошли уже. Нельзя стоять. Мы только теряем время. Я узнаю это место и, кажется, я знаю, где нас не найдёт богомерзкий Тлилтеоакоматль.

Юный жрец улыбнулся в ответ и последовал за товарищем.

Глава 10. Спящие камни

Затопленный лес просыпался после неспокойной ночи. Повсюду в воде плавал снесённый ливневыми потоками мусор: щепки, обломки сучьев, плоды, сбитые каплями дождя насекомые, труха, семена, лепестки цветов и жёлтые полосы пыльцы. Мелкие рыбёшки сновали туда-сюда у поверхности и склёвывали всё мало-мальски съедобное. Безмятежный пир привлёк внимание и крупных хищников. Их тёмные зловещие тени то тут, то там проносились на фоне рассыпающихся во все стороны косяков. Острожные ящерицы вылезли погреться на серебристой коре вековых кипарисов. При приближении людей они ловко перебегали на другую сторону ствола. Несколько раз утреннюю тишину оглашали сигналы тревоги караулящих высоко в кронах обезьян. Невидимые сами, маленькие часовые зорко следили за каждым шагом вторгшихся в их владения беглецов. Из прибрежных кустов с шумом взлетали потревоженные птицы. Пернатые также замечали угрозу раньше, чем человек распознает их сливающиеся с болотной растительностью силуэты. Рассветное солнце играло на мокрых прядях пачтли. Нежные лучики искрились на каждой капельке, застрявшей меж их тонких переплетённых стеблей. Напитанные влагой мхи набухли и стали ещё более яркими. Они проваливались, пузырились и чавкали под ногами путников. Высоко на деревьях виднелись продолговатые кожистые листья и петлистые толстые корни орхидей, однако ни одна из них не цвела. Кто бы подумал, что эти, на первый взгляд, девственные и дикие зелёные своды и лениво текущие протоки между устремлённых в небо великанов на самом деле столетиями кормили не одно племя местных дикарей?

Друзья шли быстро, почти не останавливались. Несмотря на кажущуюся худобу, парни стойко сносили превратности трудного пути. Шагали нога в ногу. Более хрупкого сложения жрец не уступал хорошо натренированному воину. Но ещё задолго до полудня извечная проблема молодых мужчин дала о себе знать. Голод - пустые желудки срочно требовали хоть чего-то съестного.

- Ты есть хочешь? - спросил Чикуатемок?

- Да, - признался Несауальтеколотль.

- Сейчас достанем, - ободрил приятеля наследник касика.

Он присел на берегу между огромных корней болотного кипариса и начал копаться в иле. Улов оказался не богат - несколько мелких улиток. Они только раззадорили аппетит.

- Может удастся добыть птицу или рыбу? - не сдавался сын вождя.

Юный священник достал из мешка кремневый нож. Скоро отыскали длинную прямую палку. Конец расщепили, вставили туда лезвие и привязали верёвкой для прочности. Получилось копьё. Нисходящая Сипуха забрал оружие себе. Но время шло, а добыча всё ускользала из рук охотника. Птицы улетали, рыбы исчезали на глубине, даже неповоротливые с виду черепахи успевали нырнуть и скрыться в иле. Отчаявшиеся путники пробовали какие-то листья, побеги, личинок, но животы продолжали урчать, а сосущая боль подступала к горлу. К тому же, поиски пищи сильно замедляли продвижение.

Наконец-то удача. Точным ударом воин смог поразить зазевавшуюся игуану. Радости не было предела. Большая. Как раз хватит на обед обоим. Чикуатемок покосился на друга:

- Я вообще-то могу есть и так. Но у Вас же в Тламанакальпане, наверное, принято жарить? Только вот у нас огня нет.

- Я разведу костёр, - ответил жрец, - Боги дали мне силу зажигать огонь.

Беглецы собрали все относительно сухие ветки, которые смогли найти на островке, и надрали коры. Первым делом Несауальтеколотль воззвал к Дымящемуся Зеркалу:

- Прости меня, великий Титлакауан, Капризный владыка, Господин неба и Земли, Сеятель разногласий, Тот, кто распоряжается по своему усмотрению. Ты милостиво послал нам еду, но ведь её нужно приготовить. Прости меня, если я распоряжаюсь твоим даром для слишком малого, незначительного дела. Покарай, не дай подействовать заклятию, если считаешь нужным. Но если ты снова проявишь своё благоволение, то ты зажжёшь нам огонь, дабы мы могли насытиться.

Тишина. Ничего похожего на гнев бога. Можно приступать. Служитель культа расположил ладони одна над другой на уровне сердца. В считанные мгновения между ними появился тёплый красноватый свет. Ещё немного, и жертвователь резко выбросил руки вперёд - раскалённый луч ударил в кучу поленьев, и языки пламени заплясали, пожирая смолистые сучья.

Надолго ли хватит двум молодым парням одной игуаны? Скорее, нет. Но кое-какие силы для продолжения пути, безусловно, появились, да и настроение заметно поднялось. День стоял ясный, солнечный. Поблёскивая радужными перьями, с лёгким жужжанием птички колибри перелетали с цветка на цветок. Не уступающие по красоте пёстрым орхидеям, бабочки порхали над прибрежными зарослями. У одной задние крылья украшали изящные хвостики с расширениями на концах. В прогретом воздухе звенели стрекозы. Вспорхнул с ветки и с криком исчез в чаще попугай амазон (10). Чикуатемок вёл всё дальше на северо-восток. Здесь сплошные воды затопленного леса сменились сетью вялотекущих проток. Местность явно поднималась, суши становилось больше и больше. По пути удалось найти плодоносящий кустарник и согнать с него семейство пугливых обезьян. Несауальтеколотль не знал, как назывались те ягоды, да и на вкус они оказались не особо приятными, но ведь надо чем-то забить живот, который вот-вот снова напомнит о себе. На песчаной отмели накопали каких-то моллюсков, а ещё насобирали сочных сладковатых побегов неизвестного растения. В наполненной самой разнообразной живностью сельве найти пропитание оказалось очень непросто.