Безумие

— Это Риггем? — резко спросил Варковски.

— Нет, — плечи девушки начали дрожать. — Я не могу… честное слово! Нет, я просто ничего не знаю!!!

Последний ее крик был воплем отчаяния.

— Так, — Варковски был недоволен. Он надеялся, что удастся расколоть ее без применения силы. — Тогда, может, это некто Торнтон? Имя было произнесено почти наугад — Эдварду сложно было представить, как Дик сумел бы заполучить взрывчатку. И он оказался прав: на лице Долли ничего не отразилось, лишь Синтия вздрогнула, услышав знакомое ей имя.

— Ладно, не он. Значит — Риггем, кто же еще? — при этих словах Долли отрицательно затрясла головой.

— Так кто же это? — решил вставить свое слово Глава Компании.

— Неважно… Ее сообщник, — настоящий организатор покушения, — надо полагать, сидит повыше… — ответил Варковски.

— Нет!!!

— А вы, Долли, помолчите. Вы хоть представляете, что полагается убийцам по закону? Те двое охранников — они погибли, — жестко напомнил ей Эдвард. — Я сказал: у вас есть только один шанс — назвать имя того, кто вас нанял. И не говорите мне, что не знаете его имени. Я все равно его вычислю — и тогда ваша песенка будет спета. О снисхождении можете забыть — вас расстреляют.

— Нет! — простонала плачущая женщина.

— Да! — крикнул Эдвард. — Все. Я считаю до трех. Или вы называете имя, или…

— Пощадите!

— Только если вы ответите.

— Я… я не могу этого сделать.

Покрасневшее, покрытое слезами лицо Долли утратило и следы привлекательности.

— Ну что ж, — Варковски встал. — Прошу прощения, господа, но мы вынуждены вас покинуть и продолжить разговор в другом месте. Так где, вы говорили, медпункт? — повернулся он к офицеру, присоединившемуся к общей группе.

— Что вы хотите сделать со мной? — срывающимся голосом воскликнула Долли.

— Надеюсь, что ничего… Помогите ей дойти. Вы того не заслуживаете, — снова обратился он к заплаканной женщине, — но вам всего лишь придется выпить кое-какое лекарство, помогающее восстанавливать память. В этом случае у вашего нанимателя не будет к вам особых претензий. Так как?

— Делайте, что хотите… — безвольно мотнула головой Долли.

— И не беспокойтесь — никаких неприятных ощущений это у вас не вызовет, — пообещал ей Варковски.

Теперь в центре внимания оказалась Синтия.

— Девочка моя, — поднялась с места Цецилия, — ты ведь шла нас поздравить? Ведь так?

Синтия медленно подняла голову — прядки волос косыми линиями пересекли ей лицо, — обвела присутствующих удивленным взглядом, будто впервые их видела, — и вдруг затряслась от горького, тяжелого смеха.

— Да, мама, именно за этим я и шла!