Станция Араминта

Сессили остановилась в нерешительности.

– Ну, этого достаточно? – спросил ее Глауен.

– Конечно, – ответили Сессили. – Мне, правда, хотелось бы еще прихватить тех желто-красных с зеленым, но до них очень далеко идти, а меня уже тошнит от их запаха.

– Давай-ка возвращаться на флаер, и побыстрее, – холодным голосом сказал Глауен. – Для этого у меня есть другая причина.

Сессили посмотрела в сторону, куда глядел Глауен, и увидела массивного иссиня-черного, если не считать белой морды, странно похожей на человеческое лицо, зверя. Он семенил на шести когтистых лапах, прижав к груди пару крючковатых клешней. Это был полуразумный мандунский волосоглав, прозванный так за вьющиеся пряди волос на макушке. Глауен и Сессили, стараясь не привлекать внимания направились к флаеру, но волосоглав сразу же заметил движение. Он развернулся и затопал вперед, стараясь преградить им дорогу. Животное остановилось в сотне шагов от них, пытаясь оценить ситуацию, затем издало недовольный вой, приглушенное ворчанье и начало подкрадываться к пришельцам.

– Отец, как всегда, был прав, – сквозь стиснутые зубы проворчал Глауен.

Он вытащил из-за пояса пистолет и навел его на волосоглава, который тут же остановился; он откуда-то уже знал, что человек, наводящий оружие, опасен. Он еще раз издал недовольное ворчанье, потом развернулся и длинными прыжками помчался к берегу, где по пути успел прихватить когтями какую-то жертву. Ужасный протестующий визг перешел в предсмертный стон, затем наступила тишина.

– Ну вот, опасность миновала. Никогда не думал, что это так здорово, – искренне признался Глауен.

– Здорово, что зверюга ушла, – согласилась Сессили.

– Очень здорово, – поддержал ее Глауен, – Оно просто нас пожалело. У меня так тряслись руки, что я бы в жизнь не попал в него. Сомневаюсь, что я смог бы даже нажать курок… ну и позор!

– Не переживай, ты бы обязательно попал в него, – попыталась успокоить его Сессили. – Он это прекрасно понял и ушел. К тому же и я его попросила уйти по добру-по здорову.

– Что?

– Я воспользовалась телепатией и попросила его убежать, – весело засмеялась Сессили, – Он почувствовал, что моя воля сильнее его и подчинился.

– Хмм, – проворчал Глауен. – Может, пойдем и попробуем еще раз.

– Глауен! Не надо мной издеваться. Я ведь просто хотела тебе помочь.

– Интересно, стоит ли об этом кому-нибудь рассказывать, – задумчиво сказал Глауен. – Подумают еще, что мы подвергались очень большой опасности, хотя так оно на самом деле и было.

– А мы ничего никому не скажем. Ты не проголодался?

– Я все еще ничего, кроме страха, не чувствую.

– Смотри, какой там симпатичный холмик, – показала Сессили. – Мы вполне там можем позавтракать.

Глауен и Сессили вернулись на станцию Араминта в середине дня. Глауен посадил флаер в парке позади дома Ведеров, где Сессили высадилась вместе со своими корзинками, крыльями и сетями. После этого Глауен поднял флаер в воздух и перелетел на аэродром, приземлившись возле ангара.

Ему навстречу вышел Чилк.

– Ну, как охота на бабочек?

– Отлично, – ответил Глауен. – Сессили очень довольна крыльями.

Чилк осмотрел Митрикс.

– Ну, машину ты пригнал полностью, а не по кусочкам. А что это ты такой бледный?

– Я не бледный, – запротестовал Глауен. – По крайней мере, я так не думаю.

– Хорошо, назовем это помятый.

– На самом деле, там кое-что произошло, но мне не хотелось бы об этом говорить.

– Ну-ка, выкладывай. Раз уж вернулись, значит, все было не так уж и плохо. Рассказывай.

– Мы уже набрали крыльев, – неохотно начал Глауен. – И вот когда мы направились обратно к флаеру, из леса вышел здоровенный черный волосоглав. Он сразу же заметил нас и направился в нашу сторону. Он подошел совсем близко. Я уже приготовил пистолет, но он мне не потребовался, так как зверюга развернулся и убежал к берегу, где поймал себе какую-то мелочь. Сессили сказала, что отпугнула его с помощью телепатии. Наверное, так оно и было, потому что… – Глауен тяжело вздохнул. – Я был так перепуган, что и пистолет-то еле держал в руках.

– Очень трогательная история, – кивнул головой Чилк. – А что было дальше?

– Было и еще кое-что. Мы на полной скорости сорвались с лугов Мароли, пролетели десяток километров, немного успокоились и приземлились на вершине холма, чтобы перекусить. Я все еще продолжал злиться на самого себя. Я решил поупражняться в стрельбе, чтобы лучше почувствовать пистолет. Я навел пистолет на камень и нажал курок. И тут мой пистолет тихонько щелкнул – и все! Я достал обойму и обнаружил, что там нет ни единого патрона.

У Чилка отвисла челюсть.

– Ну и дела! Это ты положился на пустой пистолет!

– Ну, тогда-то я так не думал.

Какое-то время Чилк насвистывал сквозь зубы какой-то простенький мотивчик. Наконец он сказал:

– Если уж кого-то и обвинять в случившемся, то надо начать с тебя. Проверить боезапас в пистолете – это твоя обязанность. Таковы правила.

– Знаю, – сказал Глауен, понурив голову, – Я забыл об этом.

– Ну, а следующим по списку иду я. Я стоял рядом и просто наблюдал, как ты укладываешь пустой пистолет. Единственным оправданием для меня будет только то, что я лично заряжал этот пистолет три дня назад. Надеюсь, мы оба получили хороший урок. А теперь давай-ка попробуем найти первопричину. С чего это вдруг в пистолете не оказалось патронов? Я сейчас душу вытряхну из этого Сиско. Но для начала его надо найти. Очень приятно послушать, как врут йипи, особенно если они уверены в своей правоте.

Чилк заглянул в ангар.

– Сиско? Ты где? Опять дрыхнешь? Все понятно. Не спишь, а просто прилег отдохнуть. А с чего это ты так устал? Ты еще и не приступал к работе. Ну да ладно. Иди-ка сюда, мне надо с тобой поговорить.

Из ангара появился Сиско, молодой человек со смуглой золотистой кожей и почти такого же цвета волосами. Его телосложение и черты лица соответствовали классическим понятиям красоты. Единственно, что можно было счесть недостатком, – слишком широко расставленные глаза. Он посмотрел на Чилка, на Глауена, улыбнулся своей неопределенной йиповской улыбкой и смело направился вперед.

– Сиско, а знаешь ли ты разницу между взбучкой, встряской и спущенной шкурой? – мягко поинтересовался Чилк.

Сиско с улыбкой потряс головой.

– Вы говорите какими-то загадками, – сказал он. – Я и понятия не имею о таких дурных словах, потому что их в вежливом разговоре не употребляют.

– Ну, а разницу между «твое» и «мое» ты знаешь?

На лице у Сиско появилось озадаченное выражение.

– Если я правильно вас понимаю, то вы говорите о тех вещах, которые принадлежат мне, и которые принадлежат вам. Или вы опять говорите о каких-то непристойностях, да еще при молодом человеке.

Чилк грустно покачал головой.

– Иногда, Сиско, мне приходится краснеть из-за твоих глупых замечаний.

– Но я вовсе этого не хотел.

– Ладно, оставим это. На данный момент я хочу, чтобы ты сейчас же выложил патроны от пистолета.

– Патроны? Пистолет? – непонимающе переспросил Сиско.

– Я хочу, чтобы ты выложил их передо мной сейчас же, пока я не начал спускать с тебя шкуру.

– Ха, ха, ха.

– Что в этом смешного?

– Да эти ваши шуточки насчет патронов. Очень забавно.

– Это никакие не шуточки. Видишь, Глауен не смеется. Ты следи за ним. Засмеется он, можешь посмеяться и ты.

– Конечно, сэр. Мне прямо сейчас начать за ним наблюдать или пойти поработать?

– Сначала – патроны из пистолета в Митриксе. Где они?

– А! Эти патроны! Так бы сразу и сказали! А то я уж начал волноваться. Они были плохие, и я их вынул, чтобы заменить на хорошие, но тут на меня навалилась сотня разных других дел. А когда я вернулся, то патронов уже не было. Наверное, кто-то увидел, что они плохие, и выбросил.

– Глауен, ты когда-нибудь слышал подобное вранье? Дай-ка мне веревку, чтобы связать этого мерзавца.