ТЕМНОЕ ПРОИСХОЖДЕНИЕ: РОЖДЕНИЕ ПСИ-КОРПУСА

– Блад когда-нибудь приходила сюда? Твоя прабабушка?

Наташа покачала головой.

– Не думаю. Она не верила в подобные вещи.

Кевин кивнул Пси-копам рядом с ними.

– Похоже, пора зажечь факелы, – приказал он.

Резкий электрический свет залил пещеру, и теперь Кевин мог видеть слабые струйки дыма, почти неразличимые рисунки на стенах. Он с трудом разглядел существо с телом человека, но головой рака, то, что может быть змеей, ряд иероглифов, схожих с письменам майя. Остальное было еще загадочнее – рука там, часть головы здесь, глаз с подобием очков, даже отдаленно не напоминающий человеческий глаз. Кевину стало интересно, сколько лет этим рисункам – остались ли они с доколумбовых времен, или же это продукт деятельности более поздних культов.

– Сэр, – спросила Наташа, колеблясь, – вы уверены, что хотите идти дальше? Не думаю, что директору Пси-Корпуса следует рисковать…

– Благодарю вас за беспокойство, мисс Александер. Если путь будет слишком утомительным физически, я поставлю вас в известность.

– Да, сэр.

Они начали спускаться по узкому тоннелю и вскоре услышали пение. Кевин снова испытал ощущение чего-то очень знакомого. Песня – и язык ее слов – были неизвестны ему. Но ритм, интервалы между четырьмя нотами, образующими мелодию, неожиданно пробудили в нем искры воспоминаний. Духи Шалако, танцующие на площади под звуки трещоток и пение. note 42 Вкус свежевыпеченного хлеба, бодрящий запах открытого холодильника, заполненного льдом и напитками в универмаге. Выхлопные газы от старомодных бензиновых двигателей…

Его мать умирает. Темные воды. Танцевальные залы мертвых. Дар…

Он прищурился. Тоннель расширился до залы. Пение прекратилось, и он услышал, как их проводник заговорил на языке, которого он не знал. Он мог обойти эту проблему – узнать смысл разговора с помощью сканирования, – но не хотел этого делать.

Как выяснилось, в этом не было нужды.

Певцом оказался сморщенный старик, явно весьма преклонных лет. Из одежды он носил пестрый головной убор, напоминающий тюрбан, и красную набедренную повязку. Остальное тело было обнажено и казалось черным от множества татуировок. Одной рукой он размахивал кадилом, из которого шел терпкий смолистый дымок. Старик прищурился от яркого электрического света факелов.

– Потушите свет, – приказал Кевин.

В более мягком свете свечей, поставленных на возвышение наподобие алтаря, глаза старика казались опаловыми.

– Ты пришел за мной? – прокаркал он на английском, вытягивая руку к эмблеме Пси-Корпуса на форме Наташи. Она сделала шаг назад.

– Мы пришли задать вопросы, – ответил Кевин. – Могу ли я спросить твое имя?

– Я жрец. Это место вверено мне.

– Я – Кевин Вацит. Это Наташа Александер, телепат из Пси-Корпуса.

– Он тоже тэп, сэр, – сказала Наташа. Она повернулась к жрецу. – Вам известно, сэр, что по закону вы обязаны зарегистрироваться в органах Земного правительства и Пси-Корпусе?

– Известно. Я не сделал этого. Я зарегистрирован вышестоящими органами.

– Не существует… – начала Наташа, но Кевин махнул ей рукой, чтобы она хранила молчание.

– Жрец до тебя – был ли он телепатом?

– Да. И до него, и так далее – до того, как началось время.

– А как ты узнал об этом?

Жрец вызывающе поднял голову.

– Так сказано, так записано. Такие знания сами напоминают о себе.

– У вас есть записи обо всех жрецах этого храма от начала времен? – скептически спросила Наташа.

– Да.

– Можно мне взглянуть на них?

На лице жреца проявился румянец, но он пожал плечами и подошел к деревянному сундуку. Он достал из него сложенный гармошкой длинный лист, развернул его и указал на колонку из иероглифов.

– Женщина-Блад, note 43 первая, – сказал он. – Затем Кедр Ягуар, Ягуар Ночь… note 44

– Я насчитал только семь имен, – прервал его Кевин.

– Да. Я – седьмой жрец.

– Не понимаю…

– Простите, сэр, можно мне?

– Давайте, мисс Александер.

Она повернулась к жрецу.

– Когда началось время?

Жрец сверился с книгой.

– Оно началось шесть катунов, семь тунов, два уинала, семь кинов note 45 тому назад.

– Что? На английском, прошу вас.

– Время началось 11 мая 2055 года, – ответил жрец с выражением, которое можно было счесть презрением.

Кевин прищурился.

– Понимаю.

Он посмотрел на Наташу:

– Согласуется с зарождением ваших культов.

– Да.

Он вновь обратился к жрецу.

– Что еще находится в твоих пещерах? Рабочие комнаты, лаборатории, склады?

– Ниже этого места – ничего, лишь мрак Шибальбы, note 46 где живут повелители смерти. Возможно, это место для тебя.

– Он говорит правду, мисс Александер?

– Он блокирует меня, сэр.

– Сэр! – это сказал один из Пси-копов, смуглый юноша по имени Оконкво. – Сэр, я ощущаю других тэпов, где-то близко…

– Сколько?

– Сложно сказать. Прежде их что-то скрывало, но… – внезапно Оконкво застыл на месте, когда началось пение – на этот раз его создавало множество голосов. Жрец неожиданно превратился в получеловека-полуягуара, а из недр пещеры пришло нечто. И с ним задул темный ветер мощи, равной которой Кевин никогда еще не ощущал.

Глава 7

За Фионой пришли ночью – две женщины с оружием. Они отвели ее в душ, отмыли, надели на нее темно-зеленое жесткое платье из хлопка. После этого ее отвели в одно из более крупных зданий – пленникам не разрешали подходить к ним близко, хотя они находились внутри лагеря. Она заметила рядом небольшой вертолет – Foyle 350, черный, как и беззвездное небо. Воздух казался тяжелым, предвещая муссонные ливни.

Охранники подвели ее к двери, постучали и отошли назад.

"Войдите". Голос был сильным, и она узнала его.

Поток холодного воздуха встретил ее, когда она открыла дверь, – дыхание великодушного бога после дней, проведенных в душных бараках.

– Мисс Темпл. Входите, – Пси-коп был высоким мужчиной с вытянутым лицом, приятным глазу. Он указал ей на диван. – Угостить вас чем-нибудь? Воды? Вина? Сакэ?

Она не ответила.

– Что ж, для себя я выберу вино, – рассудил он, беря с небольшого столика у дивана графин и наливая бокал красного вина. – Вы уверены, что не присоединитесь ко мне?

– Я бы скорее выпила вина с Адольфом Гитлером, Пол Потом или Хириамом Тауэром, – презрительно сказала она.

Пси-коп пожал плечами и вновь указал на диван.

– Садитесь. Пожалуйста.

Она села, а сам он сел на стул за столом, взболтал вино, понюхал его и сделал небольшой глоток.

– Разве вы не на службе? – спросила Фиона.

Он поднял руку, словно говоря "ну и что".

– Не совсем. В данный момент я не занимаюсь геноцидом, который, как вы полагаете, является моим основным занятием, – если судить по вашим отзывам. В данный момент я здесь, чтобы поболтать с вами, и поэтому я не собираюсь отказывать себе в маленьких удовольствиях. Но я веду себя невежливо, верно? Меня зовут Джозеф Тил-Монтойя.

– Приятно встретить вас, Джо. Снова.

– Вы узнали меня. Я польщен.

– Да как я могла забыть вашу операцию по промывке мозгов? Скажите, что на вас надето, когда вы влезаете в разум девушке, засунутой в ящик? Надеюсь, одежда подходит для изнасилования? – Она многозначительно посмотрела на его форму. – Но, полагаю, мне еще предстоит это выяснить, верно?

Ей показалось, что она уловила проблеск неудовольствия, но он хорошо скрыл свои ощущения.

– Мисс Темпл, я не получаю удовольствия от подобных вещей, но я делаю это, потому что должен. Вы полагаете, что мне нравится позволять этому… этим нормалам мучить мою родню? Но вы находитесь в их руках. В руках нормалов. И не просто нормалов, а тех, кто ненавидит нас настолько, что добровольно вызываются мучить нас. Понимаете? Это часть очень старого компромисса с ЗС. Телепатам дано два шанса избежать гонений невежественных, мисс Темпл. Если они принимают дозы "усыпителя", отказываются от своего дара и становятся частью тупого стада, их оставляют в покое. Если они присоединяются к Корпусу, то обретают возможность жить, любить и служить своим родным. Помимо этого существует только лагерь. Нормалы не могут вынести мысль о том, что мы прячемся среди них. Они не смирятся с этим, и, поймав вас, они поступят с вами именно так.