Путь королевы

— … можешь найти…

— … единственную баньши на весь лес…

Эту фразу менестреля компания заканчивала уже хором. После чего им не осталось ничего иного, кроме как дружно рассмеяться.

— Мир? — еще раз на всякий случай спросил Лютен, протягивая руку.

— Мир! — Эйриэн положила на его ладонь свою.

— Мир, — улыбнулась Алессия, присоединяясь к друзьям. Все вместе они посмотрели на Литавия. Тот, смутившись, пожал плечами, но опустил свою ладонь сверху:

— Мир.

— Раз все в порядке, отправляемся дальше в путь. — Лютен развернулся, чтобы идти к месту стоянки, и столкнулся лицом к лицу, точнее, лицом к морде с Арейоном.

«Я беспокоился», — услышала Эйриэн в своей голове голос, больше похожий на шепот волн. Конь обошел друзей, в свою очередь тоже уставился на поверженного монстра, обернулся и тревожно заржал.

— Все хорошо. — Королева подошла к агиски и погладила его по гриве, успокаивая. Одновременно с этим она попыталась как можно четче представить картину всего, что с ней произошло. Арейон уткнулся ей в плечо, пару раз вздрогнул всем телом, но волноваться перестал.

— Какой чувствительный у тебя конь, — не преминул заметить эльф.

— Заботливый, — поправила его девушка, беря агиски под уздцы.

Весь день они провели в дороге. Ехали не спеша, чтобы растянуть силы лошадей, останавливались лишь один раз, чтобы в обед перекусить. Зато было весело: Лютен вспомнил полный перечень веселых непристойных песенок. Вся честная компания подпевала ему хором, периодически хватаясь за животы и чуть не падая с коней.

На ночевку остановились в зажиточной деревне Подберезовики недалеко от тракта. Пожалуй, это было одно из самых крупных поселений на всей дороге. Там даже был трактир со съемными комнатами. Комнат, правда, было всего шесть, и четыре из них уже сдали другим постояльцам, но оставшиеся две все же достались друзьям по одной на пару, отдельно мальчикам и девочкам. Но внизу ужинали все вместе.

Лютена, разумеется, сразу же узнали и попросили сыграть. Он не отказался. На радостях хозяин трактира даже не стал брать с компании денег.

— Хорошо танцуют, — похвалил Литавий отплясывающие парочки, после того как все вкусно отужинали.

— Это еще что! Вот «Цириту» танцевать здесь, я уверена, никто не умеет, а это самый красивый танец, который вообще может существовать, — высказалась королева.

— Почему же никто не умеет, — возразил раскрасневшийся от выпитого доброго эля вампир, — я умею.

— Врешь! — не поверила эльфийка.

— А ты проверь. — Молодой человек поднялся со скамьи и сделал приглашающий жест рукой.

— А и проверю, — топнула ногой Эйриэн.

— Только как же ты будешь танцевать без юбки? — почесал подбородок Литавий.

— Это не проблема. — Девушка взялась обеими руками за края скатерти и рывком сорвала ее со стола, да так ловко, что вся посуда осталась стоять на столе и даже ни одна кружка не шелохнулась. Все, кто был рядом, дружно зааплодировали. Остальные заинтересованно посмотрели в их сторону. Королева похлопала в ладоши, привлекая всеобщее внимание.

— Маэстро, «Цириту»! — попросила она.

Веселый Соловей улыбнулся и заиграл вступление к танцу.

Центр зала освободили для Литавия и эльфийки. Еще бы, не каждый день видишь, как танцуют придворные.

Эйриэн вышла, повязывая скатерть на бедра на манер длинной юбки, Литавий шел следом за ней. Девушка, не оглядываясь назад, встала в начальную позицию спиной к партнеру и внимательно прислушалась к мелодии, чтобы не упустить момент начала танца.

«Цириту» из-за сложности исполнения изучали с раннего детства только в богатых придворных семьях с помощью лучших учителей хореографии. Она была наполнена невероятными элементами и пируэтами, которые без специальной подготовки не могли порой выполнить даже самые ловкие эльфы. Танец был выверен с математической точностью, и малейшая погрешность в исполнении ломала весь рисунок движений. Несмотря на необычайную сложность, танец выглядел очень легким, воздушным и завораживающим, возможно потому, что по легенде «Цириту» придумали маги.

Эльфийка сделала плавный взмах рукой, присела, сменила позицию, сделала еще несколько взмахов, переместилась вправо, развернулась и, к своему величайшему удивлению, увидела Литавия в нужной позиции. Лицо его хранило печать сосредоточенности, но было заметно, что танцевать «Цириту» ему не впервой. Он абсолютно верно выполнял все элементы, какими бы сложными они ни были, и сохранял полную синхронность движений с партнершей и мелодией.

Зрители быстро поняли, что не смогут привычно хлопать или топать в такт непростой мелодии и, завороженные прекрасным и редким для них зрелищем, молча любовались танцующей парой. Пару раз Эйриэн не сдержалась и вслед движениям рук пустила иллюзорных пестрых бабочек, сотканных из магических искр. Эльфийка и вампир танцевали самозабвенно, увлеченные как танцем, так и друг другом. Оба они были красивы, юны и грациозны, смотреть на них было одно загляденье.

«Цирита» была очень долгой, поэтому Соловей не стал доигрывать ее до конца, а, оборвав мелодию на середине, начал исполнять более известную и более простую «Сеньориту». Литавий, мгновенно сориентировавшись, подхватил Эйриэн за талию и закружил по залу. «Сеньориту» в трактире знали намного лучше, и скоро к ним присоединились все, кто способен был стоять на ногах. Даже Веселый Соловей отложил в сторону свою лютню и, попросив местного музыканта его заменить, присоединился к танцующим, увлекая за собой Алессию. Все кружились, плясали, мелькали улыбки этэнов и подъюбники женских платьев. Но в калейдоскопе пестрых красок королева видела лишь вишневые глаза вампира, пристально смотрящие на нее.

Эйриэн закружилась, а когда остановилась, то оказалась лицом к лицу с Алессией. Настал тот период в танце, когда пары разбивались, и девушки танцевали с девушками, а мужчины с мужчинами. Это был своеобразный поединок: кто лучше станцует. Подруги вовсю старались перещеголять друг друга, выделывая руками и ногами такое, что даже в «Цирите» не увидишь. Знатоки народных танцев и простые зрители показывали на двух подруг в качестве примера тем, кто только учился танцевать. Каблуки стучали, скатерти, заменяющие девушкам юбки, порхали, волосы взлетали веерами. Наконец подруги взялись за руки и закружились по комнате, весело хохоча. Они расцепились, чтобы вернуться в пары, и королева поняла, что Литавия нет рядом и она не может его найти. Она посмотрела в одну сторону, в другую, но его нигде не было.

И тут откуда-то сверху посыпались цветы. Настоящие живые цветы. Эльфийка подняла голову и увидела вампира, стоящего на столе и раскидывающего вокруг себя охапки цветов. Делал он это, главным образом, для Эйриэн, но и остальным тоже достался кусочек счастья. Королева закружилась на месте, вытянув руки вверх и счастливо смеясь. Алый взгляд вампира сверкал даже сквозь его густую черную челку.

Ночь уже несколько часов как перевалила за половину, Алессия тихонько посапывала и смотрела уже далеко не первый сон, а ее величество все не могла заснуть. Когда Эйриэн устала ворочаться с боку на бок, она не выдержала и встала с кровати. Подойдя к открытому окну, легкий сквозняк из которого слегка шевелил занавески, выглянула наружу. Комнаты находились на втором этаже, и прямо под их окнами начиналась крыша какого-то хозяйственного помещения. Королева недолго думая перешагнула через подоконник и ступила на черепицу. Проведя разведку окрестностей, она обнаружила, что рядом с правой стеной постройки навален огромный стог душистого сена такой величины, что его вершина совсем чуть-чуть не достает до края крыши.

Эльфийка решила, что лучше провести остаток ночи на мягком сене, чем на неровной и жесткой крыше. К тому же плащ она все равно забыла в комнате, так что даже под спину подложить ей было нечего. Эйриэн разбежалась и плюхнулась в стог, мгновенно утонув в нем, словно в пуховой перине. Вытащив соломинку, королева принялась жевать ее кончик, попутно размышляя обо всем произошедшем в последнее время в ее жизни. В основном она, конечно, мучилась угрызениями совести. Вместо того чтобы галопом гнать коня к Стиону без отдыха и сна, она медленно плетется с друзьями, да еще и при каждом удобном случае отдыхает и веселится. А ведь ей должно быть совсем не до веселья, особенно теперь, когда Эсилии объявлена война и судьба всех ее жителей висит на волоске. Не может быть все так просто. Да, королевский совет продумал все варианты до мельчайших подробностей. Но что-то они наверняка не заметили, проглядели, пропустили. Что-то, может быть очень незначительное, но важное, такое, как исчезновение королевских почтовых голубей. Хотя вряд ли это событие можно отнести к разряду незначительных, скорее уж, наоборот, к из ряда вон выходящим.