Выбор наследницы (СИ)

Проводив гостей, Лив вернулась в гостиную и вздохнула: её будущее по-прежнему представлялось туманным и неясным.

Эллинора ради экономии времени до Нимелии добралась через портал, а дальше, в Сэйлинк, уже своим ходом. Она почти не останавливалась на ночлег, только перед самым рассветом, чтобы дать отдых коню. В порту ей то-же повезло, она сразу нашла корабль, отправлявшийся в Шулис. Когда судно с необычной пассажиркой вышло в море, всю дорогу дул сильный попутный ветер.

К удивлению друзей между Оливией и Ралиной установились тёплые дружеские отношения, несмотря на разницу в положении и возрасте — Лив была старше. Они коротали время в беседах и прогулках в скверике, расположенном неподалёку от дома, Ралина, слушая Оливию, всё больше проника-лась симпатией к молодой женщине, особенно, когда узнала историю знаком-ства с Эмори де Броком.

— Ринала тогда ещё не было в Келарии, а мне едва исполнилось восемнадцать лет, я была восторженной романтической девочкой, — Лив грустно улыбнулась. — Папа привёз меня в столицу, и там, на одном из приёмов во дворце я и увидела Эмори. Ну и… влюбилась в него без памяти… До сих пор теряюсь в догадках, что его привлекло во мне, он был полной моей противоположнос-тью, но тем не менее, через несколько месяцев мы поженились, — Оливия на мгновение замолчала и посмотрела в окно. — Не могу пожаловаться, он хоро-шо ко мне относился, не обижал, не изменял за моей спиной, как это часто водится в аристократических кругах. Не знаю, может, он по-своему и любил меня, — она пожала плечами. — Потом появился Ринал, и предложил мужу переехать в Монтар и стать начальником тайной полиции. И Эмори из-менился. Он стал… жёстче, более замкнутый, отстранённый. Он почти не ра-згова-ри-вал со мной, у него постоянно были какие-то дела, — Оливия прику-си-ла губу. — От того человека, которого я когда-то любила, ничего не оста-лось кроме внешности. Такая вот простая грустная история, — Лив нат-я-нуто улыбнулась.

— У тебя всё будет хорошо, — Ралина коснулась руки молодой женщины. — Вот увидишь, Оливия, ты снова станешь счастливой!

Через несколько дней Джарт принёс новость — нашли сейф с бумагами тайной полиции, в подвале дома Каммера. Линнер третий день бился над его открытием, на ящике стоял сложный магический замок, весьма возможно, снабжённый ловушкой. Сэнди не становилось ни лучше, ни хуже, она только и могла, что дышать, и принимать пищу с помощью Линнера. Волшебник похудел, осунулся, черты лица заострились от непомерной усталости, но он упорно не желал поручить дело открытия сейфа другим.

— Чем скорее мы поймаем де Брока, тем быстрее Дориан отправится в столицу, — говорил волшебник. — Нельзя допустить, чтобы до Уркана докатились слухи о случившемся в Монтаре. Мои люди сделали так, что де Брок не смо-жет выйти за пределы городских стен, но от случайностей никто не застра-хо-ван.

На четвёртый день к вечеру Линнер сумел понять, что замок можно открыть с помощью ключа, но необычного, а магического. Де Брок подвесил открывающее заклинание на какую-то вещь, и совершенно неожиданно у Линнера мелькнула догадка, что за вещь это может быть. Которая все-гда на виду, в досягаемости, и в то же время очень незаметная, не бросаю-щаяся в глаза. Несмотря на поздний час, Линнер поспешил к Оливии.

— Миледи, простите за визит, — волшебник присел на стул в гос-тиной. — У меня к вам вопрос. Вы не припомните, ваше обручальное кольцо не пропадало? Вы его никогда не снимали?

— Нет, — Лив немного удивлённо покачала головой, плотнее запахнув полы халата.

— Точно? Это очень важно, — Линнер настойчиво заглянул ей в глаза.

— Ну… — молодая женщина наморщила в задумчивости лоб. — Один раз Эмори попросил отдать ему моё кольцо, оно было великовато, и он отнёс его ювелиру, чтобы тот уменьшил его. Всё, это единственный случай, когда я снимала кольцо.

Лицо Линнера осветила довольная, хотя и усталая улыбка.

— Миледи, не будете ли вы так любезны приехать завтра в Нижний? Я пришлю за вами экипаж.

— Хорошо, — Лив была сбита с толку этим странным визитом, но решила не возражать волшебнику.

Вернувшись в бывший особняк первого министра, где теперь расположились друзья, Линнер объявил радостную новость, что нашёл ключ к сейфу.

— Де Брок подвесил открывающее заклинание на обручальное кольцо жены, понадеявшись, что никто не догадается, где искать ключик. У него са-мого, по-видимому, имелся ещё какой-то способ открывать сейф, но меня он сейчас не интересует. Я попросил леди Оливию завтра приехать в Нижний, и мы наконец доберёмся до бумаг де Брока.

— Замечательно, — Кендалл улыбнулся и хлопнул друга по плечу. — Ты заслуживаешь нескольких дней отдыха, Линнер, на тебе уже лица нет от усталос-ти.

…Оливия проснулась среди ночи от чёткого ощущения, что в спальне кто-то есть. Она резко села на кровати, сердце подпрыгнуло в груди, как мячик.

— Эмори?..

— Тише, Оливия! — де Брок зажал ей рот ладонью. — Ты знаешь планы Кендалла?

— Я же твоя жена, Эмори, и нахожусь под домашним арестом, — Лив горько усмехнулась. — Мне никто ничего не говорит. Эмори, пожалуйста, уходи из Монтара! Тебя поймают! — неожиданно в ней всколыхнулись прежние чувства к мужу, и проснулся страх за него.

— Не говори ерунды, Оливия, — резким шёпотом одёрнул её Эмори — он никогда не называл жену уменьшительным именем. — Я не могу оставить город, лорд Ринал надеется на меня! Мне нужно твоё обручальное кольцо, — он рез-ко сменил тему.

Оливия вздрогнула. Что же такое с её кольцом, что оно вдруг стало нужно сразу всем?

— Зачем?

— Просто нужно и всё. Отдай его.

— Ну уж, Эмори, — Оливия выпрямилась на кровати. — У меня ничего не осталось от тебя, даже ребёнка! Кольцо — единственное напоминание, что я ког-да-то любила тебя, и оно останется со мной!

— Не будь дурой, Оливия! — раздражённо перебил её де Брок. — Это просто золотая безделушка, отдай кольцо!

— Нет, — она сжала кулаки. — Если хочешь уйти живым, Эмори, ты меня очень обяжешь, если исчезнешь сейчас. Под окнами стоят люди лорда Кендалла, и стоит мне закричать, как здесь будет полно стражи. Уходи, пожалуйста, я не хочу, чтобы тебя казнили.

Де Брок, ничего не ответив, тихо растворился в тёмном углу спальни — магия, сразу поняла Оливия.

— Всемогущие боги, пусть он держится подальше от Нижнего! — прошептала Оливия, сдерживая слёзы.

Она разрывалась между желанием скрыть посещение мужем её дома, и всё рассказать завтра Линнеру, предупредить его о возможном нападении. Но в последнем случае де Брока наверняка поймают… Лив тряхнула головой и поспешила лечь, решив оставить размышления на утро.

С утра зарядил противный мелкий дождик, и Оливия дрожала под тёплым плащом. Пока она ехала в Нижний, сидя в одиночестве в экипаже, мо-ло-дая женщина продолжала мучительно раздумывать над тем, говорить или не говорить Линнеру об Эмори. Волшебник и остальные уже были на месте, Линнер стоял перед крыльцом дома Каммера, сосредоточенно нахмурив-шись.

— Миледи, отдайте кольцо Джарту, он передаст его мне. Вам лучше не приближаться, здесь может быть опасно.

— Я бы хотела кое-что рассказать вам, господин Линнер, — неуверенно начала Оливия, но волшебник перебил её.

— Потом, миледи, потом. Я сейчас слишком занят.

Поёжившись от сырости, молодая женщина стянула с пальца узкий золотой обруч и протянула Джарту, бросив рассеянный взгляд по сторонам. Ле-нмор сделал несколько шагов к Линнеру, и тут неожиданно события стали развиваться со стремительной быстротой.

— Эмори, нет!!! — Оливия, заметив в подворотне знакомую фигуру, рванулась к Джарту, намереваясь заслонить его — она в тот момент не задумывалась, что её саму могут убить, она свято верила в то, что де Брок не станет стрелять в собственную жену, — но Ралина опередила её, тенью скользнув вперёд.

Ралина не знала, что заставило оглянуться и увидеть начальника тай-ной полиции с взведённым арбалетом в руках на другой стороне улицы. Как и Оли-вия, девушка не думала о собственных действиях, она знала одно — Джарт должен жить. Какие-то бумаги, пусть даже и ценные, не стоят того, чтобы кто-то платил за них жизнью. На какое-то страшное мгновение все застыли, двигалась только короткая толстая арбалетная стрела, завершив-шая полёт в груди Ралины. Девушка с тихим, удивлённым вздохом опу-сти-лась на руки Джарта, и все сразу очнулись. Бледный от ярости и отча-яния Дориан резким голосом приказал своим людям немедленно оцепить квартал.