Пламя надежды

«Будь смелым и решительным, — проговорил я сам себе, — твои друзья и братья по оружию сейчас проливают свою кровь, и только ты можешь уменьшить количество жертв, верь Мерлину».

— Я не могу идти в бой без своего меча, — я указал на помост.

Лорды рассмеялись, а затем один из них, белокурый и казавшийся самым молодым, выхватив из ножен свой меч, направился ко мне, расталкивая народ, попадавшийся ему на пути:

— Да как ты смеешь?! Деревенщина!

Я обнажил свой меч и собрался защищаться, хоть и понимал плачевность ситуации, но, неожиданно, белокурый рыцарь остановился как вкопанный и в ужасе стал пятиться назад. Оглянувшись, я увидел позади себя Мерлина и понял, что тот только что появился прямо из ниоткуда. Он был серьезен, как никогда, седые брови сдвинуты, лоб нахмурен, даже глаза перестали источать тот веселый огонек, что всегда был виден.

— Торопись, — сказал мне волшебник и стукнул своим посохом в землю, от чего все, кто находился на помосте, слетели с него.

Отбросив ненужную жестянку в сторону, я побежал к своему настоящему мечу, пока еще покоящемуся в камне. Люди расступались передо мной, со страхом переводя взгляды с меня на Мерлина и обратно. Уже протягивая руку к эфесу меча, я на мгновение засомневался в своем успехе, но отбросил в сторону ненужные мысли и решительным движением высвободил меч из заточения. Белый металл сверкнул в солнечных лучах и вокруг стал разрастаться одобрительный ропот, но времени упиваться этим моментом не было, нужно было спешить.

— Постой, — окликнул меня Мерлин, поднявшись на помост, — я могу переместить тебя за стены города к месту сражения, если, конечно, ты позволишь, — волшебник взглядом указал на меч в моих руках, и я просто коротко кивнул, — для этого мне придется потратить очень много сил, поэтому больше я ничем уже помочь не смогу. Надеюсь, сегодня мой дух-хранитель в настроении. Удачи, мой принц.

Под радостный рев толпы, маг проделал несколько пассов руками, после чего я сразу же появился чуть позади своего отряда, закрывающего щитами лучников, под командованием Ричарда, в сторону лагеря магов.

Магов было заметно меньше простых воинов, защищающих город, но преимущество в числе пока что никак не помогало. В бойцов летели огненные шары, земля сдвигалась, мешая передвигаться, ледяные стрелы били ничуть не хуже настоящих, ветер, постоянно меняя свое направление, мешал лучникам попасть в цель. Лишь катапульты, установленные на стенах, время от времени попадали по назначению, но не могли серьезно ранить, так как у них на пути вырастали каменные стены, сдерживающие удары, а огненные снаряды затухали еще в воздухе. Маги медленно, но уверенно наступали.

Пробравшись вперед, я оказался рядом с Ричардом, чем его заметно обрадовал, особенно, когда тот заметил белоснежный меч в моей руке.

— Я рад, что ты с нами, но у меня плохие новости, Артур. Маги пришли не одни, среди них много воинов-наемников, нам придется сражаться с закаленными в битвах бойцами, — Ричард, с грустью, осмотрел свой отряд, состоящий из совсем «зеленых» новобранцев и добавил, — но это еще не все. Я не вижу помоста с ведьмой.

«Неужели Мерлин ошибся?» — подумал я, оглядывая магов и наемников, подошедших уже достаточно близко. Но мои дальнейшие мысли прервал звук боевых рогов, сигналящих наступление.

Издав боевой клич, Ричард побежал, ведя нас вперед. Две волны людей столкнулись, и началось сражение. Вокруг меня поднялся непередаваемый шум, сотканный из лязга металла о металл, криков яростных и молящих, смеха и плача. Тут и там на поле боя разрывались магические огненные шары, воздушные вихри влетали в строй бойцов, разбрасывая их в стороны, но мне и другим бойцам из моего отряда везло больше — мы находились под защитой меча. Остальных, как могли, со стен защищали маги, оставшиеся верными королю.

Уроки Ричарда не прошли даром, и я удачно парировал и наносил удары по врагу, иногда даже казалось, что меч направляет руку своего хозяина, помогая мне в сражении.

Наемники были безжалостны и свирепы. Некоторые из них одновременно бились сразу против трех защитников города и выходили победителями, но только не против Ричарда. В этом сражении он преобразился до неузнаваемости — он будто стал шире в плечах, его голос перекрикивал весь ад сражения, наемники теряли долю своей свирепости, только завидев его, а солдаты наоборот набирались храбрости и с новыми силами шли в бой.

Убив очередного наемника, с помощью одного из новобранцев, перед этим чудом уклонившись от его боевого топора, я увидел, что на нас движется настоящий огненный торнадо. Казалось, сам воздух горит внутри этого вихря. Маги воздуха и огня, соединив свои стихии, решили пожертвовать наемниками, чтобы выжечь всех, кто находился рядом со мной, включая и меня.

— Артур! — выкрикнул кто-то из бойцов, указывая на приближающуюся смерть. Значит и он почувствовал, что от такой сильной магической атаки меч сможет в лучшем случае уберечь только своего хозяина.

Но я уже знал, что делать, осознание этого само пришло ко мне. Расталкивая и отмахиваясь мечом от наиболее глупых наемников, я побежал вперед, навстречу огненному вихрю, и, выбежав из толпы, высоко поднял меч, направляя острие в сторону центра торнадо. На мгновение меч загорелся внутренним светом и заставил смерч остановиться в нескольких десятках метров от меня. Я чувствовал сильный жар, исходящий от пылающей стихии, но продолжал терпеть и стоять, пока меч снова не засветился, на этот раз сильнее, заставляя вихрь вращаться в обратном направлении и возвращаться в сторону магов, создавших его.

Резкая боль пронзила мое левое плечо и, опустив глаза, я увидел, что оттуда торчит ледяная стрела, величиной с небольшой прут. Видимо, мечу пришлось снять свой невидимый щит с меня, чтобы отправить этот смерч вспять. Подняв глаза, я увидел, что огненный торнадо все-таки достал до магов, прежде чем он исчез, а также то, что в меня летит несколько десятков ледяных стрел, от которых я никак не успею увернуться и защиты от меча, способной спасти меня, не чувствовалось.

Большая тень набросилась на меня, как-то знакомо сгребла в охапку и повалила, накрыв собой, и тут же послышался звук стрел, втыкающихся в землю и плоть. Тень охнула и осела, придавив меня своим внушительным весом, от чего стало трудно дышать. Подбежавшие солдаты и, к удивлению, некоторые из наемников помогли высвободить меня из-под тени. Пока меня вытаскивали, я почувствовал, что меч снова меня защищает и тогда стрела, что ранила меня превратилась в воду и стекла вниз, а другие пущенные в нас ледяные снаряды разбились о вновь появившуюся невидимую преграду.

При помощи солдат я перевернул человека, так молниеносно заслонившего меня, и, к своему ужасу, узнал в нем Роба. Он еще был жив и тяжело дышал. Изо рта у него тонкой струйкой сочилась кровь. Увидев меня живым, он выдавил из себя улыбку:

— Я все-таки догнал тебя, король Артур, — он скривился от боли, но все равно продолжил веселым тоном, — милорд соблаговолит пожаловать мне лорда за спасение его жизни?

— Роберт, пожалуйста, не говори, держись… — паника начала овладевать мной, — Лекарь! Лекаря сюда!

— Успокойся, Артур, это всего пара царапин, мне совсем не больно, — нагло врал Роб, — лучше послушай сюда. Пока я бежал сюда, я увидел, как девушку, рыжую такую, вывозят на передвигающемся помосте восточнее центральных ворот. Они соврали Мерлину, но ты еще можешь успеть спасти всех… Почти всех… Я рад, что смог послужить тебе, мой король…

Роб, последний раз тяжело выдохнул и закрыл глаза. Казалось, что время в этом месте текло совсем по-другому, будто битва, кружившаяся вокруг нас, замедлила свое течение настолько, что практически остановилась. Быть может это такая особая магия смерти, и она дает время проститься с товарищем? На этот вопрос, наверное, никто не смог бы дать ответ, кроме Роба, теперь.

Крепче стиснув свой меч и сморгнув наступающие на глаза слезы, я повернулся к остальным бойцам:

— Мне нужно прорваться к центральным воротам, Ричард, выдели нескольких, самых быстрых.