Падение Света (ЛП)

Она склонилась, кладя прохладную ладонь ему на лоб. — Ты горишь, Тел Акай. Увы, ничего сделать невозможно.

— Тогда оставь меня и уходи своим путем.

— Моя супруга вернулась из Витра, — сказала она. — Память ее потеряна. Нужно ее найти. Вернуть.

Он кивнул.

Через миг Ардата встала. — Забавное милосердие: вытащить Оссерка из хватки двух ненасытных женщин.

— Учитывая, что его ожидает потом… да, весьма забавно.

— Всего наилучшего, Канин Трелль.

— И тебе, Ардата.

Когда она покинула пыльную комнату, он продолжал ее ощущать. Лихорадка отложила тысячу паучьих яиц под кожу, твари вылупились и ползали. «Не будем звать это любовью. Но, женщина, кажется… твое прикосновение вечно. Ах, я благословлен».

* * *

Вопли они услышали еще до того, как заметили руины храма. Скабандари глянул на К'рула. — Этого вы ожидали? Мы поспели к жуткому жертвоприношению какому-то давно мертвому богу?

Впереди яростный пожар полыхал, окружая изломанные контуры храма. Над всем этим в воздухе висело нечто, тусклое и пульсирующее багрянцем.

В ответ Скабандари К'рул вздохнул. — Она колеблется. Не потому, что жертва выкрикивает ужас перед ждущей ее участью, но ощутив присутствие Скиллена Дро.

В этот миг две огромные крылатые тени поднялись, паря по сторонам раны воздуха.

Скиллен Дро лязгнул челюстями и распахнул крылья, но К'рул повернулся к спутнику, поднимая руку. — Момент, ассасин. Да, они унюхали тебя, знают, кто ты.

Если демоническая тварь что-то ответила, Скабандари видел лишь, как К'рул пожимает плечами.

Они пошли дальше, к храмовой земле. Скабандари смотрел на драконов. Скиллен Дро был не так велик, но внушал страх и тревогу. К'рул ведь назвал тварь ассасином. «Да, я сам вижу. В южной стране Форкассейлов обитает оса, охотящаяся на пауков размером в ладонь. Размер не имеет значения в сравнении с жалом. Думаю, Скиллен Дро относится к наиболее ядовитым противникам». — К'рул, вы говорили о беседах с драконами, не о битве.

— Верно.

— Но привели сюда… спутника.

— Да. Нужно, чтобы драконы выслушали меня.

— Скорее они улетят!

К'рул снова сделал жест Скиллену Дро, словно отметая неслышимый упрек. — Нет, вред ли, Скабандари. Драконы не понимают, что такое отступление. Стараются держаться и поражать, даже если гибель неизбежна. Вот здравая мера их наглости.

— Скорее мера глупости!

— И это тоже.

Что-то в раздирающем уши визге тревожило Скабандари; едва крик затих, он непроизвольно ускорил шаг. У первой поваленной колонны разглядел костер. Рядом была высокая женщина, волосы ярко-рыжие, кожа оттенка алебастра. У ног ее скорчился кто-то жалкий, плачущий.

Скабандари вздрогнул, когда Скиллен Дро пролетел мимо и тяжело плюхнулся рядом с женщиной.

Тяжело дышащий К'рул появился за спиной Скабандари. — Ах, как неудачно, — буркнул он.

— Мужчина у ее ног — тот, кого я искал.

— Я уже понял. Увы, друг, его душе суждено запечатать врата Старвальд Демелайна.

Оскалив зубы, Скабандари вытащил клинок. — Вряд ли.

— Тебе не преуспеть, — пояснил К'рул. — Если врата останутся, придут новые Элайнты, уже не десятки — тысячи. Королевство будет разрушено их бессердечной яростью, ибо одни драконы поведут войну с другими. Когда явится Буря Матери…

— Хватит прорицаний, — рявкнул Скабандари. — Он единственный сын лорда Урусандера. Он нужен отцу, хотя бы чтобы помнить о будущем. Более того, он нужен Куральд Галайну. — Скабандари шагнул прямиком к рыжеволосой, только сейчас обернувшейся навстречу гостям. Что-то жадное в ее взоре заставило его замереть.

Она же уделила ему лишь мгновенный луч внимания, набросившись на К'рула. — Ты! Ага, теперь вижу. Это волшебство — твое дело. Идиот. Почему оно противится мне?!

— Ты Азатеная. Моя кровь не для тебя.

— Ты помешал мне, — сказала она и метнула взгляд на Скиллена Дро. — И еще ты! Я же сказала, что не желаю тебя видеть!

Во взгляде ассасина на К'рула мелькнуло нечто тоскливое.

'«рул покачал головой и ответил женщине: — Ардата, вели драконицам вернуться. Скиллен Дро пришел не лить кровь. Нас всех ждет большая сделка.

— Сделка? — Улыбка Ардаты не была приятной. — О, они будут наслаждаться.

Скабандари указал острием клинка на Ардату. — Оссерк под моей защитой, — заявил он. — Найдите другую жертву.

Женщина скривилась, но тут же пожала плечами. — Кажется, предложение выросло. Иди же, вытри ему нос. Но если я решу, что Оссерк лучшая из жертв, возьму его и убью тебя, если станешь на пути. — Она указала на сжавшегося юнца. — Он этого стоит?

Оссерк поднял голову, раскрыл покрасневшие глаза. Увидел Скабандари и взвизгнул: — Возьми лучше его!

Драконы больше не висели над головой, хотя Скабандари не помнил, чтобы они улетали; из сумрака показались две женщины-Тисте.

— Кодл, гляди, еще воин! По одному на каждую!

К'рул кашлянул. Звук, тихий, тем не менее привлек всеобщее внимание. — Мы в затруднении, — сказал он. — Ардата, ни Оссерк, ни Скабандари не подходят для запечатывания.

— Как это?

— Я о том, что все живущие в этом мире Тисте несут в себе кровь Элайнтов. Хаос царит в сердцевине их душ. Если пошлешь во врата Оссерка, он ничего не запечатает. Скорее стареет сигналом для тебе подобных. Так же и Скабандари.

Ардата взвилась. — Вы, вы об этом знали? — крикнула она женщинам.

Та, что звалась Кодл, пожала плечами: — Может быть.

— А может, нет, — сказала другая.

— Вы вели нечестную сделку!

Брови Кодл взлетели, она поглядела на подругу. — Неужели ты, Телораст? Я вот не помню.

— Ты просила щенка и… что еще? О да, насчет Килмандарос. Вот и все, Кодл. Итак, мы торговались честно.

— Я так и думала. — Кодл обернулась к Ардате. — Решение насчет Оссерка было твоим. Мы ни при чем. Но я могла намекнуть, по природной щедрости, на некоторый риск, связанный с аспектом врат.

— Она не поняла намека, — заметила Телораст, сурово глядя на Ардату. — Азатенаи считают себя такими умными…

— Элайнты, — вмешался К'рул, — Скиллен Дро желает искупить вину. Он как раз предлагает запечатать рану своей душой.

Скабандари уловил движение у входа в храм, обернулся и увидел шатающуюся, огромную фигуру. Отступил к Оссерку, который так и стоял на коленях, и решился глянуть вниз. — Милорд? Думаю, пора вернуться домой. Не согласны?

Утирая лицо, Оссерк кивнул. — Я был… Скабандари, меня жестоко использовали.

— Точно подмечено, милорд. — Скабандари отвлекли женщины-Тисте, подбиравшиеся к нему.

— Весьма великодушно, — шепнула Кодл полным обожания голосом. — Истребитель Драконов ищет искупления. Неужели честь не умерла в давние века? Похоже, нет. Что ж, во имя моего рода, мертвых и живых, я принимаю твое предложение, Скиллен Дро. Запечатай Старвальд Демелайн.

— Есть одна загвоздка, — сказал К'рул.

Женщины разом обернулись к нему. — А, слышишь, Кодл? — пропела Телораст. — Никогда легко не будет, да?

— Мне нужны вы обе. Фактически мне нужны все Элайнты, пришедшие в мир.

— И ради чего? — спросила Кодл.

— Охранение.

Повисла пауза. Потом Телораст прошипела: — Врата Волшебства!

— Мои Садки, да. В благодарность вы сможете питаться любимым аспектом.

— Садки. Отлично названо, Азатенай.

— Но вы не станете препятствовать смертным, что пожелают вытягивать мою магию.

— Тогда против кого мы будем стоять на страже?

— Против Азатенаев. И других Элайнтов.

Ардата резко вмешалась: — Эти тебя отвергнут, К'рул. Они ищут Трон Тени, ждут появления Серого Берега. Совсем разум потеряли.

К'рул пожал плечами. — Им нужно лишь довести предложение до сородичей. Что случится на Сером Береге, еще не известно. — Он смотрел на Тисте. — Ну?

Кодл скривилась: — Кажется слишком щедрым. Как все дары. Где же наши убытки? Наши жертвы? К'рул хитер, он самый хитрый среди Азатенаев. Я полна сомнений.