Хроники Тамула. Трилогия

— А если пойдет дождь?

— У нас будет меньше работы, мой лорд, только и всего.

Они спешились во внутреннем дворе замка и поднялись по широкой лестнице к парадным дверям, изукрашенным затейливой резьбой, задержавшись снаружи ровно настолько, чтобы надеть мягкие туфли ради сохранности хрупкого перламутрового пола.

Королеву Элану известили об их прибытии, и она ожидала их у дверей тронного зала. Сердце Спархока подпрыгнуло к горлу, когда он увидел свою юную красавицу-жену.

— Как мило, сэр Спархок, что вы решили нас навестить, — проговорила она язвительно, прежде чем обвить руками его шею.

— Прости, что мы подзадержались, любовь моя, — виновато сказал он после того, как они обменялись кратким официальным поцелуем. — Нам пришлось изменить кое-какие планы. — Спархок болезненно ощущал присутствие в зале полудюжины тамульцев — они слонялись неподалеку, старательно делая вид, что ничего не слышат. — Почему бы нам не подняться в наши покои, моя королева? Нам нужно кое-что рассказать тебе, а я хотел бы избавиться от кольчуги, покуда она совершенно не приросла к моей коже.

— Нет, Спархок, ты не войдешь в мои покои в этой вонючей штуковине. Насколько я помню, мыльни расположены вон там. Почему бы тебе и твоим благоухающим спутникам ими не воспользоваться? Дамы могут пойти со мной. Я соберу остальных, и через час мы все встретимся в королевских покоях. Уверена, что твои объяснения касательно того, что тебя задержало, окажутся на редкость увлекательными.

Вымывшись и переодевшись в камзол и обтягивающие штаны, Спархок почувствовал себя намного лучше. Вместе со спутниками он поднялся по лестнице в донжон.

— Ты подзадержался, Спархок, — бесцеремонно заметила Миртаи, когда они подошли к дверям.

— Да, моя жена мне уже об этом прямо сказала. Идем с нами. Ты тоже должна услышать наш рассказ.

Элана и прочие, кто оставался в замке, уже собрались в большой, отделанной в синий цвет гостиной. Бросалось в глаза только отсутствие Сефрении и Данаи.

— Ну наконец-то! — воскликнул, едва они вошли, император Сарабиан. Спархок был поражен переменой во внешнем облике императора. Его черные волосы были стянуты ремешком на затылке. Он облачился в черные обтягивающие штаны и белую, из тонкого полотна рубашку с длинными рукавами. Странным образом он выглядел сейчас моложе и носил шпагу с ловкостью, говорившей о привычке. — Наконец-то мы можем заняться свержением правительства!

— Чем это вы здесь занимались, Элана? — осведомился Спархок.

— Расширяли свой кругозор, — пожала она плечами.

— Я так и знал, что нельзя было надолго оставлять тебя одну.

— Как мило, что ты об этом подумал. У меня подобное мнение сложилось уже давно.

— Спархок, — сказал Келтэн, — почему бы тебе не сберечь время, а заодно и уши — от упреков? Просто покажи ей, зачем мы предприняли это небольшое путешествие.

— Отличная мысль, — Спархок сунул руку под камзол и достал гладкую золотую шкатулку. — Дела оборачивались не лучшим образом, Элана, и мы решили позаботиться о подкреплениях.

— Я полагала, что этим занят Тиниен.

— Наше положение требовало чего-то большего, чем рыцари церкви. — Спархок коснулся ободком кольца золотой крышки. — Откройся, — велел он, но не стал поднимать крышку слишком высоко, чтобы Элана не заметила в шкатулке свое кольцо.

— Что ты сделал с кольцом, Спархок? — спросила она, с любопытством поглядывая на золотую полусферу, прикрывавшую рубин.

— Сейчас объясню, — ответил он и, вынув из шкатулки Беллиом, высоко поднял его в вытянутой руке. — Вот ради чего мы отправились в путь, любовь моя.

— Спархок! — ахнула Элана, побелев как мел.

— Какой великолепный камень! — восхитился Сарабиан, потянувшись к Сапфирной Розе.

— Не советую, ваше величество, — предостерег Итайн. — Это Беллиом. Он терпимо относится к Спархоку, но для всех прочих опасен.

— Итайн, Беллиом — это сказка.

— В последнее время, ваше величество, я пересмотрел свои взгляды на некоторые сказки. Спархок уничтожил Азеша, всего лишь прикоснувшись к нему Беллиомом. Вы в минувшие месяцы подавали кое-какие надежды, и нам бы не хотелось так скоро вас потерять.

— Итайн! — одернул его Оскайн. — Помни, с кем говоришь.

— Мы здесь для того, чтобы советовать императору, брат мой, а не баловать его. Да, кстати, Оскайн, когда ты посылал меня в Кинестру, ты ведь дал мне неограниченные полномочия, не так ли? Мы, конечно, проверим мои бумаги, но я совершенно уверен, что дело обстояло именно так — как и всегда, впрочем. Надеюсь, старина, ты не станешь возражать против того, что по дороге я заключил парочку новых союзов? Вернее, — помолчав, признался Итайн, — заключал их Спархок, но мое присутствие придало этому некоторый официальный оттенок.

— Итайн, ты не можешь так поступать, не известив прежде Материон! — Оскайн побагровел.

— Да ладно, Оскайн, успокойся. Все, что я сделал, — не упустил кое-какие возможности, которые просто сами просились в руки, и не мог же я, в конце концов, указывать Спархоку, что он должен делать, а что нет? Я более или менее уладил дела в Кинестре, когда там появились Спархок и его друзья. Мы покинули Кинестру и…

— Подробнее, Итайн. Что ты натворил в Кинестре? Итайн вздохнул.

— Ты иногда бываешь так утомителен, братец. Я обнаружил, что посол Таубель спелся с Канзатом, главой местного полицейского участка. И кстати, король Джалуах исправно плясал под их дудку.

— Таубель перекинулся к людям Колаты? — Оскайн помрачнел.

— По-моему, я это только что сказал. Тебе бы стоило поскорее проверить и другие свои посольства. Министр Колата времени зря не терял. Как бы там ни было, я посадил под арест Таубеля и Канзата — вкупе со всем полицейским участком и большей частью посольского штата, — объявил Кинестру на военном положении и передал власть в руки атанского гарнизона.

— Что?!!

— На днях я напишу тебе подробный отчет. Ты же хорошо меня знаешь — я не сделал бы этого без достаточных оснований.

— Итайн, ты превысил свои полномочия.

— Старина, ты ведь их ничем не ограничивал, так что я был волен делать все, что сочту нужным. Вспомни, ты сказал, чтобы я огляделся и сделал все, что нужно. Именно так я и поступил.

— Да как же ты убедил атанов подчиниться тебе без письменного предписания? Итайн пожал плечами.

— Командир атанского гарнизона в Кинестре — молодая женщина, весьма привлекательная, хотя, на мой вкус, и чересчур мускулистая. Я соблазнил ее, и, надо сказать, она весьма восторженно поддалась соблазну. Поверь мне, Оскайн, она готова сделать для меня буквально все. — Итайн помолчал. — Кстати, можешь упомянуть об этом в моей личной папке — что-нибудь о моей готовности приносить жертвы на благо Империи и все такое прочее. Полной воли, однако, я ей не дал. Милое дитя хотело преподнести мне головы Канзата и Таубеля в знак своей нежной страсти, но я решительно воспротивился. Мои комнаты в университетском городке и так захламлены донельзя, так что развешивать по стенам трофеи у меня нет никакой возможности. Я велел ей посадить обоих под замок и крепко держать за шиворот короля Джалуаха, пока не прибудет замена Таубелю. Кстати, братец, спешить с этим вовсе необязательно. Я целиком и полностью доверяю моей девочке.

— Итайн, ты отбросил отношения с Кинезгой на двадцать лет назад!

— Какие еще отношения? — презрительно фыркнул Итайн. — Кинезганцы понимают только грубую силу, оттого-то я к ней и прибегнул.

— Ты что-то говорил о союзах, Итайн, — заметил Сарабиан, покачивая кончиком шпаги. — Кому же, собственно говоря, ты посулил мою вечную верность и дружбу?

— Я как раз собирался перейти к этому, ваше величество. Покинув Кинестру, мы направились в Дэльфиус. Мы встретились с тамошним правителем анари — почтенным старцем по имени Кедон, — и он предложил нам свою помощь. О нашей части уговора позаботится Спархок, так что Империи это даже ничего не будет стоить.

Оскайн покачал головой.

— Это, должно быть, от материнской линии нашего рода, — виновато пояснил он. — У нашей матери был дядя, который вел себя весьма странно.