Виртуальный свет

нечто вроде потрясения, хотя чего тут, собственно, так уж потрясаться. На службе - форма, а после звонка носи что хочешь. Например, тускло-голубой безрукавный комбинезон и немецкие пляжные сандалии с пупочками на стельках, которые, считается, все время массируют тебе ступни и ты от этого очень здоровый. На предплечьях Эрнандеса синели крупные римские цифры - грехи молодости, такого типа татуировки делают себе члены молодежных банд. Ступни у него были коричневые от загара и какие-то такие, ну, вроде как медвежистые.

Сейчас, во вторник утром, они были в доме одни. Кевин уехал в "Раздвинь пошире ноги", остальные тоже разошлись по своим делам, чем бы уж там они ни занимались. Про Монику неизвестно, может, сидит в своем гараже, а может, и нет, она с соседями не общается.

Райделл достал из буфета свой личный пакет кукурузных хлопьев, заглянул внутрь. На одну миску вроде бы хватит. Затем он открыл холодильник и взял с решетчатой полки литровую тастиковую флягу с жирной надписью красным маркером: "МОЛОЧНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ".

- Что это такое? - поинтересовался Эрнандес.

- Молоко.

- А зачем там написано "эксперимент"?

- Чтобы никто не выпил. Я придумал это еще в Академии, когда жил в общаге.

Он высыпал хлопья в миску, залил их молоком, нашел ложку и перенес все завтракательное хозяйство на кухонный стол. Миску стол выдерживал, но ставить на него токти было нельзя - одна из ножек все время норови та подломиться.

- Как рука?

- Прекрасно.

Райделл снова забыл про своенравность стола и оперся о него локтями - по ободранному белому пластику потекла река молочно-кукурузной жижи.

- На, вытри. - Эрнандес отмотат от рулона длинный кусок бежевого бумажного полотенца.

- Это этого хрена, - заметил Райдечл. - Он дико не любит, когда мы ими пользуемся.

- Пототенечный эксперимент, - ухмыльнулся Эрнандес, бросая Райдетлу бумажный ком.

Райделл промокнул молоко и собрат большую часть хлопьев. Он не мог себе предста-

вить, чего это Эрнандесу здесь потребовалось; с другой стороны, он ровно так же не мог себе прежде представить Эрнандеса раскатывающим на белом "дайхацу спикере" с динамической голограммой водопада на капоте.

- Хорошая у тебя машина, - сказал Райделл, выскребая из миски остатки хлопьев.

- Дочкина. Роза откомандировала меня в ремонтную мастерскую.

Райделл прожевал хлопья, сглотнул.

- Что, тормоза, или что?

- В рот долбаный водопад. Там должны быть еще всякие мелкие зверюшки, они раньше вроде как высовывались из кустов и смотрели на него, на водопад то есть. - Эрнандес прислонился к стене, взглянул на пальцы, высовывавшиеся из пупырчатых сандалий. - Такие вроде как коста-риканские животины. Экология. Роза, она у меня насквозь зеленая. Заставила нас перепахать все, что осталось от газона, и посадила эти сберегающие грунт штуки - ну знаешь, которые вроде серых пауков. А в мастерской они не могут вытащить этих чертовых зверюг из кустов, не могут - и все тут, ну хоть тресни. У нас ведь и гарантия не кончилась, и все