Вечеринка в стиле «вамп»

евернувшись через голову, упал на пол. Раздался такой грохот, что вся толпа, осадившая раздевалку, обернулась посмотреть, кого же это там так кидают. Все взгляды толпы обратились сначала на валяющегося и, по всей видимости, не собирающегося вставать судью, а затем на меня и моего противника.

Мы с мордоворотом синхронно пожали плечами, дескать, это не наши трудности, и приготовились к бою.

Я окинул оценивающим взглядом верзилу: здоровенный детина (да, опять, но что ж поделать, если в сравнении со мной все они действительно так здоровы), определенно не моей весовой категории, с длинными темными волосами, кучей татуировок, и лицом явно не отягощенным интеллектом. При этом мускулистым его назвать нельзя, я бы сказал даже наоборот. Туша кило эдак в сто пятьдесят, из них процентов девяносто жира и пара миллиграмм мозгов, а остальное… кости, наверное.

Краем глаза я заметил, как из раздевалки вышел новый любимец публики и с ленивым интересом стал наблюдать за дальнейшим развитием событий. Пока я смотрел по сторонам, противник тронулся в мою сторону. Не пошел, и уж тем более не прыгнул или дернулся, а именно тронулся. Как бронепоезд. Мне даже сперва показалось, что неожиданно вернулась способность замедлять время, настолько медленно двигалась эта туша.

Я немного подождал, дав мордовороту время для разгона, а потом рванул в его сторону и сразу провел отчаянный удар в солнечное сплетение.

Толстяк даже не хрюкнул.

По полному отсутствию реакции я с ужасом понял, что он даже ничего и не почувствовал. Я настолько удивился, что чуть было не пропустил его ответный удар. Он поднял свою лапищу и ударил туда, где всего секунду назад была моя голова. Если бы она все еще оставалась на том же месте, то одним сотрясением мозга я бы наверняка не отделался.

Нет, мне это определенно не нравится. Что же с ним делать-то? Судя по выражению лица, кое-какие эмоции он ко мне испытывает, например, ярость. Как бы мне теперь выпить из него часть этой самой ярости? Может, это поуменьшит его пыл, да и мне немного разозлиться не помешает — какое-то странно отстраненное состояние сильно мешает сосредоточиться. И куда подевалась веселая ярость, накатывавшая на меня по любому поводу, когда она так нужна?

Пока я ходил вокруг толстяка кругами, надеясь на то, что у него хотя бы закружится голова, рядом с рингом собралась немалая толпа. Конечно, людей интересовала вовсе не наша схватка, просто сюда подошел их новый любимчик. Он пристроился недалеко от уснувшего на полу судьи и ожидал, что же будет дальше.

Хотел бы и я это знать.

Размышления отнюдь не способствуют победе в бою, скорее наоборот. Тут нужно действовать быстро, и особенно ни над чем не задумываться. Все решают рефлексы и скорость реакции. А я вместо того, чтобы сосредоточиться, смотрю по сторонам…

Я уперся спиной в угол ринга.

Что ж, так мне и надо. Нечего было расслабляться…

Толстяк ринулся ко мне с неторопливой уверенностью сытого медведя. Кто считает медлительного медведя аховым противником