Кольцо и крест (СИ)

Ильгет поймала себя на том, что улыбается несколько самодовольно. Неужели и правда получается что-то хорошее, настоящее? Она рискнула выложить начало романа на всеобщее обозрение в литературном клубе, и отзывы довольно неплохие. Хотя этот уж совсем захвалил… Кто это? Неизвестный, даже адреса своего нигде не оставил, подписался псевдонимом - какой-то Вендар.

Пусть так. Почтовый ящик раскрылся, выбросив новое письмо. Ильгет раскрыла его и прочла.

Письмо было анонимным - вообще без подписи.

"Неужели вам недостаточно того, что вы разрушили собственную семью? Ваш муж от вас ушел, и правильно сделал. Удивительно, что вы при этом считаете себя правой, пишете какие-то романы, учите других жить. Считаете себя христианкой. Я советую вам поговорить об этом с вашим духовником".

Ильгет вздрогнула, как от пощечины. Какая гадость… но почему? Какое это имеет отношение к ее роману?

Кто вообще может знать о подробностях ее личной жизни? Где-то, когда-то она могла, конечно, обмолвиться о бывшем муже… то есть бывшем сожителе. Муж не бывает бывшим.

Плюнуть и забыть. Собака лает - караван идет.

Ильгет перелистнула страницу, стала бездумно просматривать новости. Но анонимка все не шла из головы. Удивительным образом неизвестный автор талантливо надавил на все больные точки - и чувство вины всколыхнул, и церковь зацепил при этом. Такое мог бы сагон написать… Сагон? Но на Квирине сагонов не бывает.

Ильгет вздохнула. Нет, забыть не получится. Не так просто.

Она открыла адресную книжку и выбрала координаты своей старой знакомой, еще по работе в СИ - когда она стажировалась там перед ярнийской операцией. Агнес по основной специальности все-таки была оператором Сети.

— Агнес? Привет. Это Ильгет Кендо, то есть Эйтлин. Ты меня помнишь еще?

— Привет, - черноглазая физиономия уставилась на нее слегка недоуменно.

Пришлось поговорить о делах, рассказать, что вышла замуж, что ждет ребенка. Спросить, как дела у Агнес.

— Слушай, у меня такой вопрос. Мне тут письмецо написали. Пакостное очень. Анонимное. Ты не знаешь, как определить, откуда оно послано? Ведь в Сети ты очень хорошо ориентируешься…

— Без проблем. Это легко сделать. Дай-ка мне письмо.

Ильгет послала ей копию. Агнес отвернулась от монитора. Через некоторое время из ящика Ильгет выпала небольшая записка.

— Здесь адрес. Оттуда послано, - сообщила Агнес, - а вообще, если хочешь определить адрес отправителя, я могу тебя научить, как это делается.

— Да, научи, пожалуйста.

— Это довольно сложно. Во-первых… - И Агнес подробно объяснила Ильгет последовательность действий. В Сети с анонимностью довольно сложно. Оказывается, неизвестный отправитель замаскировался - послал свою писульку через целый круг промежуточных станций - но тем не менее, Агнес удалось его отследить. Отследить изначальный компьютер и даже домашний адрес, откуда он входил в Сеть.

Ильгет поблагодарила Агнес, попрощалась и открыла записку.

Она совершенно не удивилась, увидев адрес бывшего сожителя. Пита жил все в той же квартире.

По-видимому, он как-то узнал, что Арниса теперь нет на Квирине. По-видимому, с Арнисом встречаться снова ему не хотелось.

Ильгет села за стол, подперев рукой подбородок.

Наверное, в том есть ее вина. На что Пита мог обидеться? Почему он послал такое письмо? Прочитал начало романа?

Гм, да. Ильгет, пожалуй, виновата и в самом деле. Под влиянием иньи отец главного героя стал закатывать страшные скандалы и в конце концов бросился с ножом на собственную жену. Ильгет вовсе не имела в виду Питу, но в описании скандалов невольно всплывали Питины выражения, обидные, злые фразы, которые он когда-то ей кидал.

Но ведь персонаж на Питу не похож совершенно! Ничего общего. Даже возраст - родители Альгреда намного старше!

И кроме того, зачем ему было читать роман? Что ему вообще делать в персонале Ильгет?

Уходя - уходи. Ильгет с того момента, как узнала решение церковного суда, ни разу не поинтересовалась жизнью бывшего сожителя. Зачем? Это его жизнь. Да, его жаль, да, хотелось бы как-то ему помочь, но слишком самонадеянно думать, что она в состоянии это сделать. Если уж за годы жизни с ним ничего не получилось… Если Пита становился все хуже, и хуже, и и она ничем не могла помочь, даже наоборот, ухудшала ситуацию, сама того не желая. С какой стати и чем она может помочь ему теперь, когда отношения разорваны? А если не помогать - то чего ради интересоваться чужой жизнью, из любопытства?

Ильгет довольно долго упоминала Питу в молитвах, и время от времени ее даже охватывало рвение, и она ежедневно посвящала полчаса специально молитве за него - читала по четкам Большой Круг. Но это все, что она могла для него делать.

Получается, что он не успокоился, и что он по-прежнему интересуется ее мнением, изучает ее персонал и ее творчество, получается, что он нуждается в ней?

Ильгет встала, сняла транслятор. Ей вдруг расхотелось писать. Что она может написать? Кому это интересно? Кто она такая, действительно - даже свою семью не смогла сохранить. Кто она такая, чтобы создавать информационные потоки - ведь ее роман - это тоже оружие, тоже информационная единица. Что хорошего она может сказать людям?

Ильгет вышла на кухню. Настроение было испорчено безнадежно. Провела рукой по панели коквинера. В окне возникла голубая тонкая чашка. Запахло свежим чаем. Пусть так. Она отдохнет сегодня. Может, завтра появится настроение писать… завтра будет лучше. Надо бы помолиться, но молиться не хочется, совсем. Ну и ладно. Взять какую-нибудь хорошую книжку, завалиться в кровать… Господи, если бы рядом был Арнис! Лучше уж не думать об этом. Не надо. Жалость к себе сменилась другим чувством - темно и пронзительно шевельнулся страх, тот, что бывает ночью. Может быть, Арниса уже и нет в живых…

Глупости. Конечно, он жив, и он вернется.

Ильгет взяла чашку, села у окна. Шера подошла и ткнулась в колени носом. Ильгет рассеянно погладила собаку.

Она долго читала в постели, потом задремала - прямо так, не раздеваясь. А кто сказал, что так уж обязательно на ночь чистить зубы, надевать пижаму, глупости какие… Это была ее последняя мысль. Потом появился Визар.