Спасти товарища Сталина! СССР XXI века

– Понял, Второй, – хрипит в ответ эфир.

Резкий поворот и остановка. Поднимаю голову. Тихий пустынный дворик. Качаются легким ветерком листья деревьев. В боковом стекле мимо въезда во двор по дороге пролетает такой же синий «Passat», автомобиль Второго, принявшего возможное преследование.

Камал смотрит на меня безразлично.

– Ты не отвечал на мои звонки, – говорит бесцветным голосом.

Судорожно выдыхаю запас легких:

– Хоро-шо, что… вы меня наш-ли… Кажется, за мной следили… я не мог к вам…

– Кажется? – голос его, словно туман – ни тени, ни света.

– Кажется… Точно, следили.

– Почему ты так решил? – он смотрит сквозь меня, словно разговаривает с сиденьем автомобиля.

– Я видел. У меня украли мобильник, в метро, – говорю, сглатывая воздух, и меня бьет легкая нервная дрожь. – Где-то в восемь утра.

До восьми Камал не звонил мне. Я выключил телефон в десять минут девятого, когда окончательно принял решение исчезнуть.

– Хотели снять и наладонник, но я почувствовал руку, вырвался. Повезло, открылась дверь, и я выскочил. Ударил одного из них в пах, и они погнались за мной. Успел выбежать из метро. Там стоял полицейский, и они не подходили. Но и не ушли далеко.

– Сколько их было? – прерывает меня Камал.

– Трое. Все покрепче меня. Молодые. У меня не было шансов, – смотрю ему прямо в глаза.

– Что дальше? – он не отводит взгляд.

– Рядом с полицейским я долго торчать не мог. Он уже и без того начал на меня посматривать…

– Почему ты не подошел к нему и не сказал, что тебя обворовали?

– У меня в кармане наладонник. В нем клиентская база и снимки камер слежения «Кингстон Роял Банка». Если бы мне пришлось пойти в полицию, чтобы заявить на них, неизвестно, что…

– Продолжай, – останавливает он мои путаные объяснения.

– Я пошел по улице, думал, что в толпе не тронут. Когда они начали подбираться ко мне ближе, зашел в магазин, остановился у охранника, спросил, где продают лавандовое мыло… и что-то еще, не помню… побродил по магазину, а когда вернулся к входу, они меня еще ждали, – замолкаю.

Все время смотрю на Камала, чтобы он видел, что мне нечего скрывать.

– Дальше, – приказывает он.

– Я сказал охране, что видел у одного из них пистолет, и когда охрана вышла к ним, чтобы проверить, сбежал через парковку. Пару часов петлял по городу, проверяя, не идут ли они за мной.

– Дальше…

– Сел в кафе где-то на Белгрейв-роад, не помню точно, где…

Я действительно пил там кофе в одиннадцать утра. До тех пор я мотался по дворам, пытаясь обнаружить возможную слежку Камала. После двух чашечек кофе и пары горячих булочек в шоколаде за столиком заведения под названием «У Птички» я расслабился, решил, что теперь опасаться преследования не стоит. И выйти на меня Камал мог только после одиннадцати тридцати, когда я покинул кафе и неспешно шатался по городу, ощущая себя впервые за несколько недель обычным туристом. Даже воображал, как буду когда-нибудь рассказывать детям, как в Третью мировую побывал в Лондоне с опасным заданием КГБ…

– Посидел с полчаса. Мне показалось, что я оторвался от них и пошел бродить…

Нужно говорить только правду – где и во сколько я был. Неизвестно, где им удалось меня перехватить и сколько времени меня ведут.

– Почему не вернулся в гостиницу?

– В телефоне в записной книжке адрес отеля и… мне показалось, что не просто так они хотели забрать карманный компьютер, понимаешь? – чуть нагибаюсь к нему, хочу убедить в своей искренности. – Простые грабители стали бы меня преследовать по всему городу? Зачем? Мобильник уже у них. Карманный компьютер, ну – две сотни динаров. Им нужен был не я. А информация с мобильника и наладонника. Думаю – так.

– И кто же, по-твоему, они?

– Не знаю. Однако в гостиницу я не вернусь. Если я ошибаюсь и они просто обиделись на меня за удар в метро – полбеды. Если нет, то лучше не ходить. Может быть, это служба безопасности банка. Увидели вчера, что слили базу, восстановили последовательность событий. Я пользовался паролем менеджера, которая меня обслуживала для первичного проникновения. Эксперту в этом случае разобраться не составит труда. У них есть данные моего удостоверения, а значит, и место проживания известно. Решили не поднимать шум и инсценировали ограбление. В метро в давке это сделать проще всего.

– Тебе не кажется, что это похоже на паранойю? – говорит он жестко.

– Или на вранье? – в упор смотрю на него, однако смутить его невозможно, и я отвожу глаза. – Может, ты прав. Может быть, я слишком разнервничался. И все же где-то час назад мне показалось, что за мной снова появился «хвост».

Я не знаю, когда Камал и его люди вышли на меня и как. Я не выходил на связь, не появлялся в гостинице и не поехал к ним. Обнаружив меня внезапно на улице, они должны были меня проверить. И, скорее всего, скрытно вели какое-то время, чтобы убедиться, что я не под наблюдением и не встречаюсь с врагом. Только после моих петель на Хайд– Парк-Ройд решили меня остановить. Они уверены, что я чист. Иначе бы просто не подошли.

– Почему ты так решил?

– Мне показалось. Просто показалось. Может быть – действительно нервы. Не знаю. Я начал петлять. За углом только постоял, показалось, что оторвался, сбросил зонт в мусорную машину – приметная деталь все же. И пошел дальше…

– Что ты собирался делать?

Я кожей почувствовал, как исчезло напряжение. Только что морозило опасностью затылок, дрожали струнами нервы. И вдруг – тишина.

И вздыхаю расслабленно:

– А что мне делать? Собирался болтаться по городу до комендантского часа, чтобы убедиться, что слежки нет – и ехать к вам. Иначе бы вы меня сами начали искать. Чтобы пристрелить как предателя.

Камал смотрит на меня долгим пустым взглядом. Поворачивается к водителю и командует:

– Поехали.

18

Автомобиль въезжает в раскрытую пасть гаража и механическая дверь сразу же опускается, закрывая солнечный свет. Внутри уже стоит синий «Passat», тот самый Второй, принявший гонку по городу. Рядом с ним курит мужчина с аккуратно прикрытыми редким чубчиком залысинами. Он возил меня по городу, когда я пытался проникнуть в сеть «Кингстон Роял Банка». Мужчина безразлично скользит по мне взглядом, когда я выхожу из автомобиля, словно не видит.

– Алекс, – не оборачиваясь, говорит Камал, – жди меня в библиотеке.

Ровные полки книг с тиснеными корешками, остывшая зола поленьев камина. Закрываю за собой дверь. Мобильник, похищенный, по моим словам, в метро, жжет прикосновением бедро. Нужно от него избавиться как можно скорее.

Открываю стеклянную дверцу книжного шкафа. Щупаю пространство между книгами и стенкой шкафа. Щели нет. Оглядываюсь быстро. Можно попробовать в камин, если есть удобная ниша в дымоходе, делаю шаг назад и останавливаюсь. Лезть туда сейчас и ощупывать – только получить черный след сажи на руках, как только увидят – сразу же найдут. Возвращаюсь к шкафу. Где-то должна быть щель. Встаю на цыпочки, тянусь, ощупывая ровный ряд книг.

– Ищешь, что почитать?

Застываю мгновенно. Я забыл, что Камал двигается совершенно бесшумно, и испуг отнимает на мгновение дыхание. Цепляю краем пальца первую попавшуюся книгу. Опускаю к глазам. Овидий «Скорби».

– Нервы, нервы, – говорю, медленно поворачиваясь, – а книги успокаивают, – поворачиваю к нему обложку. – Например, эта. Стоит только подумать, как тяжело было этому человеку в ссылке две тысячи лет назад. Мучился. Страдал. А где он теперь? – покачиваю книгу в ладони. – Разве что здесь.

Камал произносит тихо, глаза его светятся теплом: