Безумие (СИ)

Он еще какое-то время сидел за рулем, тяжело дыша и уткнувшись лбом в руль, пытаясь прийти в чувства. Неимоверно огромное количество адреналина выделилось в его кровь, и тело все тряслось мелкой дрожью. Дэрил даже толком не мог сжать пальцы на руле. Он уже успел попрощаться с жизнью.

Вспомнив про то, что он едва кого-то не сбил, мужчина кое-как собрался с мыслями и вылез наружу, прямо под проливной холодный дождь. Но даже вода, льющая с небес, показалась приятным душем по сравнению с тем, как заледенела кровь Дэрила при виде распластанного тела на асфальте. Он быстро подбежал к девушке, опускаясь к ней и приподнимая. Казалось, белокурая красавица была без сознания.

- Сейчас, тише… - прошептал он дрожащим голосом. – Иисусе… Все будет хорошо, я отвезу тебя в больницу, - говорил он, зачем-то оглядываясь по сторонам в поисках помощи.

Но вокруг стояла непроглядная темнота дождливой ночи. Уличные фонари странно и завораживающе мигали. Тут мужчина услышал какой-то странный, жутко похожий на глухой рык звук у себя за спиной. Он, словно загнанное животное, резко повернул голову, бешено глядя себе за спину. Но в дождливом мареве никого и ничего не было. По крайней мере, он не смог этого разглядеть.

Когда раздалось тихое, но предостерегающие шипение на его руках, Дэрил вздрогнул. Он не хотел поворачивать голову и смотреть, что там, но звук не прекращался. Тогда мужчина медленно обернулся, с замершим сердцем глядя на пострадавшую девушку, что лежала у него на руках. Он опустил взгляд вниз и мгновенно поверил одновременно во всех богов этого мира: вместо красивого девичьего лица он увидел огромный оскал пилообразных зубов. Узкие, ярко-зеленые глаза плотоядно впились в него.

Дэрил замер, предчувствуя свой конец. Смертельные челюсти медленно раскрылись, открывая бездонную черную дыру вместо рта. Улицу пронзил громкий, предсмертный крик.

Но никто не услышал.

***

За последнюю пару месяцев Йен уже привык к кошмарам. Они стали вечными спутниками его ночей, не давая покоя ни на одну сумеречную минуту. Просыпаться с хриплой отдышкой посреди ночи, полностью покрытым холодным потом, - стало для него обыденностью. Обыкновенно Марли приводила его в чувства и успокаивала…

Но этой ночью ее половина постели пустовала.

Йен несколько удивленно нахмурился, рассматривая соседнюю измятую подушку. Запах девушки почти выветрился, что значило, что она покинула квартиру не менее пары часов назад. Томсон оглянулся на зашторенное окно и отметил, что уже начало светать.

Охотник нащупал телефон под подушкой, набирая знакомый номер, - пропадать посреди ночи его подруга не имела привычки. Вне доступа. Томсон помрачнел в лице, отложил телефон в сторону и еще какое-то время сидел в постели, думая о чем-то своем. После он поднялся, направляясь в душ.

На этом странности не закончились. Когда Йен пришел в колледж, буквально все там стояло на ушах. На лицах людей было написано недоумение, растерянность, паника и даже ужас. Повсюду стоял шум и суета. Пока Томсон шел в сторону нужной аудитории, из всеобщего гомона он успел понять, что произошло: в колледже, буквально в самой комнате отдыха для преподавателей жестоко убили трех профессоров, растерзав тела тех до неузнаваемости.

Но самое странное Йен обнаружил, лишь проходя мимо той самой комнаты. Охотник не на шутку напрягся и остановился, со стороны рассматривая четырех людей в темно-синей форме полиции. За все годы работы на Корпорацию Томсон ни разу не натыкался на копов, потому что ВЛЦ всегда идеально подчищала за собой следы. Но теперь они были здесь, прямо перед его глазами. И это было плохо, чертовски плохо.

Томсон поспешил удалиться прочь, не желая сталкиваться с людьми в униформах, но судьба уже раскинула свой зловещий пасьянс на стол предсказаний.

- Эй, парень! – крикнул кто-то в спину Томсона.

Тот понадеялся, что это обращаются не к нему. Увы. Кто-то ухватил его за плечо, бесцеремонно развернув к себе лицом. На Йена уставились темные, почти черные глаза.

- Я к тебе обращаюсь, пацан, - раздраженно фыркнул коп.

Йен не стал отвечать ничего. Полицейский оценивающе взглянул на него, а потом, оглянувшись по сторонам, мужчина, надвинув фуражку на глаза, наклонился к Томсону и тихо сказал:

- Передай сестре, что времени больше нет.

Йен удивленно вскинул брови и немного отпрянул в сторону.

- Что? – не понял он.

Человек странно посмотрел на юношу: как на умалишенного. Прищурив и без того небольшие глаза, мужчина сказал:

- Мы не поладим, - он покачал головой. – Я Тодд. Скажи Эмили, что время истекло.

На этом было все: мужчина кивнул головой, развернулся и пошел к своим. Весь растерянный, Йен медленно развернулся и пошел к своей аудитории, изредка оглядываясь за спину, бросая взгляд на странного человека.

«Что происходит, черт возьми?» - крутилось в голове охотника.

В аудитории царила такая же суета, как и во всем колледже, этим утром. Йен быстрым взглядом прошелся по студентам в поисках нужных ему лиц, но не было ни Эмили, ни Марли. Уилсон Йен сразу не надеялся тут лицезреть. Словно бы все члены организации, которых он знал, поспешили испариться вовсе. Томсон попытался дозвониться хотя бы до одной девушки, но телефоны всех троих синхронно отвечали короткими, безразличными гудками.

Охотник, однако, и не подумал просто так сдаваться: он решительно развернулся, уходя прочь и держа свой путь к еще одному персонажу, причастному хоть сколько-нибудь к ВЛЦ.

В шатре вместо двери был лишь тяжелый навес, поэтому постучаться и культурно оповестить о своем визите Томсону не удалось. Постояв с полминуты около порога в шатер золотоволосой гадалки, Йен вспомнил, что при последнем ее визите он прострелил девушке плечо. Это несколько облегчило задачу охотнику, так как, со стуком или без, эта девушка едва ли обрадуется ему меньше.

Томсон откинул ткань в сторону и вошел внутрь, тут же окутанный новыми, пряными запахами индийских благовоний. Парень поморщился, оглядываясь по сторонам. Гадалки внутри не было.

Зато около большого, вытянутого в рост человека зеркала стоял какой-то незнакомый, светловолосый мужчина, застегивая запонки на рукавах идеальной белизны рубашки. Его светлые волосы были аккуратно зачесаны назад. Что-то странное было в том, что этот человек находился здесь, словно бельмо на глазу, и охотник нахмурился, не сдержав чувств, которые он сам не мог объяснить, при себе.

- А манер у тебя так и не прибавилось, да, Йен? – усмехнулся мужчина, продолжая разглядывать свое отражение.

И тут Томсон понял, что именно было не так. В шатре был лишь он, и этот незнакомец, но запах гадалки не ушел. И запахов новых людей охотник не почувствовал так же.

- Это сбивает с толку, да? – улыбнулся человек, словно читая мысли юноши. – Можешь звать меня Бель.

- Хорошо, - настороженно кивнул Йен, проходя внутрь шатра.

Он обошел нового знакомого полукругом, внимательно рассматривая его.

- Что происходит, Бель? – спросил он. – Где Эмили?

- Переживаешь за свою сестру? О, думаю, это бы ей польстило, - хмыкнул мужчина, накидывая на себя черный жилет.

- Она обычно не пропускает пар.

- Просто это уже не важно, - пространно отмахнулся Бель, все еще прихорашиваясь, словно перед выходом на сцену.

- А что важно?

Бель обернулся, оглядываясь на своего гостя, который застыл около кофейного столика с кучей посуды. Взгляд Йена был прямой, изучающий, словно он ждал реакции Беля больше, нежели самого его ответа. А затем он хмыкнул.

- Давай присядем, - сказал он. Махнув рукой на столик. – В ногах правды нет. Садись, - более повелительным тоном сказал он Томсону, - я подогрею чайник.

- Зачем мне чай?

Бель взмахнул руками в неясном жесте, отворачиваясь к небольшой электрической плите.

- А что, нелюбовь к чаю – у вас семейное? – язвительно поинтересовался он. – Просто сядь и возьми эту чудесную чашку, зря, что ли, я тащил фарфор в эту палатку?