-->

Об искусстве

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Об искусстве, Валери Поль-- . Жанр: Искусство и Дизайн. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале bazaknig.info.
Об искусстве
Название: Об искусстве
Дата добавления: 16 январь 2020
Количество просмотров: 222
Читать онлайн

Об искусстве читать книгу онлайн

Об искусстве - читать бесплатно онлайн , автор Валери Поль

Книга Валери Поль "Об искусстве"

Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала

Перейти на страницу:

Знаменательно, что стилю самого Валери свойственно частое употребление курсива, кавычек, подчеркивание маргинальных значений слова или его семантической многослойноеTM. Это завещанное символизмом чувство "стертости" слова, недоверие к нему, его остранение, которые нисколько не удивительны у такого, к примеру, "субъективиста", как В. В. Розанов, побуждают более критически отнестись к природе неоклассицизма Валери.

9 "Слова "существовать", "быть" неясны, -- записывает Валери. -- "Я есмь" лишено без атрибута всякого смысла" (Cahiers, t. XIX, p. 538).

Между тем фигура Тэста лишена всяческих "атрибутов". Boплотив в себе абсолютное сознание и чистую возможность, он неизбежно должен быть лишен личности.

Стоящая за этим образом концепция Валери, которую он разрабатывает теоретически, находит полное соответствие в его эмоциональной позиции. Противопоставляя себя своему другу Андре Жиду, он записывает: "Жид -- случай особый. И у него есть к этому страсть. У меня же чувство прямо противоположное. Все, что видится мне особенным, личностным, для меня нестерпимо, автоматически становится образом в некоем зеркале, которое может показать со других и предпочитает эту свою способность всякому образу.

... Мой Нарцисс не тот, что у него. Мой есть контраст чудо того, что отражение "чистого Я" являет собою некоего Господина -- возраст, пол, прошлое, вероятия и несомненности -- или что всему этому присущ абсолютный инвариант, выражаемый следующим противоречием: Я не то (тот), что я есть. Non sum qui sum" (Cahiers, t. XV, p. 274).

Этим "абсолютным инвариантом" и является "чистое Я", идею которого Валери развивает прежде всего в "Заметке и отступлении": "Человеку свойственно сознание, а сознанию ... неуклонное и безусловное отрешение от всего, что ему предстает. ... Акт неистощимый и не зависящий ни от качества, ни от количества предстающих вещей, посредством которого человек разума должен в итоге сознательно сводить себя к бесконечному отказу быть чем бы то ни было" (Oeuvres, t. I, p. 1225). "Сама паша личность, которую мы неосмысленно почитаем интимнейшей и глубочайшей своей принадлежностью, высшим своим благом, есть, по отношению к этому наиболее обнаженному "Я", лишь некая изменчивая и случайная вещь (там же, стр. 1226; близость к Фихте с его различением "абсолютного" и "эмпирического" Я более чем относительна, хотя его влияние, прежде всего через романтиков, несомненно).

"Чистое Я", этот принцип универсальности разума, есть абсолютный постулат сознания и, как таковое, само по себе, невозможно без того, что Валери именует "пятнами", то есть без непрерывно меняющихся его объектов (ср. интенциональность сознания в философии Гуссерля). Ежемгновенно "автоматически отбрасывая всякий атрибут", оно есть чисто негативная потенция. Вневременное, оно лишь чисто потенциально пребывает во времени, отведенном личности. Таким образом, "чистое Я" -- наиболее всеобщее и отвлеченное в сознании -- представляет собой антипод личности -- наиболее частного в нем. В известном смысле можно сказать, что сущность выступает против существования, без коего, однако, немыслима

Невозможно проследить бесконечные связи, зависимости этой идеи, все ее модификации в искусстве, психологии, философии новейшего времени (ср., например, прозу Андрея Белого 10-х годов, в частности его "Дневник писателя", роман выдающегося австрийского писателя Р. Музиля "Человек без свойств", произведения С. Беккета или творчество французского поэта Анри Мишо -- см. особенно: H. Michaux, Plume, Paris, 1963, pp. 215-- 220). Важны прежде всего ее общетеоретические следствия, которых Валери не мог избежать ни как честный художник, ни как вдумчивый аналитик кризисной цивилизации. В качестве предпосылок у него намечены две крайние ситуации безбытийного "Я": временная -- слияние с "пятнами" сущего, совершенное помрачение и растворение в них, и вневременная -- когда в его собственном ослепительном свете все сливается для сознания в одну точку, в один объект, и у него возникает высшее искушение -- уничтожить все предстоящее и, стало быть, самому лопнуть, как мыльный пузырь. То и другое ведет равным образом и к гибели личного; но именно во втором случае мы находим объяснение того перводвигателя, который наблюдается во всей мыслительной деятельности Валери. "К чему я, в сущности, стремился, -- так это к тому, чтобы овладеть собой, и вот мой миф: овладеть собой, чтобы себя уничтожить, иными словами, пребыть раз и навсегда" (Cahiers, t. XXIII, p. 289).

Стремясь примирить свой отвлеченный принцип с необходимостью социальной, творческой активности человека, выявления его внутреннего плюрализма, Валери вводит в диалоге "Навязчивая идея" (1932) понятие "имплекса", которое неразрывно связывает идею "чистого Я" с обусловленностью внешним миром. В "Тетрадях" 20-- 30-х годов он, в отличие от формулировок, содержащихся в "Заметке и отступлении", четко различает "чистое Я" и "сознание", так что первое выступает у него не как негативное и "нигилистическое" понятие, но просто "как крайний инвариант предельно всеобщей группы умственных преобразований" (J. Robinson, L'analyse de l'esprit dans les cahiers de Valйry, p. 73). В своей творческой этике Валери все более приближается к личностному пафосу волевого и продуктивного "Я" в фихтеанстве и у романтиков.

10 "Невозможно сказать Миру, Телу: я ничего от тебя не требую, не требуй же ничего от меня".

"Для страдающего человека, -- пишет Валери, -- слово "истина" теряет всякий смысл -- ибо в этом случае теряют смысл все слова, кроме "страдать" и "перестать страдать".

Истинное, прекрасное и проч. исключаются.

Реальное господствует, и у него нет имени" (Cahiers, t. XVI, p. 615).

Есть, таким образом, сила, которая навязывает анонимному "Я", абсолютной возможности неотвратимое воплощение; эта безымянная сила-реальность есть страдание и в конце концов смерть.

(Родственный этому по содержанию анализ страдания как воплощенной реальности, которая открывает нам настоящее, непосредственно-сущее во всей его темноте, закрытой для всякого диалектического осмысления, для всякой вообще возможности жизни и слова, какая определяется существованием во временной перспективе, был осуществлен в наши дни французским критиком и теоретиком Морисом Бланшо -- см.: M. Blanchot, L'entretien infini, Paris, 1969, pp. 57-- 69).

11 Способность к множественному "раздвоению", которую гениально усвоила рефлектирующая голова Тэста, Валери считает главным принципом нашего сознания (та же тема звучит в "Юной Парке"). Однако очевидно, что этот гений Тэста обязан абсолютному нигилизму его интеллекта. Мысль его фиктивна, ибо лишена всякого конкретного содержания. Она сосредоточена на чистой энергии интеллектуального акта. Закономерно, что совершенно исчезает субъект сознания; Тэст, этот "робот абсолюта", знаменует "невозможность идентификации между "Я" и "идеалом Я" (J. L e v a i 11 a n t. -- В сб. "Les critiques de notre temps et Valйry", p. 92). Таков угрожающий парадокс "этики интеллекта" Валери.

Однако ставить какой-то знак равенства между Валери-мыслителем и его безличным героем было бы, даже при всех напрашивающихся коррективах, явной односторонностью. И дело даже не в том, что его взгляды на протяжении долгих лет усложнялись и эволюционировали. Важен тот перводвигатель, который стоял за этим перенесением упора на чистый интеллектуализм, роковым образом приводившим к столь характерной в новое время антиперсоналистской позиции. В эпоху, все с большей императивностью утверждавшую культ внешней деятельности человека, его вещной продукции и культуры, мысль Валери была почти исключительно сосредоточена на внутренних первоосновах человеческого интеллекта как потенциального источника и производителя этой культуры. Резко смещая акцент, Валери становится одним из предтеч самых различных течений того же или сходного, хотя далеко не всегда интеллектуалистского порядка. С юношеских лет сознание Валери постоянно фиксирует трагический разрыв между двумя этими сторонами духовной культуры, который он на свой лад пытается преодолеть. В частности, выработка им уже в первых его работах языка универсалий была призвана послужить их единству.

Перейти на страницу:
Комментариев (0)
название