Мальчишки, мои товарищи

о тоже была месть.

Гвоздь Лёшке понравился. Он взял его в зубы, как кинжал, и полез к чердаку. Лёшка был похож на пирата, который крадётся на спящий корабль. Я даже испугался за Галку. Но ей грозила не смерть, а только заключение. Лёшка захлопнул дверцу и запер гвоздём ржавую щеколду.

Он не успел спуститься, как Галка принялась барабанить кулаками:

– Открывайте, черти! Шефы идут! Ну, правда же идут, надо сбор играть!

– Серёжка сыграет, – ответил Лёшка. – Не хуже тебя, не бойся!

Он почему-то вздохнул и великодушно сказал:

– Бери, Сергей, барабан!

Вы знаете, я чуть не заревел от обиды.

– Не могу я. Вчера честное слово давал…

Лёшка вытаращил глаза:

– И ты тоже?

– Что «тоже»? – простонал я. – Разве ты ей говорил честное пионерское?

– Сегодня, – пробормотал он. – Что пальцем не задену. Понимаешь, разозлила…

Галка сотрясала дверцу. Она кричала, что нам это даром не пройдёт, что она оторвёт головы…

Когда она замолчала, чтобы передохнуть, Лёшка сказал:

– Сними с нас честное слово, тогда выпустим.

– Не сниму! – отрезала Галка. – Сорвёте сбор – будете отвечать.

Я уже хотел забраться и отпереть её. Но Лёшка вдруг подскочил. Он даже ногой дрыгнул, такая счастливая мысль у него появилась:

– А Майка? Шпарь за ней!

Я хотел сказать, что пусть сам шпарит, если хочет, а я с Майкой дел иметь не желаю. Но сразу раздумал. Тут было не до ссор.

На обратном пути, когда мы ракетами мчались по двору, я решил объяснить Майке, как барабанят «общий сбор». Но оказалось, что Майка уже умеет. На её счету была глиняная корчага для теста и стекло в ванной…

Когда Майка барабанной дробью собирала ребят, мы стояли рядом. Галка сумела сорвать запор, но поздно. Не могла же она драку устраивать перед строем и перед шефами…

Вот и вся история. Галка через три дня уехала в лагерь на Зелёное озеро, а Майка так и осталась барабанщицей. Но это только так считалось, а на самом деле мы все трое были барабанщиками. Майка не жадная…

1961 г.

Самый младший

Севка сидит на подоконнике и смотрит, как на горячей от солнца крыше дерутся два воробья. Они дерутся давно, и смотреть надоело. Севке скучно.

Со второго этажа видна вся улица, обсаженная молодыми клёнами. Улица пуста, и со двора не слышно ребячьих голосов. Все, наверно, уехали на велосипедах в Верхний бор. Хорошо им…

Вы знаете, какое это счастье – мчаться на велосипеде? Попадётся лужа – брызги из-под колёс! Ветер в ушах свистит! А на лугах и в роще, где тропинки в ладонь шириной, головки цветов ударяют по спицам, и спицы звенят, как струны… Только у Севки ещё нет своего велосипеда. Мама считает, что новое пальто Севке нужнее. И спорить тут совершенно бесполезно.

Иногда ребята давали Севке прокатиться, а если ехали куда-нибудь всем звеном, Лёнька сажал его на багажник. Но так было раньше. А теперь ребята уехали без Севки. Ну и пусть!

Быть самым младшим среди ребят не очень-то весёлое дело. Если идёт футбольная встреча с командой соседней