Повесть о Городе Времени (ЛП)

Наконец, у входа под названием ГЕРОДОТУМ, Город Времени далеко внизу под ними перевернулся вверх ногами, но с наклоном. К облегчению Вивьен, Джонатан зашел в ГЕРОДОТУМ. Внутри было довольно темно и сильно пахло деревом. Пятигранный коридор – из того же сорта гладкого дерева, что и стол отца Сэма – был украшен резьбой. Когда Джонатан потащил Вивьен вдоль коридора, она успела мельком увидеть изображения травы и людей.

- Говорят, для этого Фабер Джон заполучил человека, который делал резьбу в храме Соломона, - задыхаясь, сообщил он.

Вивьен не думала, что он шутит. Он слишком выдохся для этого.

- Выключи функцию снижения веса. Ей надо перезарядиться.

В самом конце коридора деревянные ступени вели к последнему пятигранному входу. «РЕДКИЙ КОНЕЦ», – прочитала Вивьен, когда Джонатан постучал в гладкую деревянную дверь.

Дверь распахнулась в теплый оранжевый из-за дерева свет.

- Вы опоздали почти на минуту, - прогрохотал доктор Виландер.

Он сидел за деревянным столом, под окном в покатой крыше. Полки с настоящими книгами занимали все прямые стены. Тысячи маленьких квадратных штучек, которые вероятно являлись книжными кубами, лепились на потолке. Целые башни бумаг и книг занимали большую часть пола. Доктор Виландер курил трубку и был одет в коричневый мохнатый камзол, из-за которого более чем когда-либо походил на медведя. Он выглядел абсолютно довольным, точно медведь, отдыхающий в своей пещере после медового пира.

- Ты, садись здесь, - проворчал он Вивьен, указывая трубкой на маленький стол из настоящего дерева. – Что ты видишь перед собой?

- Э… - произнесла Вивьен, гадая, какого ответа он от нее ждет. – Это похоже на диаграмму. И здесь есть список и кусок бумаги, покрытый чем-то блестящим, и лист, чтобы писать. И стол, конечно, под всем этим. Стул упоминать?

Джонатан фыркнул, садясь за маленький стол напротив доктора Виландера, и засунул в рот кончик своей косы.

- Достаточно, - прогрохотал доктор Виландер. – Я намереваюсь дать тебе ускоренный курс истории и всеобщих символов, девочка моя. Ты – Ли. Однако твоя тетя и твой учитель сказали мне, что ты абсолютно невежественна. Это не дело. Диаграмма – это карта истории: от возникновения человека до Депопуляции Земли. Выучи ее. Список – это словарь всеобщих символов, а бумага – самый первый текст, написанный ими. Поэтому она покрыта энергетическим пластиком – она крайне ценная. Сделай мне перевод этого текста. Короче говоря, хоть раз в жизни используй свои мозги. Я проверю оба задания, когда закончу с Джонатаном.

Очевидно, абсолютно все считали, что настоящая Вивьен Ли чрезвычайно умна. Вивьен ничего не оставалось, как сесть и тоже попытаться быть сообразительной. Она взяла диаграмму, которая была сделана в форме подковы, представляя собой почти полный круг – так что левый конец, обозначенный «Каменный век», почти соприкасался с правым концом, обозначенным «Депопуляция». Вдоль нее располагались линии, помеченные тысячами лет. Белые части были подписаны «Фиксированная эпоха». Части, окрашенные серым, обозначались как «Нестабильная эпоха». В серых частях больше почти ничего не было, однако изогнутые протяженности белых представляли собой массу подписей и дат. Взгляд Вивьен заскользил по ним в ужасе. Четвертая Мировая война… Завоевание Австралии… Войны Разума… Начало Исландской империи… Злодеяния Вайгонги… Конец первенства острова Пасхи… Восстание Канады… Экономический Союз Фуэгана… Потопление Священного Флота… Кончина Европы… И это только несколько пунктов крупным шрифтом! Вивьен бросила на диаграмму еще один безнадежный взгляд и повернулась к ценной бумаге. Это задание казалось проще.

Тем временем доктор Виландер грохотал вопросы Джонатану, а тот отвечал после длинных пауз, заполненных едва слышным грызущим звуком: затрудняясь с ответом, Джонатан каждый раз жевал косу. «Закончится тем, что она станет совсем мокрой!» - подумала Вивьен, продвигаясь по переводу. Это оказалось совсем не так просто, как она посчитала. Всеобщие символы не обозначали буквы, как, впрочем, и целые слова. Приходилось согласовывать друг с другом вещи, которые символы могут означать, а потом попытаться извлечь из них смысл. Мозг Вивьен начал жаловаться, что никогда в жизни не работал так напряженно. Время от времени он бастовал, и приходилось ждать, пока он не начнет работать снова. В эти паузы Вивьен наблюдала, как доктор Виландер сдергивает книжные кубы, открывает настоящие книги и рычит на Джонатана.

- Не будь дураком, мальчик! – услышала Вивьен его рычание. – Ты как все остальные в Городе Времени. Вы думаете, будто единственная настоящая история находится снаружи, во времени. Никто не удосуживается хранить записи того, что происходит в Городе. Однако у него, конечно же, есть история, как и у любого другого места.

Доктор Виландер явно говорил это уже не в первый раз. Джонатан прикусил косу, чтобы не зевнуть. Вивьен вернулась к своим символам. Когда ее мозг иссяк в следующий раз, доктор Виландер ворчал:

- Повелительница Времени! Повелительница Времени! Именно это меня удручает. В этом Городе есть только такие вот легенды вместо истории. Позор. С большим трудом можно разузнать что-то, случившееся сто лет назад, не говоря уже о том, существовали ли создания, подобные Повелительнице Времени.

- Но кто-то поднимается по веку двадцать, создавая волну хаоса, так? – сказал Джонатан, выкручивая влажный кончик косы.

Он столь явно пытался выудить из доктора Виландера информацию про мальчика на Торе, что Вивьен выключила ручку и закрыла диаграммой лицо, чтобы послушать.

- Бесспорно, - проворчал доктор Виландер. – Держись темы. Что вышло из Второй Нестабильной эпохи?

- Гораздо больше науки, - ответил Джонатан. - Как такой человек может перемещаться во времени?

- Откуда мне знать? – прорычал доктор Виландер. – А теперь соедини это с тем, что ты знаешь об Исландской империи, и попробуй объяснить ее падение.

- Они слишком сильно полагались на науку. Но зачем кто-то стал бы путешествовать через век двадцать?

- Чтобы как можно скорее выбраться из гнусной эпохи, полагаю. Расскажи, каким образом они слишком сильно полагались на науку.

Джонатан снова прикусил кончик косы. У него ничего не выйдет с доктором Виландером. Вивьен вздохнула и включила ручку. Казалось, прошло совсем мало времени, когда доктор Виландер рявкнул ей:

- Ну? Ты выучила диаграмму, или нет?

- Я… э… нет.

- И почему же?

- Здесь так много! – жалобно произнесла Вивьен. – История была короткой в двадцатом… то есть в веке двадцать!

- Потому что история была тогда неполной, - прорычал доктор Виландер. – Это не оправдание.

- И я не понимаю ее. Почему она круглая? – умоляюще спросила Вивьен.

- Как знают все в Городе Времени – за исключением тебя, видимо, – это оттого, что историческое время кругообразно. Начало есть конец. Время, используемое Человеком, постоянно идет по кругу – маленькими кольцами здесь, в городе, и очень широкими снаружи, в истории. Возможно, вся вселенная тоже. О чем думали твои родители, не рассказав тебе, по крайней мере, этого? Значит, ты не выучила историю. А перевод сделала?

- Некоторую часть, - признала Вивьен.

- Что ж, тогда послушаем, - доктор Виландер откинулся назад и зажег трубку, постучав по ней громадным пальцем – будто собирался слушать в течение ближайшего часа.

Вивьен несчастно посмотрела на несколько строчек перечеркнутых и написанных заново зеленых слов.

- Один крупный кузнец разбросал четыре гроба, - прочитала она.

Джонатан поспешно засунул в рот вдвое больший кусок косы.

- О, правда? – спокойно произнес доктор Виландер. – Полагаю, чтобы продемонстрировать свою силу. Продолжай.

- Так что они превратились в четырех очень старых женщин. Одна стала ржавой из-за полированной одежды. Две стали белыми в умеренно дешевых украшениях. Три стали желтыми и дорогими, а еще четыре были плотными и находились низко в столах…