Террорист

Бойцы принялись раздевать раненого. Действовали они с максимальной быстротой, на какую были способны, но все равно это занимало время, а для нас сейчас была дорога каждая секунда.

Федя от нетерпения едва ли не подпрыгивал на месте, в глазах его легко читалось: бросить всех, немедля бежать – там Ленка внизу, в любой момент может начаться штурм, чтоб вы все сдохли со своим раненым!

Однако он не вмешивался – с раненым возились сразу трое (Андрей помогал бойцам), они и так мешали друг другу. На раздевание ушло пара минут – поздно догадались разрезать штанину на раненой ноге, управились бы раньше. Андрей-в-коляске привез из кладовки вместительный туристический рюкзак, в него сложили вещи раненого: бронежилет, снаряжение, ботинки, куртку и брюки.

– Все, уходим, – с облегчением выдохнул Андрей и, подхватив школьный ранец с «НЗ», стремительно направился к выходу. – Спасибо. Извини, что опять озадачили.

Я выходил последним, а рюкзак с вещами раненого никто взять не удосужился.

– Вещи! – с ненавистью крикнула женщина.

Пришлось мне забрать этот рюкзак: а он, между прочим, оказался довольно увесистым, с таким особо не разбежишься. Как они вообще таскают на себе такую тяжесть, да еще и умудряются при этом быстро бегать, ползать под огнем, выполнять какие-то задачи?

Во дворе было тихо. Поблизости уже ничего не урчало, и это обстоятельство внушало ложную надежду, что, может быть, все образуется: никому мы не нужны, все нас бросили и укатили восвояси…

Наша машина стояла первой по ходу движения.

– Я поеду с вами, – сказал Андрей. – Уходить придется «огородами», так что без штурмана заблудитесь. Леха, садись в мою машину.

Мы быстро расселись по машинам и тронулись в путь.

– До конца дома и на бульвар? – уточнила неосведомленная Ленка.

– На бульвар нельзя, – бесстрастно сообщил Андрей, опуская стекло со своей стороны. – До конца дома и направо, под арку.

Под аркой нас ждал сюрприз: точно посередке стояла снегоуборочная машина (не исключено, что та самая, которую я видел из окна спальни), подсвеченная с другой стороны несколькими парами фар. По ярко освещенному своду арки метались тени: с той стороны активно перемещались люди. Кроме того, арка являлась хорошим резонатором – нам были слышны приглушенные команды и даже негромкое шипение рации.

– На бульвар! – не повышая голоса, скомандовал Андрей и тотчас же выставил в окно ствол автомата.

Ленка быстро сдала назад, сманеврировала, и мы поехали налево. Мы с Федей тоже спустили стекла и выставили наружу стволы. Мне повезло больше, я сидел слева: руку – на резинку, цевье – на предплечье. Гильзы полетят в салон, но это, в принципе, ерунда, а вот Феде и Андрею будет труднее, если дойдет до стрельбы, одному придется стрелять левой, а второму высовываться едва ли не на полкорпуса.

Это неудобно.

Хотя… Это ведь не так важно: удобно, неудобно, а главное в том, что мы вполне серьезно собираемся стрелять… По кому?! Не по террористам и бандитам, а по родной милиции и спецназу, приехавшим сюда брать нас. При определенном стечении обстоятельств среди этих людей вполне могли бы оказаться Паша Седов, Гена Ефремов и… пожалуй, и Федя Гусев. Ну и как, это нормально?

Покинув двор, припустили к выезду с бульвара: въезд был надежно перекрыт. Сколько там и кого, мы не видели, ибо все забивало изрядное скопление мощных фар, но те, кто организовал это светобуйство, благоразумно выставили впереди себя «блок»: два бульдозера, развернутые поперек дороги. Бульдозеры были великолепно подсвечены, как на подиуме в автосалоне, и видны с большой дистанции. Этакая искрометная и экстравагантная рекламная инсталляция.

Нет, спасибо. Сегодня мы это не покупаем. Поедем в другое место, может, там будет что полегче и попроще.

Проскочив мимо парадного входа «Зари Востока», отслушали на ходу фрагмент арии Саянского Засланца « О, Джаханнам, за что мне эти муки?! Я не хочу – я молод и талантлив…» и заодно полюбовались на выставку дорогих авто на VIP-парковке.

– Шмальнуть, что ли… – высказался я – парковка как раз была с моего борта.

– Береги патроны, – буркнул Федя. – Пригодятся…

Не доехав до выезда с бульвара метров двести, мы встали.

Впереди была точно такая же картина: ослепительный свет фар и хорошо подсвеченный «блок». Только бульдозеров было три: выезд – он пошире.

И вот еще деталь (только сейчас обратил внимание): кроме нас, на бульварной мостовой больше никого не было. Ни одной машины, и ни единого человечка.

То есть все перекрыто.

– Какие-нибудь другие выезды есть? – спросила Ленка.

– Нет, – слегка помедлив, ответил Андрей. – Мы в мешке.

Вот теперь точно: приплыли.

Для тех, кто здесь давненько не был или не был вовсе: бульвар Кукловодов – это в самом деле каменный мешок, так что Андрей выразился отнюдь не фигурально. Если смотреть спутниковую карту, бульвар похож на сильно вытянутый ромб, в центре которого, как этакий уютный островок со своим садом, гнездится «Заря Востока», огибаемая со всех сторон довольно широкими «рукавами» улиц, мощенных старинным булыжником. Почти все дома здесь – старинные купеческие особняки из камня, по большей части отданные под учреждения, фирмы и офисы. Единственный «сквозняк» – неподалеку от въезда, это тот двор, откуда мы только что приехали. Покинуть бульвар можно либо через выезд – это прямо перед нами, либо через въезд – это позади нас, и понятно, что названия эти условны. Если, например, путешествовать от окраины к центру, то место, где сейчас торчат три бульдозера, вполне можно назвать въездом.

Впрочем, в данный момент все это – второстепенные детали.

Потому что сейчас важно другое: мы в мешке. Это Андрей верно заметил. И я не стратег, конечно, но подозреваю, что у нас есть один-единственный вариант, как отсюда выбраться. Нет, не разогнаться со всей дури и треснуться в стену, здесь это не работает. Здесь повсюду метровые стены из камня, наверное, и бульдозером не прошибешь, окна преступно высоки – привычные для центра витрины до пола отсутствуют как класс. А если даже удастся ворваться в какое-нибудь здание и выскочить на соседнюю с бульваром улицу – пешком далеко не уйдешь. Да и кто даст гарантию, что на соседней улице не стоит второй рубеж блокирования?

– Ну и что нам теперь делать? – тихо спросил Федя.

Словно бы услышав его вопрос, от выезда бодро заорал мегафонный голос:

– Граждане, не стойте, проезжайте! Если вы здесь живете, вам ничего не грозит, проверим и отпустим! Если вы террористы – подъезжайте поближе, выходите по одному с поднятыми руками, будем говорить! Бульвар блокирован тройным кольцом, так что не стойте – подъезжайте!

– Вот скотина! – возмутилась Ленка. – И еще так бодренько, сволочь…

А Ленка, кстати, даже и не расстроилась. Тот факт, что мы в каменном мешке, она восприняла как нечто обыденное. Главное, что рядом Федя – самый сильный в мире мужчина, с которым сам черт не страшен.

– Назад, – скомандовал самый сильный в мире мужчина.

Ленка сдала назад, мы развернулись и медленно поехали по второму «рукаву», огибающему «Зарю» с тыла.

– Идеи есть? – без особой надежды спросил Федя.

– Поехали, захватим «Зарю», – с готовностью предложил я.

– Это что, шутка такая?

– Нет. Я вполне серьезно.

– Идея в высшей степени идиотская, – не одобрил Андрей. – Парковку видел? Там сейчас куча вельмож, и почти каждый с телохранами еврокласса. В зал их наверняка не взяли, так что вся эта армия тусуется где-то в фойе. Так вот, они нас убьют гораздо быстрее и надежнее, чем все войска, стянутые сюда для операции.

– Есть другая идея?

– Нету, – покачал головой Андрей. – Но то, что ты предлагаешь, – это самоубийство.

– Если «телки» еврокласса – это хорошо, – неожиданно поддержал меня Федя и выдал непривычно замысловатую для него тираду. – Для них главная задача: сохранить клиента любой ценой. Если удастся их с ходу убедить, что при сдаче есть большая вероятность спасти клиента, а сопротивление, напротив, неизбежно повлечет его гибель… сопротивления не будет.