Весь мир в кармане

ас внутри.

Джинни и Китсон переглянулись.

- Прости, пожалуйста, - сказала она мальчику, - я положила ключи в один из чемоданов. Их сейчас не достать.

- Ручаюсь, что вы их просто потеряли, - сказал мальчик презрительно. Ну что ж, мне пора идти. Папа сказал, что вы уезжаете.

- Верно, - подтвердила Джинни.

- Прямо сейчас?

- Да.

- Ну, пока, - мальчик повернулся и пошел по тропинке, засунув руки в карманы. Он насвистывал, немилосердно фальшивя, какую-то песенку.

- Как ты думаешь... - начал Китсон и остановился. - Нет, садись в машину, давай выбираться отсюда.

Когда они отъехали, Фред Брэдфорд-младший, который сошел с тропинки, как только скрылся из виду за поворотом, вернулся назад через кустарник и молча проводил взглядом машину с трейлером на прицепе. Потом он вытащил порядком замусоленную записную книжку и огрызком карандаша записал в ней номер уехавшего "бьюика".

ГЛАВА ДЕСЯТАЯ

1

Все шесть рядов широкого шоссе были заполнены машинами, в том числе и с трейлерами на прицепе.

Время от времени над дорогой снижался вертолет и пролетал над движущимися машинами, будто наблюдая за порядком. И каждый раз сердце у Китсона падало.

Патрули то и дело останавливали и проверяли какой-нибудь большой грузовик с закрытым кузовом, но власти, по-видимому, решили, что домик на колесах не в состоянии выдержать тяжесть броневика, - трейлеры не проверяли.

И тем не менее вести машину в таком нервном состоянии было очень трудно. Китсону приходилось держать себя в руках, чтобы ехать с постоянной скоростью около тридцати миль в час.

Они ехали долгих шесть часов. Джинни, сидевшей рядом с Китсоном, сказать было нечего, да и сам он не был расположен к разговорам.

Всякий раз, как они видели патрульную машину или полицейского на мотоцикле, сердце начинало биться часто и гулко. В такой обстановке легкая беседа как-то не завязывается.

К семи часам вечера они добрались до начала дороги в горы.

Солнце скрылось за вершинами, быстро стемнело. Китсон повел "бьюик" по спиральной дороге, прилепившейся к самому краю обрыва.

Вести машину надо было точно и умело. Китсон знал: не рассчитай он поворот на очередном витке, и трейлер сползет с дороги - тогда уж обратно его не втащишь.

Он ощущал сопротивление прицепа, которое приходилось преодолевать "бьюику", и замедленную реакцию двигателя, когда он давал газ.

Это тревожило Китсона, - он знал, что примерно миль через тридцать дорога станет еще более неровной и крутой.

Он все время поглядывал, не греется ли двигатель: стрелка прибора медленно отходила от нормальной отметки, показывая перегрев.

- Скоро закипит, - сказал он Джинни. - Это оттого, что приходится тащить трейлер. У нас впереди еще миль двадцать вот такой дороги, а потом будет прогон - хуже некуда.

- Хуже, чем сейчас? - спросила Джинни, когда Китсон переложил баранку и медленно повел "бьюик" в крутой вираж по краю отвесной стены.

- Это пустяки. Плохой кусок дороги начинается там, где ее