Суд Линча

хайловича. Бракоразводный процесс в Москве с женой сердечницей подходил к благополучному для Корсакова финалу.

– Да, какие уж тут доходы, – вздохнул Корсаков, сделавшись совсем печальным. – Крохи. Жене вот лекарства три дня назад купил импортные, какие-то. Сумасшедшие деньги отдал, просто сумасшедшие. А толку от этих лекарств? Ровно никакого толку. Как болела, так и болеет. Никакого улучшения, за сердце хватается, дышит, как паровоз. Боюсь даже на неё смотреть. Совсем меня измучила.

О болезни жены нотариус всегда говорил много и охотно, при этом в его глазах загорался какой-то странный огонек. Он очень надеялся, что супружеская эпопея скоро закончится. Так или иначе, но закончится. Неделю назад он рассчитал сиделку, ходившую за больной супругой, решив, что услуги сиделки обходятся ему в копеечку.

Откашлявшись в сухонький кулачок, Корсаков деликатно дал понять посетителям, что не намерен рассказывать о болезнях жены до самого вечера, тем более что сами они люди деловые и на праздные разговоры не настроены. Корсаков вежливо попросил гостей пересесть к письменному столу, взял из рук Денисова документы. Когда все расселись на новых местах перед столом, нотариус принялся заполнять бумажки, то и дело поднимая голову и посматривая на Сычева с плаксивым выражением лица.

– Вот они документы, бумажка к бумажке, все на месте. – Корсаков полистал документы и непонятно зачем скорчил такую плаксивую гримасу, что, казалось, из его глаз вот-вот польются потоки слез.

Сычев, слегка разомлевший от жары и коньяка, исходил потом и вытирал испарину со лба клетчатым платком. Денисов, спросив разрешения, курил, глядя через зарешеченное окно во двор.

– Договор купли-продажи нежилого помещения в трех экземплярчиках, – сказал Корсаков. – Один экземплярчик остается у меня. Второй получит новый хозяин помещения, третий – продавец. На память и для отчетности.

Корсаков хотел припомнить какую-нибудь подходящую к моменту шутку. Но в голове вертелся только скабрезный матерный анекдот, такой похабный, что рассказывать его в присутствии незнакомого Сычева нотариус не рискнул.

– Свидетельство Москомимущества о внесении здания в реестр объектов недвижимости, так. Теперь справка бюро технической инвентаризации с указанием площади земельного участка. Договор аренды заключен на сорок девять лет, прекрасно. Вот он, договор с Москомземом. Все эти бумаги с вашего разрешения, – он посмотрел на Денисова вопросительно, – я вручаю покупателю в вашем присутствии, – нотариус протянул Сычеву бумаги и, будто собираясь заплакать, шмыгнул носом. – Вы делаете хорошее приобретение, очень выгодное, – сказал Корсаков первые искренние слова за весь день. – Очень хорошее приобретение. А вот вам ещё и другие документы, второстепенные. Вы бы их и сами могли получить, если бы Сергей Сергеевич не постарался. Договор с пожарными и Мосэнерго, справка из санэпидемстанции. Формальностей много, но все они, к счастью, соблюдены, – он передал Сычеву справки и договоры.

Корсаков проставил число