Весь мир в кармане

Китсону и тоже посмотрела вниз.

Хотя они находились в двухстах футах от солдат, преследователи, казалось им, были совсем рядом.

- Ты выходишь? - крикнул майор. - Или подождешь, пока мы придем и возьмем тебя?

- Давайте берите меня, ублюдки! - заорал в ответ Блек. В голосе его звучали страх и злоба.

Майор сказал что-то одному из полицейских, тот кивнул. Затем майор подошел к солдату, и они о чем-то коротко переговорили. Солдат передал свою винтовку другому, вынул из кармана вещевого мешка какой-то небольшой предмет и осторожно двинулся вперед.

Китсон с бьющимся сердцем ждал.

Солдат дошел до поворота и остановился.

- У тебя остался последний шанс, - крикнул майор. - Выходи и сдавайся!

Блек ответил непристойной бранью.

Майор крикнул:

- Ладно! Пусть получит свое!

Солдат бросил предмет, который держал, высоко в воздух.

Джинни, уткнувшись в плечо Китсона, спрятала лицо.

Китсон хотел крикнуть, предупредить Блека, но сжал зубы: если он издаст хоть звук, они с Джинни тут же будут обнаружены.

Граната упала точно перед двумя валунами, за которыми прятался Блек.

Китсон закрыл глаза.

Треск взорвавшейся гранаты был неправдоподобно громким. Потом Китсон услышал перестук падающих камней и свист осколков. Он инстинктивно отодвинулся от края, стараясь не смотреть вниз, и обнял Джинни.

Она прижалась к нему, вся дрожа. Некоторое время они лежали неподвижно. Внезапно мужской голос крикнул:

- Он здесь только один. Где остальные двое? Где девушка?

- Они нас не найдут, - сказал Китсон, пропуская сквозь пальцы медно-рыжие пряди волос Джинни. - Им и в голову не придет искать нас здесь.

Затем они услышали шум самолета. Они знали, что сверху видны как на ладони.

Они посмотрели друг на друга. Джинни хотелось стать совсем маленькой и незаметной, вжаться в землю рядом с Китсоном, совсем близко к нему. Чувствуя, как ледяная рука сжимает ему сердце, Китсон глядел на приближающийся самолет.

Машина со свистом выскользнула из-за вершины и теперь летала над ними. Китсону было видно, что пилот разглядывает их.

Пилот покачал крыльями, будто хотел дать Китсону знак, что видел его, затем сделал вираж, и Китсон ясно представил, как он радостно кричит в микрофон, оповещая тех, кто внизу, о своей находке.

- Джинни, слушай, - сказал Китсон, поднимая к себе ее лицо и глядя в полные ужаса глаза девушки. - Блек был прав. Камера смертников не для меня. Но ты - слушай внимательно: ты - это совсем другое дело. В худшем случае ты получишь лет десять. Ты ведь еще ребенок. Присяжные тебе посочувствуют. Десять лет - это пустяки. Ты сможешь начать жизнь заново, когда выйдешь оттуда. Оставайся здесь, пусть они тебя заберут.

- А ты? - спросила Джинни, вцепившись в его руку.

Китсон заставил себя улыбнуться.

- Я собираюсь нырнуть вниз. Это мой единственный выход, и к тому же быстрый. В камеру смертников я не пойду.

Джинни перевела дыхание.

- Мы прыгнем вместе, Алекс. Я не боюсь, мне страшнее