Рукопись Чейма

— Ничего больше. Только то, что вы убили мужа.

— А как я это зделала?

— Ну… застрелили. Это все, что мне известно. В общем, убили. Представляю, что бы тут началось: полиция, скандал, преступление. Наверное, нашлись бы и люди, которые захотели бы вас выгородить. Значит, взятки, влиятельные друзья, жаждущие вашей любви…

— Наверное, мне лучше раззказать, как было на замом деле.

— Я не хочу лезть в ваши дела, мисс Табур. Достаточно самого факта убийства.

— Об этом я и собираюсь вам раззказать. Вот как взе произошло. Мой муж был негодяем. Я вышла за него зовзем молодой. — Она бросила на меня взгляд искоса. — Это не значит, что зейчаз я уже зтарая.

— Конечно.

— Он часто напивалзя. Бил меня. Незколько раз угрожал пизтолетом, но однажды так взбезился, что вызтрелил. Однако он промахнулзя. У меня тоже был небольшой пизтолет. Он лежал в комоде. Я побежала и вытащила его. Муж знова вызтрелил и знова не попал. И тогда вызтрелила я и убила его. Пуля попала ему между ушей.

— Между глаз, вы хотите сказать?

— Нет, между ушей.

— Ну как бы там ни было, вы его убили.

— Да, убила.

— Ну и молодчина.

— И я так думаю.

— И это все?

— Разве этого мало? Мне кажетзя, очень даже много.

— Да, конечно. Такой информацией вас никто не сможет шантажировать.

— Вы так думаете? А как бы позтупили вы?

Я мрачно уставился на стену:

— Выходит, вас никто не пытался шантажировать?

— Только вы. Езли и взе такие, пузть приходят.

Я снова в задумчивости уставился на стену. Потом попробовал применить другую тактику.

— Может, я заморочил вам голову, мисс Табур, рассказав о шантажисте, который вымогает у своей жертвы крупные суммы денег. А что, если он, располагая компрометирующей информацией о вас, вдруг скажет: «Деньги мне не нужны. Мне нужны вы. Меня возбуждает… ваше соблазнительное тело. Я хочу вашей… вашей…»

— Да, понимаю.

— И как бы вы… ну, если шантажист потребует, чтобы вы заплатили ему не деньгами, а своим… своим…

— Да, понимаю.

— Ну, и как?

— Так вы меня шантажируете?

— Что вы! Я просто объясняю… — Я замолчал, приложив горячую ладонь ко лбу. — Ладно, оставим этот разговор… Последний вопрос. Вы знаете человека по имени Уилфред Джелликоу?

— Знаю, кто он. Но з ним не знакома.

— Никогда не встречались? Не говорили? Хотя бы по телефону?

— Нет.

— Ну ладно. — Я помолчал. — Знаете, я расследовал множество дел. Некоторые были… весьма необычными. Но это… Стоит мне взяться за него вплотную, как… черт знает что получается. Вот и сейчас… Казалось, все уже ясно…

— Вы, наверное, умный.

— Ну, как-то все удавалось… раньше.

— Мне кажется, и сейчас удазтзя.

— Что удастся?

— Шантаж. В первую очередь.

— А во вторую?

— Давайте начнем з шантажа. — Она окинула меня взглядом. — Может, правда, не зтоит. Лучше поговорить о чем-то другом.

— О чем вы?

— Вам еще куда-то надо? В ближайший чаз?

— Наверное, надо бы. Только не знаю куда. Мои хорошо продуманные планы как-то… И в голове что-то стучит…

— Тогда побудьте еще немного зо мной. Познакомимся получше.

— Ну…

— Мне кажетзя, вы мне нравитезь. Я, правда, еще не уверена. Но вы хоть… не такой, как взе. Надо разобратьзя.

— А как вы это делаете?

— Езть зпозоб.

— Вы не возражаете, если я воспользуюсь вашим телефоном?

— Звоните. — Она сделала паузу. — Мне замой надо через чаз выйти. Взтречаюзь з подругой.

— Отлично. Через час?

— Ну, может, через полтора.

— Прекрасно. А я позвоню в офис, узнаю, нет ли новостей. Потом, если не придумаю, что делать дальше, могу и побыть здесь, не испытывая угрызений совести.

— А как вы можете знать это заранее?

«Гм», — произнес я про себя.

— Так где у вас телефон?

— Под шлемом. — Она показала рукой.

Но это был не только шлем. Под ним была голова. С лицом человека, обнаружившего, что ему только что отрубили эту голову.

Я осторожно протянул руку.

— Это из Китая, — пояснила Зина. — Не очень везелое зрелище, а?

— А что, телефон платный? Надо опускать монету ему в рот? Или как?

— Да нет. Обычный телефон. Поднимите голову.

Я снял шлем и голову. Под ними оказался телефон. «Здорово придумано», — подумал я. Если, конечно, надо спрятать телефон. Никому и в голову не придет искать его тут.

Мелодичный голос Хейзл, которая, видно, осталась поработать сверхурочно, вернул меня в реальный мир. Новостей нет, звонков тоже, все под контролем, сообщила она.

Я положил трубку и водрузил на место голову и шлем. «Вообще-то, — подумал я, — неплохо дать поработать подсознанию. Иногда полезно отключиться от проблемы. И тогда все становится на свои места: рождается идея, появляется ключ к разгадке, находится недостающее звено. Как раз то, что нужно. Выбросить проблему из головы. Пусть ею займется подсознание».

И лучшего средства, чем Зина, чтобы отвлечься от проблем, было не придумать.

Может, во многом я и ошибался, но в этом деле оказался прав.

Восхитительный акцент Зины звучал в моих ушах горячим дыханием Сахары. Вначале я с трудом доходил до смысла некоторых слов, но позже я привык, и все стало понятным.

Когда она сказала: «Позелуй меня, Зелл, позелуй», — я уже точно знал, что она имеет в виду.

И я, как вы, наверное, уже догадались, «позеловал» ее.

Зазвонил телефон, и я подпрыгнул чуть не до потолка. Казалось, кто-то бил в гонг внутри пустой бочки.

— Что это?

— Телефон в голове, — ответила Зина.

— У тебя и в голове есть телефон?

Зина пошла к шлему, по дороге объясняя:

— Я зплю очень крепко, очень. И чтобы прознутьзя, мне нужен громкий звонок. А если я не хочу, чтобы меня без-покоили, я затыкаю уши и знимаю голову. И тогда я — как мертвая. Здорово гремит, да?

Она подняла трубку. Разговор был недолгим. Обычная женская трепотня. Звонила какая-то подруга. Похоже, та, с которой Зина собиралась встретиться попозже. И это «позже» уже наступило.

Но для меня, увы, это оказалось слишком поздно. Потому что, перед тем как положить трубку, Зина сказала:

— Хорошо, через полчаза, Зильвия. Ага, обязательно. Пока, Зильвия!

Зильвия? На языке Зины это означает, наверное, Сильвия.

Сильвия! Нет, не может быть! Я весь похолодел. Нет, этого просто не может быть!

Зина повернулась и направилась ко мне. Торопливо одеваясь, я сказал:

— Дорогая… ответь мне на небольшой вопрос.

Когда Зина подошла, я уже надел оба носка и один ботинок.

— Кто… кто тебе звонил? — невинным голосом спросил я.

— Зильвия.

— Это я слышал. А кто эта Зильвия?

— Зильвия Ардент. Звезда… — Второй ботинок выпал у меня из рук. — Из телезериала «Девичья зпальня». Мы з ней давно дружим. Она моя лучшая… — Зина умолкла. — Что з тобой?

— А что?

— Ты какой-то чудной звук издал, дернулзя и ботинком об пол зтукнул.

— Ничего я не дергался. С чего бы мне дергаться? И ботинком не зтукал… то есть не стукал об пол. Он просто выпал у меня из рук. — Я поднял ботинок и стал его надевать. В голове лихорадочно метались мысли. — Сильвия Ардент! Надо же! Вы, значит, знакомы? — как можно непринужденнее спросил я.

— Она моя замая лучшая приятельница.

— Да ну? Здорово. Она — милая девчонка. — Я замолк, спохватившись. «Спокойнее, Скотт, спокойнее, — напомнил я себе. — Самое главное не терять самообладания». — А она что, звонила, чтобы только поздороваться? Это не та девушка, с которой ты договорилась встретиться?

— Мы взтречаемзя почти каждый понедельник. Иногда ходим в кино или еще куда-нибудь или прозто болтаем, новозтями делимзя.

— Новостями? Что ты имеешь в виду?

— А ты что? Какой-то ты зтранный.

— Нисколько я не странный. Значит, ходите в кино? Новостями делитесь? А мужчин… обсуждаете?

«Осторожнее, — сказал я себе. — Думай, что говоришь, иначе выдашь себя. Уже чуть не выдал».