Наследник Монте-Кристо

– Пожар удалось потушить, от грохота взрыва проснулись слуги. Я надеюсь, огонь не перешел на центральную часть дома, но записка Генри была слишком короткой, чтобы понять что-то еще.

Доктор Вуд со своей лабораторией занимал отдельное крыло – очень удобно для обдумывания тайных планов и приема гостей, о которых Сьюзен и Генри знать не следовало.

– Я тоже поеду с вами, – решительно заявила леди Гренвилл. – И нужно отправить Мернейту еще одно сообщение.

– По пути мы телеграфируем ему из Торнвуда, – нашелся Ричард. – А теперь попроси служанку принести твой плащ, и поедем!

Весь путь они размышляли о том, было ли произошедшее случайностью, или же доктор Вуд узнал о том, что его преступная карьера вскоре должна прерваться, и решил покончить с жизнью раньше, чем его арестуют. Ричард склонялся к первому предположению, но Эмили была уверена во втором. С каждой минутой она все больше убеждала себя, что Томас не случайно оказался на балконе и подслушал ее разговор с Джейн.

Их встреча с доктором Вудом, когда она не смогла вести себя как обычно, могла насторожить его, и он послал Роуэна следить за леди Гренвилл и ее подругой. Уильям пытался разубедить жену, но тщетно.

Ее уверенность только окрепла, когда по прибытии к Говардам они узнали, что мистер Томас Роуэн исчез ночью вместе со своими вещами и лучшей лошадью Генри.

– Я не понимаю, что произошло, – растерянно говорил Генри, стоя в холле рядом с друзьями. – Дядя Энтони выказывал искреннее расположение к этому юноше, и нам со Сьюзен он очень понравился. Не могло же случиться так, что Томас ограбил доктора Вуда и устроил взрыв, чтобы скрыть следы ограбления? Могло ли в лаборатории быть что-то ценное?

«О, могло, в этом я не сомневаюсь, – подумала Эмили, вспомнив о волшебном стекле, играющем роль бриллиантов. – Что, если Томас не рассказал Вуду о нашем разговоре с Джейн? А может, это несчастье – следствие его собственных преступных замыслов, и ученик предал своего учителя?»

– Теперь, когда он исчез, Томаса должна искать полиция, – заявил Уильям. – Может быть, он устроил взрыв случайно и сбежал из страха, что его обвинят в убийстве доктора Вуда.

– Да, это похоже на правду, – с облегчением согласился Генри, довольный тем, что нашлось простое объяснение. – Я послал за Миллзом, его констебли осмотрели то, что осталось от лаборатории, и увезли тело.

– Как Сьюзен? – Эмили сочла, что услышала достаточно, и должна пройти к подруге, возле которой уже была Джейн.

– Она потрясена и расстроена, – вздохнул Говард. – Я вызвал доктора Сайкса, чтобы он осмотрел ее и прописал какое-нибудь успокоительное средство, безопасное для нее и ребенка. Остается только надеяться, что с ней ничего не случится.

– Все уладится, Генри, дорогой! – Леди Гренвилл всегда испытывала нежную привязанность к кузену своего мужа, и сейчас она обняла Говарда, стремясь утешить.

– Это очень, очень печально, – вздохнул Генри. – Сперва муж Джейн, теперь дядя Энтони…

– Уверен, на этом несчастья закончатся! – решительно заявил Ричард, имевший все основания для такого утверждения, о чем Генри, разумеется, знать не мог.

Эмили согласилась с ним и отправилась в гостиную Сьюзен, а Ричард и Уильям в сопровождении Говарда направились посмотреть на руины лаборатории.

Сьюзен плакала, Джейн даже не пыталась утешить подругу – пока слезы не закончатся сами, их лучше не останавливать. Пройдет время, и миссис Говард успокоится, тем более что ей надо заботиться о ребенке. Какой ужасной ни казалась случившаяся трагедия, будущая жизнь важнее всего!

Подруги просидели втроем не меньше часа, когда появившийся в дверях Ричард предложил Сьюзен отправить горничную собрать вещи. Было решено, что Говарды поживут несколько дней в доме Соммерсвилей, а Уильям и Эмили заедут к ним завтра, а на следующий день устроят обед у себя. Нужно было заняться устройством похорон, и Генри требовалась помощь.

Провожая Гренвиллов, Ричард шепотом попросил их прислать записку, если лорд Мернейт приедет сам или передаст сообщение. Друзья собирались как можно дольше ограждать Сьюзен и Генри от ужасной правды о докторе Вуде. Теперь, когда он умер, ему уже не угрожал арест и судебное разбирательство, и можно было надеяться, что лорд Мернейт и его дядя не станут втягивать в расследование ничего не подозревающих Говардов. В их отсутствие Генри разрешил полицейским осмотреть разрушенный кабинет доктора Вуда и другие комнаты, которые он занимал. Эмили и Джейн полагали, что там навряд ли найдется что-то важное, доктор, скорее всего, хранил самые ценные документы в каком-нибудь тайнике, и большинство своих тайн он унесет с собой в могилу.

Поздним вечером, когда уставшая Эмили сидела перед зеркалом в своей спальне, Хетти передала ей запечатанный пакет.

– Его принес сегодня посыльный, почти сразу после того, как вы с лордом Гренвиллом уехали, – сообщила горничная.

Леди Гренвилл взглянула на почерк, которым было выведено ее имя, и вздрогнула. Она хорошо знала, как пишет доктор Вуд.

«Что, если этот пакет взорвется у меня в руках? Я читала о таком в газетах, – с ужасом думала она, пока Хетти расчесывала ей волосы. – Его последняя месть! Получила ли Джейн что-то подобное? Открыть ли мне его или дождаться лорда Мернейта, он лучше разбирается в подобных вещах».

Когда горничная ушла, явился лорд Гренвилл и сразу заметил, что расстроенное выражение лица его жены кажется несколько другим, чем час назад, когда она прошла в свою спальню.

– Что еще тебя тревожит? – Уильям не сразу заметил посылку, лежащую на туалетном столике перед Эмили, и она указала ему на пакет.

– Это принесли днем, когда мы отправились к Говардам. Мое имя написано рукой доктора Вуда…

– Боже! – Лорд Гренвилл взглянул на пакет с таким видом, словно на столике перед ним свернулась кольцами змея. – Может быть, бросить его в камин?

– И не узнать, что внутри? Уильям, я никогда не успокоюсь, если не узнаю этого!

– Но содержимое пакета может быть опасно!

– Именно поэтому я до сих пор не раскрыла его, – призналась Эмили.

– Так что же нам делать?

– Может быть, дождемся лорда Мернейта? Он должен знать, как с этим поступить.

– И любопытство будет мучить тебя еще день, или два, или даже неделю? – Лорд Гренвилл изучил еще не все привычки и склонности своей жены, но о ее стремлении к истине ему было известно очень давно. – Я отойду подальше от тебя и осторожно вскрою пакет. Лучше всего, если ты выйдешь в гардеробную!

– Я не оставлю тебя одного с этим предметом!

– Прошу тебя, не спорь! Пора уже тебе научиться слушаться своего супруга! – шутливо возмутился Уильям. – Я всегда восхищался твоей независимостью, но теперь понимаю, что на самом деле – это тяжкое бремя для мужа!

– Не отвлекай меня от главного! – потребовала Эмили, но от его шутки она немного расслабилась. – Возьми со столика нож для бумаг, осторожно разрежь пакет и вытряхни его содержимое на кровать. И не поворачивайся к нему лицом!

– Твоя изобретательность порой пугает меня… – пробормотал лорд Гренвилл, но подчинился.

Со своего места Эмили наблюдала за тем, как из пакета на постель выпал небольшой пузырек и свернутый лист бумаги.

– Только и всего? – с некоторым разочарованием заявила она и подошла ближе, чтобы развернуть бумагу.

– К счастью, наши опасения оказались напрасными. Если только доктор Вуд не прислал тебе яд! – Уильям повертел в руках пузырек с зеленоватой мазью.

– Это натирание для ноги и рецепт его изготовления, – Эмили пробежала глазами написанное на листке и громко выдохнула. – Помнишь, только вчера он говорил, что добавил какие-то новые травы… А сегодня он мертв…

– Что еще он пишет? – Уильям приблизился и взглянул на записку через плечо жены.

– Мистер Роуэн, как мы и предполагали, известил его о нашем разговоре. И доктор Вуд решил покончить с собой прежде, чем им займется лорд Мернейт. Он просит меня сохранить его тайну от Сьюзен, все-таки он очень любит ее… – Слезы потекли по щекам молодой женщины, две или три упали на прощальное письмо доктора Вуда.