Гонки на выживание

— Да-да… — задумчиво проговорил Голубков. — «Интересы…» Значит, в Кубинке… Слушаю дальше.

— Кладем охрану, проходим в пилотскую, наставляем стволы, требуем изменить курс согласно карте, которую нам вместе с оружием вручат уже на борту.

— Так, а дальше?

— Это все.

— Ну а гарантии для вас? — спросил полковник.

— В точке посадки нас будут ждать их друзья. Они обеспечат наше возвращение в Москву. Оплата услуг здесь же. Как говорится, по факту.

— Сильные гарантии, — усмехнулся Голубков. — Ну а что за груз-то хоть, намекнул?

— Полунамеком. Какая-то техника, связанная с нефтью. Крупногабаритная.

Насосы, что ли?

— То, что вам сообщили, — вполне правдоподобно, — сказал Голубков. — Но мы не знаем, что за груз, кому он предназначается и куда должны перенаправить его вы.

Момент истины тут может открыться уже только на борту транспортника. Так что опять все упирается в вас.

— Но вы хотя бы догадываетесь, что там может быть? — раздраженно спросил Пастух. — Вдруг бомба водородная! Или золота вагон. По нынешним временам я бы не удивился. Во всяком случае, подготовка соответствующая.

— Кое-какие контуры наметились, — глубоко затянулся сигаретой полковник.Есть основания думать, что речь идет о новейшем ракетном двигателе, какого нет еще даже у американцев. Ваше дело — снять все вопросы. Когда предотвратите угон, вернете самолет, возьмете исполнителей — тогда и узнаем, что за товар теперь в ходу и чья тут задумка.

— В общем, все ясно, — сказал Сергей. — Мы в деле, вход рубль, а выход — два… Ответьте нам на такой вопрос: можем ли мы рассчитывать, что вы прикроете хотя бы наши семьи?

— Буду честен, капитан, — сказал Голубков. — Крутить вола тут нечего. Я могу ответить на твой вопрос только так: сможем прикрыть и защитить ваших родных лишь в пределах возможного. Но я сам не знаю, где кончаются эти пределы. Мы схватились с такой силой… И опять-таки все зависит от вас.

— Ответ обнадеживающий, — вздохнул Док.

— Все, расстаемся, — сказал Голубков. — Время вышло. Когда увидимся, да и увидимся ли вообще, теперь один Бог ведает. Но помните — мы в связке, как альпинисты.

Иван и Пастух уже хотели было покинуть «форд», как вдруг Голубков спросил:

— Когда они начинают отсчет времени?

— Они начали его час назад, — сказал Пастух. — С той минуты, как мы приняли их предложение. Хотя выбора у нас, сами понимаете, не было.

— Да, вот еще что, — сказал Иван. — Человек, с которым мы сейчас имели встречу, представился конкурентом той фигуры, с которой мы толковали ночью на вилле. Мы не видели ни того, ни другого. В одной они связке или действительно конкуренты — кто их знает.

— Сегодня мы провели анализ и пришли к выводу, что здесь действительно столкнулись интересы двух, а то и трех конкурирующих групп, — кивнул Голубков.

— Ого! — воскликнул Док. — Это в какую же крутую разборку вы нас изволили впутать?

— Подождите! Тогда, боюсь, мы здорово лопухнулись, — вдруг сообразил Пастух. — Мы-то думали — вышли на «стрелку» с теми, кто нас на вилле принимал… И что-то слишком быстро он свернул разговор.

— Да ты что? — вскрикнул Голубков. — Тогда это может быть смертельным проколом!

— Но вы поймите, — сказал Пастух, — там, на вилле, нам сказали ждать, и мы ждали. Нам позвонили, назначили место и время — мы прибыли. Нас встретил человек, который вез нас с той виллы… Что мы должны были думать? Ясно — одна шайка. Так ведь?

— Значит, никакой Кубинки! — приказал Голубков. — Кубинка сгорела. Вы раскрыты — там вас встретят таким огнем.

— Константин Дмитриевич, — севшим голосом проговорил Пастух, — у Артиста наши ребята. Ведь туда сейчас придут! Надо их срочно предупредить, чтобы уходили.

Голубков быстро схватил трубку телефона, набрал номер.

— Черт, занято! Что же делать? Подумав мгновение, сказал:

— Вот что, мужики, если мы туда сами сунемся, чтобы прикрыть ребят,операции конец. Сейчас это можете сделать только вы. Гоните туда! Вы должны успеть опередить тех, кого туда могут послать.

— Оружие! — потребовал Пастух.

— Держите, — Голубков достал из бардачка «форда» два пистолета «гюрза».Дальше вас никто не остановит. Гоните! Мы сообщим по трассе. Где вы встречаетесь? — крикнул он им вдогонку. — Резервная явка?

— Они знают! — отозвался Пастух. Они выскочили из «форда» и кинулись к своей машине. Около нее стояли гаишники.

— Ну что, доказали? — злобно крикнул Док одному из них.

— Ты полегче, полегче, — подкинул тот автомат на груди. — Держите ваши документы и катитесь. Пастух завел мотор и сорвался с места.

Расставшись с Пастуховым и Перегудовым, полковник Голубков приказал водителю «форда» во весь опор мчаться на одну из явочных служебных квартир управления в районе Теплого Стана. Надо было, не откладывая, доложить обстановку начальнику управления генералу Нифонтову.

Голубков чувствовал, что измотан до предела. Все-таки пятьдесят два годаэто не тридцать и даже не сорок.

Он почти не спал уже около двух суток. Лишь пока носился по весенней Москве и области в разных неприметных с виду «Волгах» с усиленными мерсовскими моторами удавалось вздремнуть от силы двадцать — тридцать минут кряду. Но резкое торможение, крутой поворот, вызов по рации вновь и вновь вырывали его из сна, и он тотчас оказывался включенным в работу, требовавшую предельной концентрации и ясности ума.

Казалось, болел и гудел каждый нерв, каждая клетка мозга под черепной коробкой. Но об отдыхе и сне теперь и думать не приходилось. А предстоящие дни обещали выдаться еще более напряженными: судя по всему, многомесячная сложнейшая операция входила в завершающую фазу.

Шел десятый месяц, как Голубков был назначен начальником оперативного отдела управления по планированию специальных мероприятий самого секретного ведомства новой России.

Эта должность требовала его непосредственного участия в разработке сразу множества дел и операций. Но теперь ситуация сложилась так, что ему было поручено заниматься лишь одним: разгадыванием многосложной преступной авантюры, которую имело право разрабатывать только их управление, напрямую подчинявшееся высшему лицу в государстве. Их могущественное учреждение, о существовании которого было известно предельно ограниченному числу особо доверенных лиц.