Субботний шабаш

— Кажется, я догадываюсь, что ты имеешь в виду, — сказал Лео, глядя прямо перед собой. — Я думал об этом вот уже больше часа.

Они вошли в холл. Лео со стуком захлопнул за собой скользящую стеклянную панель-дверь. Омега подмигнул телохранителю Минотти, взял Лео под руку и сказал достаточно громко, чтобы его услышали все:

— Я расскажу тебе одну интересную историю, Лео. Жил да был один восточный мудрец. Так вот, он считал, что весь мир у него в кармане, а на самом деле оказалось, что он держал тигра за хвост.

— Жил да был, а? — переспросил Таррин так же громко, бросая понимающие взгляды на всех, стоящих рядом.

— Ну конечно, это время пришло, — ответил Омега, делая ударение на последних словах.

Глава 16

Минотти и Грацци нашли, очевидно, общий язык, и их беседа проходила прекрасно. Оба босса, развалившись в глубоких креслах, не спеша потягивали вино и мило улыбались один другому. Такая приятная атмосфера передалась и их подчиненным. Парни расслабились, перестали волками смотреть друг на друга, начали собираться группками, хотя еще и разделенными по «семейному» признаку. Несомненно, -все были довольны, что напряжение спало.

Телохранители Минотти уселись за соседний столик — метрах в шести от своего босса. Они улыбались и, судя по всему, не испытывали никакого беспокойства. У стойки бара, тоже метрах в шести, но в противоположном направлении, расположилась личная охрана Грацци.

Болан прошептал Лео Таррину:

— Давай начинай, — и присоединился поболтать с группой «солдат» Минотти, которая стояла у дверей холла.

Таррин закурил, подошел к окну с восточной стороны и, посмотрев вниз, на секунду остановился. Затем поспешил к бару и обратился к Чарли Атлантике, начальнику охраны Грацци, похлопав его по плечу.

— Как дела? — негромко поинтересовался он.

— Вроде нормально, — сдержанно ответил телохранитель. — А ты как думаешь?

— Я думаю, — сказал Лео, — что мы не должны забывать старых поговорок. Как это там: «Когда вино начинает литься рекой, то дело может дойти до крови». Помнишь такую?

Парень несколько напрягся и сказал:

— Да. Не беспокойся. Я всегда начеку.

— Тогда пошли со мной на пару секунд, — предложил Лео. — Я тебе кое-что покажу.

Чарли Атлантика бросил своим парням:

— Будьте внимательны, — и поспешил за Таррином к окну.

Со стороны террасы хорошо просматривалась вся территория вокруг площади Рокфеллера и дальше, вверх по улице. Однако она была подозрительно пустынна: ни одного человека, ни одной машины, кроме двух больших автобусов, стоявших у въезда на площадь. Вокруг них суетились какие-то люди в форме защитного цвета, и со стороны складывалось впечатление, будто на улице возводили баррикаду.

Чарли Атлантика фыркнул, вынул из кармана пиджака складной театральный бинокль и поднес его к глазам.

— Неужели это опять они? — тихо спросил Таррин.

— Если ты подозреваешь, что это ФБР, то твоя догадка верна, — заверил его Чарли и передал бинокль Таррину. — Я полагал, что они уехали. Выходит, вы просто прозевали их. Что, черт побери, это может значить?

Таррин смотрел в бинокль, едва сдерживая улыбку восхищения своим шефом, настоящим кудесником из «Страны чудес». Лучшего способа «демонстрации силы» просто не придумаешь. Федеральные агенты в камуфлированной полевой форме, с автоматами наизготовку занимали позиции по всей площади Рокфеллера. Даже неискушенному в тактике человеку было бы понятно, что они готовятся к захвату «монолита».

— Кажется, — сказал Лео своему «приятелю» из Бруклина, — они возвращаются. У меня складывается впечатление, что они хотят обложить нас со всех сторон.

— Непонятно одно: к чему бы это... — заволновался Чарли Атлантика.

— Хотел бы я знать, что по этому поводу думает Марко, — возвращая бинокль, сказал Лео и многозначительно поднял брови.

— А ему-то какая выгода, черт побери?..

Таррин пожал плечами.

— Все, что я знаю, Чарли, так это то, что они уже приходили сюда и забрали одного парня, которого Марко не смог прибрать к рукам. Полагаю, они возвращаются. Теперь здесь присутствуют все те же лица, Чарли, никто новый не появился. Кроме, конечно, Джонни Грацци и лучших бойцов Бруклина.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Ничего, — слукавил Таррин. — Однако кто знает, куда дует ветер в эти дни...

Чарли сквозь зубы выругался и поспешил к бару.

Кое-кто из свиты Минотти уже обратил внимание на то, что происходило у окна. Четверо из них вразвалочку, с сигаретами в руках вышли на террасу, а затем шмыгнули прямо к парапету. Двое быстро вернулись обратно и стали перешептываться со своими коллегами, бросая встревоженные взгляды на расположившихся у бара людей Джонни Грацци. Беспокойство охраны моментально передалось сидящим за столом переговоров боссам. Оба нервно задвигались, когда один из людей Минотти подбежал к Марко и что-то шепнул ему на ухо.

Минотти мгновенно выхватит из кобуры пистолет и наполовину приподнялся с кресла.

Прежде чем кто-нибудь успел уловить истинный смысл его неожиданной реакции, четверка телохранителей Грацци, стоявших у стойки бара, открыла огонь по людям Минотти, которые молниеносно повскакивали со своих мест, увидев босса с оружием в руке.

Не успели четверо из них свалиться на пол, как Минотти разрядил свой пистолет в грудь ошеломленного Джонни Грацци.

После этого все пошло кувырком. Лео едва успел нырнуть в нишу за стеной вестибюля.

Болан уже был в нескольких шагах от «своего» кабинета, когда вспыхнула перестрелка. Весь «пентхауз» представлял собой настоящее поле боя, когда он появился в дверном проеме с М-79 наготове. Первым осколочно-фугасным зарядом он превратил в пыль стеклянную стену, отделявшую холл от террасы, затем быстро перезарядил гранатомет и выстрелил еще раз.

Весь холл моментально окутался клубами дыма и огня. Повсюду, пригибаясь и ошалело оглядываясь по сторонам, метались мафиози. Ничего не видя в клубах дыма, они стреляли куда попало, скользили в лужах крови и падали на пол. Паника росла и крепла с каждой секундой. Эффект, на который рассчитывал Болан, превзошел все ожидания.

Мак накалил обстановку, выстрелив сначала дымовой гранатой, а потом зарядом со слезоточивым газом, и побежал к выходу из холла.

В двух шагах от двери кто-то обогнал его, подвывая от страха и ища путь к спасению. Обостренная ситуация подсказала Маку, что этот «кто-то» был Марко Минотти. Мак двинулся было следом за ним, но его остановил знакомый голос: кашляя от едкого дыма, Лео призывал обезумевших мафиози прекратить огонь.

Прикрыв руками лицо, Болан нырнул в облако черного дыма и газа и пошел на голос Лео. Он нашел Таррина привалившимся к стене, подхватил его под мышки и подтолкнул в сторону выхода.

В задымленном вестибюле они на ощупь нашли двери, ведущие на лестницу. Позади еще раздавались отдельные выстрелы, эхом разносившиеся по всему этажу. Лифт, конечно, ушел вниз, и Болан знал, что ждать его — занятие совершенно бессмысленное.

На лестнице застучали каблуки. Кто-то выстрелил с нижней площадки, и пуля пробила дырку в стене над головой Болана. Дверь внизу тут же со стуком закрылась. У Болана мелькнула мысль, что Минотти, по всей видимости, искал путь к спасению на других этажах.

Соблюдая осторожность, Мак, сопровождаемый Таррином, спустился на 26-й этаж, минуя 27-й. По вспыхивающим цифрам на указателе этажей было видно, что лифт опускается вниз. Болан вызвал другую кабину, стараясь не замечать ошеломленного взгляда своего друга. Они вошли в лифт, и Болан нажал на нижнюю кнопку.

— Гараж? — изумился Лео.

— Почему бы нет? — угрюмо отозвался Болан. — Сейчас именно там ключ к нашему будущему. Надеюсь, Марко опередил нас ненамного. Он слишком много знает насчет завтрашнего дня. Я не могу сделать ему такой подарок.

— Бог мой! Конечно же, нет! — согласился Лео. — Тем более после того, как мы столько сил положили на проект «Феникс».