Циклическая ошибка (СИ)

Леся, роль поверенной в любовных делах Ани игравшая крайне редко, отнеслась к ней с полной самоотдачей и серьезностью. Подруга выдала четкие инструкции, как проверить, не женат ли, не маньяк ли и еще с полдюжины разных интригующих "не". Обычно мало склонной к романтизму Ане, впрочем, было все равно, пусть Андрей хоть гарем содержал и людей лунными ночами под окнами прикапывал. Ее это волновало мало: они виделись дважды или трижды в неделю и в той части Аниной жизни, которая соприкасалась с его жизнью, он был хорош ну просто всесторонне.

За собственным внезапно нарисовавшимся личным счастьем Аня как-то перестала критически воспринимать реальность. Не то чтобы она жила от свидания до свидания - это было уж слишком - но значительная часть мира как будто выпала из ее головы. Вместо того чтобы расспросить Лесю, почему та такая мрачная, или поговорить с Гришей - просто так, безо всякой практической цели - Аня непривычно много времени тратила на мысли приятные, но ни к чему особенно не ведущие.

Страшно сказать, там даже разок мелькнуло белое платье, но от этой фантазии она тут же открестилась, как от страшного сна. Когда разводились ее родители, Ане было двенадцать. Процесс, прямо сказать, проходил плохо. Настолько плохо, что, на вопрос судьи, с кем бы она хотела остаться: с мамой или папой, - Аня твердо и решительно ответила: "С котом". И до сих пор помнила гробовую тишину, последовавшую за этим ответом. Сейчас ее, пожалуй, удивляло, что никто тогда не рассмеялся. Кот умер через пять лет - это был обычный, не модифицированный и биологически не подправленный дворовый кошак - а отношения с родителями к тому времени даже сдвинулись с градуса "абсолютный нуль", хотя выше отметки "полярная зима" так и не поднялись. Но все равно Аня навек сделалась убежденной противницей штампов и регистраций: вещь, которая позволяла делить живых детей на часы, как квартиры на квадратные метры, просто никак не могла быть хорошей.

Гром грянул неожиданно. Аня как раз возвращалась домой в воскресенье в районе полудня, после просто потрясающей субботы, проведенной с Андреем, и внезапно застала Лесю и Гришу буквально под своей дверью, на коврике. Андроид с невозмутимым видом сидел у стены, подруга крепко спала, свернувшись у него на коленях, насколько позволяло пространство, и подметала чистый пол общего коридора растрепавшимися локонами.

- Почему вы не внутри? - опешила Аня.

- Потому что дверь закрыта.

Ответ, надо признать, был исчерпывающим. Она собиралась сделать Грише ключ-карту, черт подери, собиралась же.

- А почему не поехали к Лесе? - это был не первый раз, когда Леся заезжала за Гришей в пятницу и уже с ним отправлялась по каким-то своим тусовкам. Появиться на очередной вечеринке в сопровождении андроида - это был совершенно особый шик. Как суперкар, небрежно припаркованный под окном. И если суперкаром сейчас мало кого можно было удивить, то андроидом - вполне. До встречи с Андреем Аню этот момент несколько нервировал, а после - скорее радовал. Не то чтобы игрушку выгуливали без ее участия - такая мысль казалась уж слишком подлой - просто было хорошо, что кто-то отвлекал Гришу от созерцания Васи-копателя. Не таскать же Ане было его с собой в инфонет-клуб, в самом деле. Андроид был ну совершенно равнодушен к компьютерам и для него, надо полагать, не имелось никакой разницы, где пялиться на стены или в окно. К тому же Гриша пару раз кардинально решал Лесины проблемы со слишком назойливыми кавалерами, желавшими поближе познакомиться ну вот прямо здесь и сейчас. Как показывала практика, у согнутых в бараний рог мачо желание продолжать знакомство резко отпадало.

- Леся сказала, вы договорились, и отказывалась уезжать.

Аня почувствовала, что у нее начинают гореть уши. Кажется да, было что-то такое. Вроде как во вторник ей звонила Леся, говорила, что у нее проблемы - или не проблемы, она подробностей не помнила - и, кажется, они договорились встретиться в субботу после Аниной работы.

- Ты мог бы ее уговорить.

Это не было вопросом, поэтому ответа не последовало.

- Ты хоть попробовал ее домой проводить?

- Леся была сильно пьяна. Слова бы не помогли, тащить ее силой я счел нецелесообразным. Нас могли арестовать.

"Все лучше и лучше", - подумала Аня.

- Она очень на меня зла?

- У меня нет шкалы, по которой можно оценить человеческую злость.

- А ты очень на меня зол?

- Не могу оценить ситуацию с такой точки зрения. Мне все равно, по какую сторону двери находиться.

Проверить это заявление, увы, возможным не представлялось. У андроида, когда он говорил, разумеется, шевелились губы, но Аня не стала утверждать, что это мимика. Во всяком случае, с выражением эмоций она никак связана не была. Гриша не хмурился, не улыбался, не прищуривал глаза. Голос у него тоже был ровный. Громкость могла меняться в зависимости от того, как далеко он стоял, но вот тон - никогда. И все вместе это очень хорошо сочеталось с заявлениями в духе "модальность ошибочна" и "мне все равно", но как-то Аня все равно не допускала мысли, что ночевка под дверью для Гриши нормальна. И что он не делает выводы.

- А мне не все равно, я сглупила, - Аня аккуратно провела картой по магнитному замку. Тот тихо щелкнул. - Прости меня. Давай затаскивай Лесю, поаккуратнее. И, когда она будет вырывать мне волосы, ты ей не мешай, ладно? Это будет по заслугам.

- Директива не принята.

Леся, надо отдать ей должное, на космы Ани не покусилась. Проснувшись, она первым делом залезла в ванную и не выходила оттуда минут сорок. Аня все это время пыталась навести на кухне хоть какую-то иллюзию уюта. Заказала круассаны, фрукты и свежие сливки, сделала кофе, а сама забилась в дальний угол, спрятавшись за всей этой красотой. Ей хотелось провалиться сквозь землю. На Гришу, снова занявшего стратегическую позицию в коридоре, она лишний раз взглянуть боялась.

- Лесь...

- Все, ладно. - Ане случалось видеть Лесю с потекшим макияжем, но с полным его отсутствием - никогда. А теперь подруга сидела перед ней с мокрыми волосами и голубыми глазами, без туши кажущимися более темными, чем обычно, и выглядела непривычно взрослой. - Потом будем ругаться. Мне нужна помощь. Помнишь Марту?

- Ту, которая у тебя пыталась отбить этого, как его... - робко предположила Аня, никакой Марты, конечно, не помнящая. Она любила Лесю, но не до такой степени, чтобы запоминать ее рассказы.

- Не делай вид, что их запоминаешь, - оборвала Леся. - Нет, ту, которая моя сестра.

Как ни странно, эту Марту Аня даже помнила. Она была Лесина близняшка. Их внешнее сходство всегда представлялось несколько пугающим. А вот сходство внутреннее было под большим вопросом.

- Да, помню. Кажется, я здорово напилась на ее свадьбе два года назад.

- Три. Ну да. Мне кажется, она... Ань, мне кажется, она пропала.

Аня уже хотела спросить, неужели Марта не обновляет свою страничку в "МыВместе" больше пяти минут, но вовремя прикусила язык. Видимо, у Леси были какие-то свои резоны, которые стоило выслушать.

- Почему ты так думаешь?

- Она не отвечает на мои сообщения. И не выкладывала новых фотографий уже две недели. - Хоть в чем-то их с Лесей мысли, оказывается, совпадали.

- Может, она в отпуске?

- Ань, она б и в аду инфонет нашла, лишь бы показать свое бикини, пока ее черти варят в котле.

- Да...

- Марта, не спорю, дура конченая, но другой сестры у меня нет.

- А с мужем ее ты связывалась? - в отличие от Марты, которая в ее понимании была просто считывающим устройством банкомата на двух стройных ножках, муж Ане понравился. Это был серьезный мужчина чуточку за сорок, вроде как бизнесмен, но вроде как при этом не бандит. В отличие от отрывавшейся на всю катушку новоявленной супруги, тот почти все торжество просидел за столом, умеренно трезвый, и по его несколько грустно-философскому виду было понятно, что к своим и жениным маленьким слабостям он относится с пониманием.