Уроки сектоведения. Часть 1.

Теософия готова предложить более мощные средства контроля над умом. Е. Блаватская любила демонстрировать мгновенные исчезновения людей и предметов. Например, человек несет лампу и вдруг исчезает — и зрители видят, что лампа как бы сама передвигается по комнате. Блаватская так объясняла подобные феномены: йог может воздействовать на нервные токи таким образом, что у того, на кого направлено его воздействие, временно прекращается подача нервных токов, проволоки внутреннего телеграфа как бы перерезываются и человек перестает видеть то, на что направлено запрещение оккультиста {897}.

Объяснение Блаватской похоже на то, что дают тибетские ламы: человек становится невидим тогда, когда останавливается его умственная деятельность. Тут требуется умение, приближаясь не возбуждать в живых существах никаких эмоций. Если же суперагенту удается заглушать в себе деятельность сознания, ощущений вокруг не возникает, и вас никто не видит {898}.

Понятно, что когда подобного рода возможности проявятся у Вождей, подданные буквально будут видеть только то, что им разрешат. Представитель “высшей расы” сможет успешно выполнять обязанности сотрудника спецслужб — ибо его присутствие где бы то ни было не сможет быть обнаружено без его желания.

Впрочем, пока членов новой расы мало, им потребуется помощь и обычных доносчиков. Кришнамурти, например, прямо пишет о том, что “если ты видишь, что кто-то нарушает законы страны, ты должен информировать об этом власти” [222].

Теософы, конечно, возразят, что свои высшие способности, равно как и доносы благопослушных граждан друг на друга они будут использовать только во благо («Если мы внушаем и вызываем у человека благие мысли, такое действие будет благом» {899}).

Но дело в том, что совсем не очевидно — будет ли то, что теософы считают благом для себя, благом для остальных людей – тех, над которыми теософы не прочь ставить свои опыты [223]. Благая, “космическая” цель, цель рождения “новой расы”, конечно, допустит использование самых разных средств для преодоления того сопротивления, что неандертальцы оказывают прогрессу. И даже если прогрессисты по дороге во всемирную Шамбалу раздавят несколько «человекообразных» — это будет даже лучше для самих раздавленных: ведь в следующий раз они перевоплотятся уже в улучшенном мире.

Кармическая идеология вообще может быть довольно безжалостной: невинных жертв не бывает – вот тот вывод, к которому постоянно приходят ее проповедники. Был бы страдалец – а грех у него найдется. «В великом индийском эпосе вы можете прочесть, как одна мать, вся семья которой, состоявшая из сыновей-воинов, была убита в бою, жаловалась Кришне, что хотя она обладала таким духовным зрением, что могла видеть на пятьдесят воплощений назад, все же нигде она не нашла у себя такого греха, который мог бы повлечь за собой такую страшную карму, и Кришна ответил ей: «Если бы ты могла заглянуть назад в свое пятьдесят первое воплощение, как могу я, то ты увидела бы, что сама со страстной жестокостью убила столько же муравьев, сколько у тебя теперь было сыновей» {900}.

Махатма Ганди, если верить Борхесу, возражал против открытия больниц на том основании, что благотворительность лишь оттягивает искупление грехов {901}. Некий дух Рамфа, сильно покровительствующий движению New-Age, учил своих контактеров быть элементарно последовательными в своих кармических взглядах: “Каждый, кто голодает и страдает, сам выбрал свой опыт (по закону кармы), оставьте их одних и позвольте им развиваться в соответствии с их желаниями и потребностями” {902}. Алиса Бейли с позиций кармической диалектики увидела положительный момент в катастрофах Первой мировой войны: она усмотрела в ней “опыт Арджуны” и позитивно расценила то, что многие в страданиях войны расплатились со своими кармическими долгами {903}.

Елена Рерих с позиций кармической же мудрости оправдывала Большой Террор: “Не будем думать, что Россия в терроре. Смерть висит над теми, кто причинил ее другим. Так действует Высшая Справедливость” {904}. Начались великие «чистки» - и Рерихи радуются: «Нынешний (1936) год есть конец большевизма… Владыка, каково в России – Прекрасно» {905}. «23 февраля 1937 г. Небывалый кровавый туман по всему миру, но в России происходит нечто гораздо большее, нежели можно себе представить и судить по газетам. Именно происходит изгнание ста тысяч вреднейших людей. Каждое событие послужит на помощь России» {906}. «Апрель 1937 г. Нужно наблюдать за Россией, ибо там очень не понимают очищение от вредных людей… Удивляетесь творимому в России, но уже знаете, что в прошлом сентябре окончился большевизм. Теперь происходит сжигание трупа» {907}.

Как говорит “Живая этика”, облеченный этой мудростью “йог проходит мимо кажущегося несчастья, ибо ему ясны причины и следствия случая” (Агни Йога, 187).

Так что уверение “Живой этики” — “запомните, не имеем запретов”(Озарение 3,5,1) — может иметь не только либертинистский смысл (у нас, мол, “запрещено запрещать”); оно может быть прочитано как предупреждение о том, что пособничество Космической Эволюции оправдает использование любых средств (в том числе и большевистского лозунга «пораженчества» - «чем хуже, тем лучше» {908}).

Когда же весь арсенал оккультно-масонских средств сработает и приведет-таки Вождя к власти — он будет напутствован целой серией практических рекомендаций.

Как и подобает утопическому правителю, Вождь должен будет начать с реформы языка, с создания “новояза”. “Вождь должен очищать значение смущенных выражений. Смута жизни в значительной степени происходит от смуты понятий. Значит, лучшие знатоки языка должны быть собраны, чтобы очистить значение слов” (Напутствие вождю, 8). В частности, “где возможно, следует заменять слово Господь, Бог, Творец — Божественным Началом, ибо слишком уж вкоренилось в сознание масс антропоморфическое представление со словом “Бог”” {909}. И вообще — “пора заменить библейские термины четкими понятиями” (Агни Йога, 24).

Следующая реформа, как и положено — в школе. “Ок-культпросвет”. «Закон Божий отменяется, взамен вводятся духовные беседы в духе различных религий в зависимости от состава учеников» {910}. Фраза, интересная тем, что через не проглядывает подлинное отношение Рерихов (и собеседующих с ними духов) к православию: любые мифы вводятся в школьное образование, но не православная вера… Создание “новой школы” для “нового века” мыслится рериховцами в качестве первоочередной задачи. “Необходимо проверить программы школ. Идеализм загоняет людей в щели ужаса. Необходимо это выпрямление школьного мышления провести немедленно, иначе еще одно поколение недоумок будет позорить планету” (Община, 157). Для “выпрямления мышления” в школе “вводятся духовные беседы, в духе различных религий, в зависимости от состава учеников... Духовные беседы проходят в особом помещении, где висят изображения всех Основателей религий” (Напутствие вождю, 26). Однако дело не ограничивается рассказами о “Махатмах”. Нужно учить детей магической практике. “В школах пусть поймут, как обращаться с полетами и яснослышанием. Также и Тонкий мир будет изучаем наряду с тонкими энергиями” (Община, 114).