-->

Без обявления войны

На нашем литературном портале можно бесплатно читать книгу Без обявления войны, Кондратенко Виктор Андреевич-- . Жанр: Военная проза. Онлайн библиотека дает возможность прочитать весь текст и даже без регистрации и СМС подтверждения на нашем литературном портале bazaknig.info.
Без обявления войны
Название: Без обявления войны
Дата добавления: 15 январь 2020
Количество просмотров: 175
Читать онлайн

Без обявления войны читать книгу онлайн

Без обявления войны - читать бесплатно онлайн , автор Кондратенко Виктор Андреевич
Наиболее примечательная особенность повести «Без объявления войны» состоит в том, что В. Кондратенко меньше всего пишет о себе. Уже в первую неделю войны он был командирован редакцией газеты в самую горячую точку Юго-Западного фронта — в треугольник между Луцком, Ровно, Дубно, где разыгралось самое ожесточенное танковое сражение в начальный период восточной кампании. Именно там, в лесисто-болотистых бассейнах рек Стырь и Горынь, три механизированных корпуса под командованием генералов Д. И. Рябышева, К. К. Рокоссовского, А. В. Фекленко по приказу Ставки предприняли попытку не только приостановить наступление, но и разгромить мощнейшую танковую группировку Клейста. Вскоре после возвращения в редакцию из многодневного танкового побоища он оказался в центре одного из кровопролитнейших сражений на Правобережной Украине — в районе села Подвысокое, где сомкнулось кольцо окружения 6-й и 12-й армий. В начале августа был опубликован Указ Президиума Верховного Сонета СССР о награждении орденом Красного Знамени 99-й стрелковой дивизии. Это было первое крупное воинское соединение в Красной Армии, удостоенное такой высокой награды в Великую Отечественную войну. Подвиг ее заключается в том, что еще на рассвете 23 июня она внезапным и решительным ударом освободила захваченный накануне гитлеровцами Перемышль и совместно с городской боевой дружиной из совпартактива в течение нескольких суток удерживала его. Удерживала, пока после сдачи Львова советское командование не вынуждено было отдать приказ оставить город и прорываться на восток. Почти месяц с тяжелыми боями выходила дивизия из окружения и, совершив шестисоткилометровый рейд по вражеским тылам, наконец соединилась с советскими войсками в районе Винницы. В дни суровейших испытаний, когда наши части под ударами превосходящих сил противника вынуждены были отступать, боевой опыт 99-й стрелковой дивизии приобретал особое значение и мог стать примером мужества и несгибаемости. Поэтому Политуправление Юго-Западного фронта немедленно создало бригаду из писателей, журналистов и откомандировало ее на Правобережье с заданием рассказать в прессе и по радио о ратном подвиге освободителей Перемышля. В состав той знаменитой творческой бригады был включен и военкор В. Кондратенко. Ярко и впечатляюще повествует он в книге «Без объявления войны» о долгом и мучительном поиске легендарной 99-й дивизии под нескончаемыми бомбежками, в условиях нарушенной связи по дорогам Черкасщины и Кировоградщины, по которым рыскали уже прорвавшиеся танки Клейста и заброшенные люфтваффе парашютисты-диверсанты. Только на четвертые сутки писательской бригаде посчастливилось отыскать остатки славной 99-й, которая вела неравный бой в районе села Подвысокое на опушке леса. Свой последний бой, как узнает читатель через четыре десятилетия из книги участника тех событий Евгения Долматовского «Зеленая брама». Но об этом, конечно, не ведал тогда военный корреспондент Виктор Кондратенко. Он просто обрисовал картину в канун этого боя, какой она запечатлелась в его памяти.

Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала

1 ... 53 54 55 56 57 58 59 60 61 ... 86 ВПЕРЕД
Перейти на страницу:

— Горелая коробка, — заключил он и ткнул палкой в борт машины.

Возвратясь на КП, я сразу засел за статью о бронебойщиках. Через день, взглянув на свежий номер, понял: попал в точку. «Гвоздевой материал» подан броско, на первой полосе. И даже помещен снимок: два бронебойщика занимают огневую позицию. В первую минуту показалось, что в редакции проявили оперативность, каким-то чудом раздобыв фото моих героев. Но то были другие бронебойщики.

Выполнив срочное редакционное задание, я решил на несколько дней возвратиться в Ржавец, быстро, как говорили у нас в редакции, «отписаться» и, воспользовавшись армейским узлом связи, передать в редакцию новые материалы.

Политотдел находился в той же старой хате, где, как бы жарко ни топилась печь, с каким бы старанием ни подбрасывали поленья, тепло выветривалось моментально. По-прежнему, когда ложились спать, под плащ-палаткой чувствовалась сырая солома. Сон долго не приходил. Едва стал дремать, как над ухом зашептал старший батальонный комиссар Бронников:

— Вставайте, вызывает командующий фронтом.

— Не разыгрывайте, — и я повернулся на другой бок.

— Это не розыгрыш. Надо немедленно явиться к генералу Костенко.

— Что-что? — я вскочил.

— Не спешите, — Бронников зажег два светильника, сделанных из медных гильз. — Как выглядим? Так, форма в порядке, а вот умыться холодной водой не мешает.

«Скоро полночь — и вдруг срочный вызов. Что же случилось?» С этой тревожной мыслью затянул потуже ремень и пошел за Бронниковым.

Стоял легкий мороз. Ночь была безветренной, на удивление синей-синей, с множеством ярких золотистых звезд. В маленьком домике нас встретил заносчивый капитан, порученец генерала, одетый в новую летную форму.

— Пришли, голубчики. Ну, будет вам на орехи, — и скрылся за дверью.

Мы удивленно переглянулись, но тут снова появился порученец и сделав жест, означающий: входите.

Генерал-лейтенант Федор Яковлевич Костенко сидел в углу за письменным столом в небольшой комнате, заставленной фикусами. За его спиной весь угол золотился от старых икон. Мы стояли по команде смирно, рассматривая иконы, этажерку с набором раскрашенных гипсовых собак-копилок и над кушеткой — плывущих по озерной глади традиционных белых лебедей, творение базарных живописцев; комод с аляповатыми вазами, где среди стеклянного хлама — флаконов и пузырьков, — сияли неизвестно как сюда попавшие два прекрасных подсвечника. Видимо, генерал остановился в домике ненадолго и приказал оставить каждую хозяйскую вещь на своем месте. Сидя за столом, он что-то записывал в толстую тетрадь. Внимательно перечитав написанное, закрыл тетрадь и поднял на нас глаза.

— С какого расстояния бронебойщик может открыть огонь по танкам?

— С дистанции ста двадцати метров, — ответил я.

— У вас чудеса получаются похлеще, чем у белгородского чудотворца. Читаю газету и думаю: вот молодцы ребята — танк из бронебойки подбили. Надо его в тыл отправить, чтобы другие видели, какое это грозное оружие, и верили бы в его силу. Посылаю за танком, а его и след простыл. Кто из вас писал статью?

Я выступил молча вперед.

— Танк видели? — спросил Костенко.

— Видел.

— Товарищ командующий, когда статья появилась в газете, танк находился на нашей территории. Разве виноват корреспондент в том, что, пока он на попутках добирался в Ржавец, гитлеровцы продвинулись и отбили танк, — поспешил на защиту заворг политотдела Бронников.

— Не танк, а горелую коробку, — добавил я.

— О танке поговорю еще с комдивом, но у меня есть серьезная претензия к спецкору. Вы только поймите: первый танк, подбитый на фронте из бронебойки. Этому событию следовало уделить особое внимание и хорошенько продумать, как же такой материал подать в газете. Я думаю, бронебойщики сами должны были рассказать о том, как они подбили танк. А газете не поскупиться местом. Дать не куцую статейку, а целую полосу. Пусть бы выступил еще ротный и поделился своим опытом. Нам не мешает знать, как командир готовит бронебойщиков к схватке с врагом. И, конечно же, хотелось видеть портреты истинных героев, а не тех, которые только занимают огневые позиции. Этим людям, я считаю, рано красоваться на страницах «Красной Армии».

Костенко поднялся, вышел из-за стола. Его статная фигура дышала богатырской силой. Лицо открытое, волевое. В верных, густых волосах пробивалась седина. Он был героем гражданской войны, одним из славных красных командиров.

— Ну хорошо, — продолжал Костенко, — надеюсь, все сказанное мной вы учтете в дальнейшем. А вот за то, что вы лично беседовали на передовой с бронебойщиками, приглашаю к столу. Давайте вместе поужинаем.

Удивительный человек Федор Яковлевич Костенко. Мы сидели за столом и не чувствовали никакой скованности, ни малейшей напряженности.

За ужином выяснилось: Федор Яковлевич помнил мой очерк о команде бронепоезда и тут же сообщил, что весь экипаж «крепости на колесах» награжден орденами и медалями.

Возвратясь с Бронниковым в политотдельский домик, я долго не мог уснуть, стараясь восстановить в памяти все, что услышал от генерала Костенко. Ведь это непосредственно касалось моей корреспондентской работы. По его мнению, оборона гитлеровцев была далека от совершенства и не отвечала требованиям их же уставов. Однако прорыв этой обороны, состоявшей всего из одной полосы с незначительной плотностью проволочных заграждений и минных полей, давался нашим войскам нелегко. У большинства командиров не хватало боевого опыта, и в наступательных боях мы допускали ошибки. Когда-то еще Суворов говорил: «Каждый воин должен знать свой маневр». А маневр на поле боя применялся редко. Линейная форма наступления не могла принести нам успеха. Войска не выходили на фланги и в тылы противника, а это не позволяло добиться его окружения. Федор Яковлевич высказал мысль о том, что наш боевой устав уже не отвечает современным условиям боя и требует серьезных изменений, поправок. Он верил, что победу в наступательных операциях нам скоро принесет четкое взаимодействие между пехотой, танками, артиллерией и авиацией. Но впереди много работы: войска надо учить этой взаимной поддержке.

Утро принесло сюрприз: КП 21-й армии из Ржавца перебазировался в тыл, в Новый Оскол. Это говорило о том, что всякие наступательные действия прекращаются. С юга дул теплый ветер. Приближалась весенняя распутица, и на фронте установилось затишье. Пока шло перемещение командного пункта армии, я сел на У-2, который доставлял на фронт газеты, и полетел в Воронеж сдать зимнее обмундирование.

В редакции произошли перемены. Политуправление фронта решило укрепить армейские газеты, и туда ушли работать Александр Безыменский и Сергей Вашенцев.

Я доложил редактору о разговоре с генералом Костенко.

— Конечно, он прав. Надо было делать полосу и предоставить слово бронебойщикам. Но эту вину я беру на себя. Вы, хорошенький мой, оперативно выполнили то задание, которое вам давалось. А вот с фотографией бронебойщиков получился ляп. И в этом виноват секретариат. Тут уж ничего не поделаешь. — Редактор по привычке стал постукивать тростью о пол. — Ну ничего, в самое ближайшее время дадим полосу о бронебойщиках. Вот таким макаром исправим промашку. Взглянув на часы, тут же напомнил, что у меня есть возможность попасть еще на вечерний поезд, идущий в Новый Оскол.

А в редакции тишина. Все корреспонденты в отъезде. Заглянул в комнату, где жил Твардовский, и остановился на пороге удивленный. Александр Трифонович неторопливо укладывал в небольшой чемодан вещи.

— Что за сборы? Куда?

— А это то, чем кончаются всякие нелицеприятные разговоры. Заходи, не стой на пороге. Я же тебе говорил, что не сойдусь характером с новым редактором. — Твардовский закрыл крышку чемодана, щелкнул замком. — Еду в Москву. А там уж куда пошлют.

— Это правда? Как же так?!

Он махнул рукой:

— Не будем об этом... Я тебе книжку стихов хочу подарить. Вот она, возьми. Мы были на фронте товарищами, о чем я и написал. — Положив тетрадь в вещмешок, он оглядел комнату. — Кажется, все. Ни приметы, ни следа... Теперь я вольная птица. Впереди у меня еще ночь. Но решил собраться заранее. Я сейчас вот о чем подумал: нет, все-таки настоящая примета и настоящий след останется навсегда. Если будем живы, после войны мы еще не раз вспомним с тобой Киев и Канев.

1 ... 53 54 55 56 57 58 59 60 61 ... 86 ВПЕРЕД
Перейти на страницу:
Комментариев (0)
название