Fatality (Фаталити)

- Какая разница. Тебе какая разница?

- Мне? Да мне жалко девчонку. Тратит себя на того, кому на всё насрать. Связался с этим упырём и радуешься…

На этих словах упырь не выдержал и снова кинулся. В голове мелькнуло: «Блин, а ведь уже почти разрулил». Мы с ним сцепились, и я начал прикидывать шансы. Но тут вдруг к остановке подошли ребята, с которыми я был немного знаком. Они были чуть старше и не любили этот квартет гопников. Ребята расцепили наши крепкие объятия, вежливо поздоровались, усмехаясь, спросили, в чём проблема. Мелкий змеёныш прошипел, что нет проблем. Старшой из моих спасителей намекнул им о возникновении трудностей у них, если те не скроются. И гоп-компания быстренько ретировалась.

Я поблагодарил пацанов, но отшутился, будто они помешали мне, отработать пару приёмов. Настроения уже не было, хотя ситуация сложилась наилучшим образом. Я хотел отправиться домой, но меня снова окликнули. Соседка шла от магазина и позвала меня. Я подошёл и мы разговорились. Она предложила присоединиться к её компании. Там сегодня праздновали что-то и все весело и громко галдели. Я решил что это отличный шанс познакомиться с девчонками поближе. Но раз на то пошло, нужно придерживаться прежнего плана. Чтобы выяснить заинтересовал ли я их, я ещё некоторое время поломался, мол мне некогда. И тут обе подружки подскакали к нам и слово за слово утянули меня ко всем.

Со старыми друзьями и связями всё было кончено, а в новой компании меня быстро приняли без возражений. Но конечно я чувствовал, что не как родного. Некоторые долгое время испытывали, ставя в неудобное положение каверзными вопросами. Пара ребят относилась со скрытым пренебрежением. То поздороваются со мной последним, то перебьют на полслова, то посмотрят с высока, когда к ним обратишься, то скажут что-нибудь язвительное. А в целом все отнеслись дружественно, скажем нормально для нового человека. Ну и я старался не ударить в грязь лицом. На шутки не обижался и пытался не показаться клоуном, издёвки и провокационные словечки пропускал мимо ушей, чтоб не было поводов для конфликтов. Пытался участвовать во всех общих разговорах про кино, машины, музыку, про каких-то людей со стороны. Но держался в стороне, когда кто-то заводил личные беседы и не пытался навязываться тем, кто явно не желал общения со мной.

О как я изменился. Я теперь принадлежал к элите и богеме. Здесь собрались люди в основном тонкого вкуса, сведающие во многих аспектах жизни, которые мне были до того времени не интересны. Девушки всё в подробностях знали о моде и стиле. Часто обсуждали новинки в кино и литературе. Казалось знали толк в винах и прочих дамских напитках. В общем казались мне этакими светскими львицами сельского масштаба. Ребята легко общались на те же темы и часто заводили разговоры о разных стилях в музыке, которые были далеки от классики и попсы. Также рассказывали про тачки, как положено мужикам, во всех тонкостях, как будто изучали их с пелёнок.

Я по началу не мог поддерживать беседу. Мне нечего было сказать, но постепенно я вник, что один человек сведущ в музыке, другой в движках, третий в шмотках, четвёртый в кулинарии и так далее. А остальные с умным видом поддакивают знатоку и изредка приплетают историю, которую где-то до того слышали. Благо журналов, радио и телевидения всегда хватало с подобными историями. Я начал слушать всё что где происходит, как и почему что-то получается. Смотрел новости, читал все журналы, слушал радио и болтовню людей, где бы ни находился. В общем впитывал информацию, как губка. Слушал самую прогрессивную музыку, читал рецензии на фильмы, отслеживал новинки в автомобилестроении и спорте. Учился оценивать какие-то вещи в жизни. Понимать, что ценно и вечно, а что приходящее и потому малозначительно. И, исходя из этих критериев, старался судить, где стоящая вещь, а где ширпотреб.

Нового человека всегда встречают по одёжке. Первое мнение складывается из твоего внешнего вида: как и во что ты одет, как и что та говоришь, каковы твои манеры и чувство юмора, в частном случае куришь ли ты и выпиваешь ли. Конечно, существуют исключительные случаи, когда мнение о ком-то формируется и без визуального анализа. Молва идёт впереди тебя и на тебя заранее уже повешен определённый ярлык. Как правило, одно слово делает одного ботаником, другого быдлом, третьего бабником и так далее. Но лишь потом после некоторого общения у каждого появляется собственное суждение о человеке. Мы встречаем парня по рассказам скромного, честного и душевного, а на деле оказывается, что он замкнутый эгоист, но умеет играть на гитаре…

Так и меня встретили где-то по одёжке (я кстати начал прилично одеваться, в трениках по улице не рассекал), где-то по словам подружки соседки. Приняли, приветили и стали присматриваться. Ждали когда же я раскроюсь. Девушки ждали чего-то своего. Кто сумеет разгадать вечную загадку человечества: «Чего хочет женщина?». Ребята ждали чего-то более конкретного. Выпада на провокацию, демонстрации силы характера или наоборот слабину. В детстве проверки на вшивость были по проще. Сигануть откуда-нибудь повыше или в тёмном подвале просидеть минут десять. Не струсил – мужик! Здесь же всё не много сложнее и не предсказуемо. Поэтому я особо не торопился раскрываться, к тому же пока не ясно в каком направлении.

Но ждать долго, не пришлось. Судьба сама подвернула мне пиковую ситуацию, где пришлось продемонстрировать нутро. Предыстория такова. Как говорилось ранее, мне приглянулась подружка соседки. Я скромно и аккуратно пытался ухаживать, оказывать знаки внимания не заметно для остальных: то руку подам при необходимости, то сумку или куртку подержу, то одуванчик какой-нибудь сорву. В общем всё так скромно и невинно, чтоб и приятно было и в глаза не бросалось. Другие парни ей особо интереса не выказывали. Будто у неё есть парень, о котором она иногда заикалась. Будто он был несколько старше нас и потому конкурировать ни кто не собирался. А я в очередной раз пропустил эту информацию мимо ушей. Что значит где-то, когда она тута?

Вечером в компании кто-то объявил, что вчера приехал Эдик. Кто такой я естественно не подозревал, но общая масса ребят была очень рада этому событию. Все очень лестно отзывались о парне из Питера. Я так понял, что все его хорошо знают и стал собирать мнения. Как уже говорил молву, идущую впереди человека. Кто-то заметил, что парень очень весёлый; кто-то признал, что тот реально сведущ по многим темам. Как ни как из культурной столицы. И в музыке, стилях, направлениях разбирается, и в сфере денег и финансов ориентируется, и в прочих качественных вещах толк знает. В общем, такой солидный, современный парень по всем показателям.

На деле пришёл какой-то парнишка не высокого роста, комплекции средней жиблости, одетый в яркую гавайскую рубашку, на голове блестели модные солнцезащитные очки, на одной руке бряцал серебряный браслет, на другой дорогие механические часы, а на шее золотая цепь. Шумно и весело со всеми поздоровался, по обнимался, хлопая по плечу. Только когда назвали его имя, я понял, что это тот самый Эдик. Сначала по манере разговора показался он братком серьёзным. Такой воздух сотрясать не будет без дела. Но в дальнейшем стало ясно – язык у него явно без костей. Говорил парень без умолку и в основном попусту ни о чём. Хотя впечатление о себе, как о бывалом, создал у всех замечательно. Многие из ребят, не упуская ни слова, буквально в рот ему смотрели. За один вечер рассказчик поведал столько историй, сколько великая сказочница Шахиризада за сто и одну ночь не придумала бы. В каких передрягах он только ни был, из каких не мыслимых заварушек ни выкручивался, где только ни довилось тусоваться и с какими людьми довелось познакомиться. Временами я задумывался: «Ален Делону и Ван Даму в свои шестнадцать лет довелось ли гордится подобными достижениями, как этот простой питерский парниша кичится своими?».