Введение в человечность (СИ)

Маша оказалась именно такой, какой я себе ее и представлял частыми и бесконечно долгими бессонными ночами. Такой же, но только еще лучше! С ней было легко. Непринужденно. И хотелось видеть ее постоянно, всегда быть рядом. Интересно, а что она обо мне думает? Неужели, то же самое? Может, и не чушь это про половинки-то, а чистейшая правда?! Хотя нет, все-таки чушь. Откуда у меня половинка среди людей? Я ж не человек по сути своей, а обычная колбаса... Ну, не совсем обычная...

На миг представил я, что было бы, если б не встретил Николая. Съели бы, как братьев моих, а шкурку - на помойку. Или прямо со шкуркой... Нет! Не может быть! Не могли меня съесть по определению, я знал это еще в тот миг, когда крысы меня не тронули. Верил в судьбу свою исключительную. А вера - великая, я тебе скажу, штука. Только она - настоящая искренняя вера, живущая где-то в глубине твоей души, и способна помочь тебе достичь цели. Да, да, любой цели. Любой, слышишь?!

Вот и с Машей так. Не смог бы я, Леша, придти к ней в магазин, чтобы познакомиться. Понимаешь, надеюсь. С какой рожей, да? Но ведь интуитивно знал, что увидимся. И не просто увидимся, а познакомимся. Сблизимся... И вот тебе - на, получи и распишись, пожалуйста! Все, как чувствовал! Хоть разум мой в этой игре - верю / не верю, - похоже, не участвовал.

Так-то, дружище...

Понимая, что заснуть все равно не смогу, я повалился поверх покрывала прямо в одежде и уставился в потолок. Вот поплыли перед глазами Маринкины рыбки, в увеличенном до размеров мирового океана авквариуме... Вот, черт бы его побрал, торжественно прошествовал друг за дружкой Лев Макарыч Тычков в обеих своих ипостасях. Вот возникла на горизонте фигурка....

Неожиданно затрезвонил телефон. Странно, кому я понадобился в четыре часа утра? И неожиданно понял...

- Алло, Змей? - раздался встревоженный голос. Тот самый голос, что до сих пор звучал в моих ушах. Маша... - с тобой все в порядке? Я третий час звоню, никто трубку не берет.

- Все в порядке, Маш. Просто я пешком решил прогуляться. Проветрился. Знаешь, на улице...

- Так это правда? - не дала она договорить мне фразу про погоду.

- Что? - не понял я. - Что - правда?

- Про... Про гуманоида?

- Ну-у...

Мне стало не по себе. По спине пробежали мурашки.

- Сервелант, алло? Змей...

- Да, да... Я слушаю...

Что ей ответить? Что?!

- Я... Я Тане звонила... Ты только не волнуйся, хорошо? Мне... Мне ведь все равно, кем и ты был раньше. Правда. И каким, тоже все равно. Главное, что ты сейчас настоящий. Настоящий, слышишь? Я... Я колбасу есть перестану, хочешь? Если для тебя это важно... Позвони мне вечером, а? После восьми... Позвонишь?

- Позвоню конечно!

У меня чуть сердце из груди не выпрыгнуло от счастья. Но...

- Но как же твоя проверка, Машенька?

- Да, черт бы с ней! А хочешь... Хочешь, я к тебе приеду?

Нет, я решительно отказывался верить в происходящее.

- Алло! Змей, ты куда пропал? Диктуй адрес, я записываю...

Запинаясь, я продиктовал свой адрес, пробормотал еще что-то невнятное и осторожно положил трубку на рычаг.

Ну, дела...

Нет, теперь точно Макарыча уделывать придется. Вот только как? Надо что-то срочно придумывать. Самостоятельно. Коля-то уезжает... А как прикажете личную жизнь устраивать, когда на работе такие беспределы творятся?

В общем, Леша, понял я тогда, что ситуацию, пока она не вышла из-под контроля, из рук выпускать нельзя. Кого б только в союзники заполучить? Николая не будет, На наших в лаборатории положиться нельзя - у Саши с Аленой свадьба на носу, Наташка... та, вообще, фрукт непредсказуемого происхождения... Эх... Но кто-то же должен быть. Кто?

Слон?

Мысль о нем я отогнал сразу.

Нет, нет, и еще раз нет. С махровой уголовщиной связываться - самый тухлый вариант.

Впрочем, может, до крупных неприятностей дело и не дойдет? Ведь надежда, как известно, умирает последней. Прости, Леша, за избитый штамп.

Глава шестнадцатая, в которой события приобретают необратимость и начинают развиваться с головокружительной быстротой

Из дому я решил выйти в час пик. Не хотелось нос к носу сталкиваться на проходной с невзрачным. Отталкивающее производил этот тип впечатление. Лучше уж так, в толпе спешащих коллег прошмыгнуть. И на свое рабочее место тихой сапой...

И все уже шло, как я задумал - даже вертушку проскочил, обменявшись кивками со вчерашним милиционером, как неожиданно на лестнице кто-то попридержал меня за рукав. Я обернулся.

- Сервелант Николаевич, здравствуйте, - ступенькой ниже стоял Тычков.

- Доброе утро, Лев Макарыч, чем могу?

- Зайдите, пожалуйста, в приемную. Я у Зинаиды оставил для вас бумаги. Думаю, они покажутся вам интересными. Ознакомьтесь сами, сотрудников своих ознакомьте, а вечером выскажете свои соображения, - безапелляционно произнес директор, развернулся и двинул в направлении выхода.

- Хорошо, - пробормотал я в ответ, но он, похоже, меня уже не слышал.

Дверь приемной оказалась запертой. Я глянул на часы - без десяти девять. Решил подождать секретаршу. В лабораторию идти все равно большого желания не было. Ага, вот и Зинаида.

- Меня ждете?

- Вас, душа моя, - с натянутой улыбкой проговорил я. - Тычков сказал, что оставил для меня какие-то документы.

- Да, да, Сервелант Николаич. Вчера еще, вы так рано ушли...

- Рано?

- Ну, он просил соединить с вами в половину восьмого, а вас... - Зина пожала плечами. - На нет, как говорится, и суда нет. Рабочий день-то до шести. Завидую вам немножко. Вчера чуть не до полуночи тут торчала... Как там наш бывший-то поживает? Николай Иваныч ничего про тестя не рассказывал?

- Нет, Зин. Давайте бумаги, пойду с ними знакомится. А то приедет Лев Макарыч, вызовет, а я...

- Держите.

Секретарша вытащила из стола увесистую коленкоровую папку и протянула мне ее двумя руками.

- Не надорвитесь только, весу-то в ней! Килограмм пять, не меньше.

- Килограммов, Зиночка, - поправил я.

- Что? - Зина кинула на меня вопросительный взгляд.

- Ки-ло-грам-мов, - повторил я по слогам.

- А-а! - улыбнулась она. - Вам бы, Сервелант Николаич, русский язык преподавать.

Я хотел ответить, что писать не умею, но постеснялся. Научный работник все-таки.

Саша, Алена и Наталья были на месте.

- Привет, коллеги, - поздоровался я, прикрывая за собой дверь, - как спалось?

- Выспишься тут, - пробурчал Огуречин. - Всю ночь с будущей родней водку пили.

- А ты, можно подумать, решительно отказывался, - поддела его Алена.

- Послушал бы меня твой папа, как же.

- Помалкивай уж, женишок. Чем сегодня заниматься будем, шеф? - вопрос был адресован мне.

- Шеф?

- Кто же? Наташа сказала, что про Николая - это правда. Увольняют?

- Ой, не гони лошадей, а? Мне Тычков вон какой талмуд для ознакомления выдал. - Я потряс над головой папкой. Давайте-ка, друзья мои, займемся коллективным чтением. Вслух. Кто начнет?

- Я пас, - немедленно отфутболил Саша. - Зенки в кучу. После вчерашнего. Пускай дамы начнут.

- Ну, уж нет! Дудки! - возмутилась Наталья. - Давайте жребий тянуть. Спички есть?

Я достал из кармана халата коробок.

- Держи...

Короткая, естественно, досталась самому везучему. Огуречину.

- Так и знал. Вот, непруха... Тэкс, что там у нас? Ага. Ладно, понеслась. Слушаем? Итак... "Использование прикладной генной механики в разработке и использовании реинкарнационных технологий. Проект".

Саша оторвал взгляд от папки и обратил его к нам. Поочередно.

- К-каких, я не п-понял, технологий? - заикнувшись, проговорил он.

- Реинкарнационных. В переселении душ участвовать будем, - пояснил я.

- А-а, это дело нужное. Макарыч-то наш в демиурги метит. Ну-ну... Госпремии хочется, аж зубы по ночам скрипят. В крайнем...