Мужчина, который забыл свою жену
Мужчина, который забыл свою жену читать книгу онлайн
Жил на свете обыкновенной человек, были у него работа, жена, двое детей, друзья и немало проблем. Словом, всё как у всех. Но однажды он ехал в метро по обычным своим делам, посмотрел в окно и вдруг понял, что не знает, где он и куда едет, не знает, как его зовут, не знает, кто он такой. Вот так здорового мужчину средних лет поразила амнезия. Правда, забыл он исключительно то, что было связано лично с ним. И вот лежит он в больнице и гадает, а хороший ли он был человек или так себе, и была ли у него семья, а если была, то отчего же они не ищут его. Но жизнь продолжается, пусть и беспамятная, и надо как-то собирать её по кусочкам, складывать пазл своего прошлого и собственной личности. И только-только забрезжило в глубинах подсознания пугливое воспоминание о женщине, в которую он был без памяти влюблен, как узнает герой, что на днях его ждет суд, суд, где его разведут с этой единственной, которая ему и нужна в жизни. И покатилась история раскручиваться в прошлое…
Джон О’Фаррелл, автор прекрасного и полюбившегося многим романа «Лучите для мужчины нет», написал горькую, очень смешную и чуть философскую комедию о беспамятстве современного человека, о нашей жизни одним днем, о том, что иногда полезно потерять память — чтобы потом вспомнить всё снова и уже навсегда. Вспомнить всё — иногда нам этого так не хватает.
Пресса о книге
Это редкая удача — натолкнуться на роман, который одновременно и очень комичен, глубок и поднимает самые серьёзные вопросы: что есть современная любовь, брак, семья. Весёлая, духоподъёмная и по-настоящему оригинальная комедия. ( The Guardian)
Идеальное чтение для всех, кто хоть раз проклял свою жизнь. А вы попробуйте начать её заново! Может, вам понравится? ( Daily Mail)
Возможно, один из лучших современных комедиографов написал блестящий бурлеск, а попутно предложил оригинальный выход для реанимации собственной жизни? Она вам надоела, так забудьте её! ( Daily Mirror)
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Спустя час я стоял перед зеркалом в ванной, прижав бритву к горлу. Ещё один последний взгляд — и я продолжил. Седоватые клочья бороды падали в раковину, затем жесткая поросль прежнего Вогана была извлечена из фаянсовой посудины и отправлена в помойку. Неровная щетина покрыта пеной с истинно мужским ароматом и удалена бритвой новейшей модели, с количеством лезвий, превышавшим необходимое. Сантиметр за сантиметром моё лицо проступало наружу, впервые с конца 1980-х, когда я прочёл, что миссис Тэтчер не одобряет бороды.
Рождение лица не обошлось без крови и боли. В бритье я был новичок и слишком сильно прижимал лезвие к коже, но при этом пропускал участки под нижней губой и в других неудобных местах. Но вот сполоснул лицо — и из зеркала на меня посмотрел совершенно другой человек. Я убеждал себя, что стал красавцем с твердым подбородком, вылитый Джеймс Бонд или Супермен, — эффект несколько портили пятнышки засохшей крови и клочки салфетки, прилепленные к самым израненным местам. Чисто выбритый субъект был одет всё в те же мятые потрепанные лохмотья, которые я отыскал в шкафу у Гэри с Линдой. Настало время переходить к части второй моего плана.
Гэри утверждал, что моя амнезия — это своеобразная разновидность кризиса среднего возраста, каковое определение я с негодованием отверг, так как был убежден, что моя жизнь только начинается. «Не пойму, с чего столько шуму про сорок лет, — ворчал Гэри. — Почему тебе просто не повесить серьгу в ухо, не купить красный спортивный автомобиль и не покончить с этим?» Я вспомнил его слова, входя в секцию мужской одежды и громко объявляя продавцу, что мне нужна пара новых костюмов.
— К вашим услугам, сэр.
— Что-нибудь стильное, понимаете, элегантно и со вкусом… — И тут же в зеркале заметил клочок туалетной бумаги с капелькой крови, случайно оставшийся на моём лице.
Дизайнеры, оказывается, тратили деньги даже на то, чего никто не увидит, — подкладку с замысловатым узором и маленькие внутренние кармашки. В новом наряде я показался себе на пару дюймов выше ростом, строгим и сдержанным. И продавец снизошел до комплимента: «Очень симпатичный костюм». Галантерейщик сначала встретил меня несколько пренебрежительно, и отношение не улучшилось, когда выяснилось, что я не помню пин-код собственной кредитки. В ответ на отчаянное сообщение, отправленное Мэдди, я получил пин-код, девичью фамилию мамы и пароль. Вооружённый знаниями, необходимыми для выживания в современном мире, я купил три дизайнерских костюма, три рубашки и две пары обуви. Один из костюмов я сразу же надел, а старую одежду упаковали и вручили мне пакеты, хотя я и не собирался впредь облачаться в нее.
Через месяц после амнезии на свет появилась модель Воган 2.0. Да, были небольшие проблемы с операционной системой, да и память скромного объёма, но выглядела эта модель почище и поаккуратнее; интерфейс гораздо более приятен для глаз; не источает дым и вовремя заменяет все батарейки. Я надеялся, что найдётся система, в которой кто-нибудь вроде Мэдди посчитает эту модель желанной и крайне необходимой.
— Прошу вас, сэр! — Продавец протянул мне пакеты с покупками. — Особый случай?
— Вроде того. Я только что познакомился со своей женой.
— Мои поздравления, сэр! И когда свадьба?
— Ох, не спеши, парень, — вздохнул я, заталкивая чек в пакет. — Сначала нужно с ней развестись…
Глава 11
«Это первый день остатка твоей жизни» —гласила надпись на открытке, с которой на вас смотрел симпатичный тюлень. Фраза вселяла надежду даже в меня, в моей-то безнадёжной ситуации. Внутри открытки я обнаружил продолжение: несколько дальше стоит канадский охотник на тюленей с багром в руках, и надпись: «Ага, и последний день остатка твоей жизни».
Я бродил между полками с дорогущими открытками, совершенно растерявшись от бесконечного, но бессмысленного выбора. Может, Дилли нравятся милые зверушки? Или фотографии стильных девчонок-подростков? Она точно уже выросла из диснеевских принцесс? Как же я боялся ошибиться. Это ведь очень важно. «Прости, я забыл про твой день рождения…»Раскрыв, читаю внутри: «У меня был ужасно растрёпанный день».Ещё раз смотрю на открытку — мохнатый нечёсаный пёс. Ещё раз читаю: «У меня был ужасно растрёпанный день».Видимо, в результате амнезии утрачен участок памяти, где хранилось понимание этой шутки. Нашлись ещё открытки с надписью «Прости, я забыл про твой день рождения»,но ни одна из них не продолжалась словами «Потому что у меня чертовски редкое неврологическое заболевание, известное как обратимая амнезия».
В открытке для Дилли я написал, что хотел бы подарить ей то, что она сама выберет, но додумался до этого лишь через несколько часов блужданий по магазину игрушек в поисках вдохновения. В открытку я вложил свою маленькую фотографию, чтобы новый безбородый и стильный имидж отца в костюме не стал для детей потрясением. И чтобы быть уверенным, что они действительно знают, как этот самый отец выглядит. В глубине души я всё ещё сомневался, что они со мной вообще знакомы.
Когда я вернулся с почты, Линда уже возилась на кухне, помешивая что-то в кастрюле. Она оглянулась, взвизгнула и вдруг бросилась на меня, размахивая деревянной ложкой. Капли густого картофельного супа брызнули во все стороны.
— Линда, это же я!
— Воган, чёрт тебя подери… тебя не узнать.
— Ты заляпала мой новый костюм!
— Прости, но ты совсем на себя не похож. Где борода? Да ты красавчик! Нет, ты, конечно, всегда былхорош собой…
Она стянула с меня пиджак и занялась его чисткой, когда в кухне появился Гэри:
— Всё в порядке?
— Ну и как? — выжидательно обернулась к мужу Линда.
— Э-э… новое платье?
— Не я — как тебе Воган?
— А что такое?
— Он сбрил бороду!!!
— А, так вот в чём дело. А я подумал, он просто голову помыл.
— А костюм?
— О, точно! Ну всё-таки понедельник — важный день, первый раз на работу…
Да, я действительно решил вернуться на свое прежнеё рабочеё место: инстинкт подсказывал, что, если торчать целыми днями в квартире Линды и Гэри, душевного здоровья не прибавится.
— Ты мне ничего не сказал, Гэри, — неожиданно встревожилась Линда. — Почему ты мне не сказал? Ты никогда мне ничего не говоришь!
— Слушай, но это же совершенно не логично. Если бы я никогдатебе ничего не рассказывал, ты бы не знала, как меня зовут, да вообще ничего обо мне не…
Взвыли сирены, и толпы народа ринулись в убежища. Приближалась страшная семейная буря. Человек, который совсем недавно учил меня теории семейной жизни, собирался продемонстрировать её на практике. И если я и впредь останусь гостем семейной пары, то рано или поздно они попытаются пробудить во мне воспоминания о грядущем разводе, устраивая скандалы в моём присутствии.
Немного есть вещей на свете столь же неловких, как присутствовать при выяснении отношений между мужем и женой. Единственный разумный вариант поведения — залечь на полу в безопасном месте, притворившись глухим и немым, но мысленно живо реагируя на каждый поворот дискуссии: «О-о, этого я не стал бы говорить!» или «О нет, но и так отвечать не стоило, будет только хуже!»
В каждой семье существует свой «геологический разлом», проходящий недалеко от поверхности, и даже легкий шум или слабые сотрясения могут объясняться этой трещиной, лежащей в основе конфликта. Разлом может именоваться «ты женился на мне только потому, что я забеременела» или «тебя никогда нет рядом в трудные моменты», но всё же большую часть времени эти могучие скрытые силы безмятежно дремлют. И вдруг, без особого повода, посуда начинает мелко вибрировать, семейное фото падает со стены, и, прежде чем вы успеете осознать, что происходит, подземные тектонические плиты приходят в движение и скандал достигает 8,2 балла по шкале Рихтера.
Не надо быть профессором психологии, чтобы понять, что главная линия напряжения в браке Линды и Гэри проходит по вопросу рождения Дитя/ребёнка.Истории известны мужчины, ожидавшие рождения наследника с меньшим энтузиазмом, чем Гэри. Сразу приходит в голову царь Ирод, например. Но хотя все их семейные споры крутились, по большому счёту, именно вокруг этой темы, практически никогда они не ссорились в открытую — словно сейсмическое напряжение нарастало постепенно.