Простор
Простор читать книгу онлайн
Соловьёв родился в Ленинграде, в семье рабочего-революционера. Навсегда сберёг он в памяти облик отца, погибшего в первые дни октябрьской бури: суровое, изъеденное металлической пылью лицо, рано поседевшие усы, серые упрямые глаза.
С детских лет Игнат пошёл работать и уже подростком вступил на отцовский путь — светлый путь борьбы за народное счастье. В годы гражданской войны, комсомольцем, бился с беляками, а когда рассеялся дым последних сражений, молодого бойца послали в Москву учиться. Но закончить ученье ему не пришлось: по заданию партии Соловьёв, уже коммунист, отправился в Казахстан — «раздавать земли баев бедноте». В Казахстане он застрял надолго. Борьба с байскими бандами была жестокой, и не раз жизнь Соловьёва висела на волоске. Как память о прошлых боях до сих пор хранится у него отделанная серебром и золотом сабля, на клинке которой вычеканена дарственная надпись: «И. Ф. Соловьёву от казахских большевиков»...
Внимание! Книга может содержать контент только для совершеннолетних. Для несовершеннолетних чтение данного контента СТРОГО ЗАПРЕЩЕНО! Если в книге присутствует наличие пропаганды ЛГБТ и другого, запрещенного контента - просьба написать на почту [email protected] для удаления материала
Лариса решила пойти к соседке — к Наде Байтеновой. Она молода и всё поймёт.
Надя Байтенова всё видела и всё знала: не секрет же, как ведёт себя Захаров. Лариса ей нравилась, только Надя не понимала, как можно терпеть такие выходки мужа. Нелепо ждать верности от беспутного, а чуткости от себялюбца. Надя не удивилась, что Лариса пришла к ней. Она слушала смятенную и подавленную Ларису, радуясь, что в её глазах были не только слёзы — временами сквозь них пробивались гнев и решимость.
— У тебя большое горе, — сказала Надя, — тебе очень тяжело. Я знаю. Но тебе станет ещё хуже, если ты не будешь бороться.
— Бороться? — удивилась Лариса. — С Иваном?
— Нет, бороться за себя… Сидишь дома, переживаешь, никуда не ходишь, ничего не делаешь. Разве это жизнь? Это покорность, рабская покорность!
— Что же мне делать? — с отчаянием спросила Лариса.
— Надо идти к людям. Люди — это жизнь. В этом твоё спасение.
— Работать?
— Конечно!..
— Знаешь… я очень хочу работать! — вдруг обрадовалась Лариса.
— Правильно! Вот теперь ты мне нравишься. Что ты умеешь делать? Есть у тебя профессия?
Лариса растерянно посмотрела на свою собеседницу.
— Машину умею водить.
— Вот это хорошо! Ты знаешь Гребенюка?
— Нет.
— Это заведующий гаражом. Прекрасный человек. Я сегодня с ним поговорю, а завтра пойдём вместе: ему очень нужны водители.
Лариса влажными глазами посмотрела на Надю, слегка улыбнулась: ей хотелось поблагодарить, сказать что-то хорошее, но, побоявшись, что она расплачется, если заговорит, Лариса только крепко пожала Надину руку.
Вернувшись домой, она написала Родиону Семёновичу подробное письмо обо всём, что случилось в её жизни за последние годы.
Своей просьбой Надя Байтенова озадачила Тараса: шутка ли, жена главного инженера станет водить бензовоз или самосвал! Да Захаров такой шум поднимет — только держись! Но Надя рассказала о тяжёлой судьбе Ларисы, и Тарас подумал: «В конце концов мне-то что? Я её не звал, не упрашивал. Хочет — пусть работает, не хочет — пусть сидит дома».
Когда на следующий день Надя пришла в гараж с Ларисой, Гребенюка не было. Диспетчер, с любопытством глядя на женщин, объяснил:
— Когда Тарас Григорьевич вернётся, сказать не могу. Он срочно уехал, успел только распорядиться, чтоб новому шофёру машину дали. А вы по какому поводу?
— Вот вам и новый шофёр, — рассмеялась Надя, показывая на Ларису.
Диспетчер с недоверием следил за ней, когда Лариса осматривала машину и проверяла мотор.
На следующий день утром Тарас увидел молодую женщину, одетую в синий комбинезон и белую косынку — жену главного инженера. И хотя он всё знал со слов Нади Байтеновой, он всё же с некоторым изумлением посмотрел на Ларису — такое нежное создание, а вот ведь — шофёр!
— Как вчера работалось? — поинтересовался Тарас.
— Сказать по правде — трудно.
— Подзабыли трошки?
— Нет, не то. Я дорог здесь не знаю. Не только, куда ездить, но и как именно ездить. Не знаю ещё, где на какой скорости вести машину.
— Це дило наживное, привыкнете… А машина в порядке?
— Да. В порядке.
— Никаких жалоб или претензий нет?
— Нет.
Лариса понимала, что Тарас попросту изучает её и задаёт вопросы, чтоб не разглядывать молча. В другое время Лариса смутилась бы, а может быть, и вспылила. Но сейчас она видела в Тарасе человека, который в трудную минуту протянул ей руку и выручил, взяв на работу. А Тарас думал о том, что их судьбы похожи. Но ей, конечно, трудней: она женщина, не очень-то приспособленная к тому, чтобы отстаивать своё место в жизни. И ей надо помочь.
— Сейчас вам трудновато придётся, — медленно сказал Тарас, — мотор изношен, будет барахлить, а тормоза слабы. Но как только получим новые машины — вас переведём.
— Спасибо.
Лариса пошла заправлять свой грузовик горючим. В это время подъехала машина, из кабины которой вылез пожилой шофёр и, сильно прихрамывая, направился к диспетчеру.
— На разгрузке ногу помял, — словно оправдываясь, сказал он, — скорей путёвку выписывай: поеду, может, от мотора отогреется и перестанет болеть.
— На ходу лечиться вздумал? — спросил с удивлением диспетчер, но путёвку всё-таки выписал.
Шофёр уже пошёл обратно, но Тарас, заметив, как он ковыляет, остановил его.
— Куда это ты собрался? В больницу?
— В рейс.
— А ну-ка, дай путёвку, — Гребенюк спокойно взял протянутый ему листок и положил в карман.
— Тарас Григорьевич! Да ведь план! Мне бы ещё три ездки! — умоляюще сказал шофёр.
— И не думай! Иди к Надежде Васильевне. И швыдче.
— Да ведь даже не болит, только так — покалывает.
— Кому я говорю? В больницу!
— Ну, хоть не три, а два рейса!
— Иди к доктору, а за свой план не беспокойся. Выполним!
Шофёр ушёл, а Гребенюк сердито сказал диспетчеру:
— Что ж ты, не бачишь, что человек не того?
— Да он сам попросил.
— А ты и рад!
— Но у нас нет ни одного свободного шофёра, — не сдавался диспетчер, — а план есть план.
— Что ж, по-твоему, я не шофёр? — спросил Тарас.
— Вы заведующий.
— Так вот слухай: Гребенюк, заведующий гаражом, велел тебе выписать путёвку Гребенюку-шофёру. Ясно?
— Ясно, — рассмеялся диспетчер.
Лариса, слышавшая весь этот разговор, невольно подумала, что Захаров на месте Тараса обязательно погнал бы шофёра в рейс, даже не обратив внимания на повреждённую ногу. А уж заменить больного товарища Ивану и в голову не пришло бы.
Захаров пропадал три дня. Он словно решил наказать Ларису. Если три дня поскучает, так будет в восторге, когда он вернётся.
Он приехал днём, когда в совхозе было жарко и пустынно. На улице, перед домом, играли дети: дочь Байтенова Джамал и сын Гребенюка Витя, который недавно, когда Тарасу дали комнату, переехал в совхоз.
Видно было, что Витя не хочет слушаться подругу, и Джамал уже прибегает к неоспоримому авторитету своей матери.
— Обедать ты будешь у нас. Так сказала мама. Она велела, чтоб ты мне во всём помогал. И вместе не так страшно. А то все с утра на работе, а я в доме одна. Мы теперь с тобой сторожа.
— Не сторожа, а охрана, — поправил Витя.
Захаров поднялся на крыльцо, но дом оказался запертым. Захаров постучал. Никто не отозвался. Захаров забарабанил в дверь — его ещё заставляют ждать!
Подбежала Джамал:
— Дядя Ваня, не стучите! Ключи у меня.
— А где тётя Лара? В магазин пошла?
— Нет. Она на работе. С утра ушла.
— На какой работе?
— Тётя Лара работает шофёром у Витиного папы, в гараже.
— В гараже?! Шофёром?! — Захаров так взглянул на Джамал, точно она во всём была виновата.
Девочка испугалась и убежала.
— Витя! — страшным шёпотом сказала она мальчику. — Пойдём в другое место. Дядя Ваня опять пьяный!
Захаров хотел тотчас же идти в гараж, но, сообразив, что Ларисы может там не быть да и скандалить на людях не очень-то удобно, решил дожидаться её дома.
Он был взбешён самовольством жены. Как это, не посоветовавшись, пойти работать простым шофёром! Да она опозорила его на весь совхоз!
Войдя в комнату, он увидел, что всё прибрано и вычищено. Это разозлило его ещё больше.
Захаров раздражённо ходил по комнате, беспрерывно куря и швыряя окурки на пол. С завтрашнего дня Лариса либо бросит эту идиотскую работу, либо он выгонит её из дому!..
Лариса вернулась только вечером. Не глядя на мужа, прошла в кухню и там сняла комбинезон, пропахший бензином.
— Где ты была?! — раздался грозный окрик Захарова.
Он стоял в дверях и в упор глядел на Ларису, Она сдержанно ответила:
— Была на работе. Возила горючее.
— Кто тебе позволил работать шофёром?
— Мне никто не запрещал.
— Ты что, дура? — завопил Захаров. — Не понимаешь, что теперь все будут говорить: жена главного инженера, а работает в гараже! Значит, муж жадничает и деньги в кубышку прячет!