Полное собрание сочинений. Том 27.

Леонидъ Ѳедоровичъ.Простите, это ужъ ясно. Всѣ могутъ дѣлать вопросы о томъ, что интересуетъ или затрудняетъ.

Профессоръ.Да я только хотѣлъ сказать, что наука нетолько не противурѣчитъ этимъ даннымъ, но, напротивъ, многосторонне подтверждаетъ ихъ своимъ положеніемъ о переходѣ силъ въ матерію и обратно.

Леонидъ Ѳедоровичъ.Теперь Трифонъ Никифоровичъ будетъ усыплять.

(Шпюлеръ подходитъ къ Семену и машетъ.)

Шпюлеръ.Какъ скоро субъектъ заснетъ, мы потушимъ свѣчи и будемъ ждать проявленій и сообщеній.

Самаринъ.Зачѣмъ же темнота?

Леонидъ Ѳедоровичъ.Таковы условія сначала, потомъ могутъ проявляться и при свѣчахъ.

(Тишина.)

Шпюлеръ (шопотомъ).Засыпаетъ. Очень чувствителенъ.

(Семенъ тянется.)

Леонидъ Ѳедоровичъ (встаетъ).Кажется, заснулъ.

(Тишина. Семенъ рычитъ и фыркаетъ и опять тянется.)

Леонидъ Ѳедоровичъ.Заснулъ. (Тушитъ свѣчи. Таня встаетъ, становится на диванъ и достаетъ ниточку, привязанную къ бра. Семенъ лижетъ палецъ, мажетъ косточки, махаетъ ими, светится и рычитъ)

Толстая барыня.Ахъ, это ужасно! Я видѣла. Вы видѣли?

Леонидъ Ѳедоровичъ.Это только начинается. Это свѣтъ. И свѣтовыя явленія похожи на Николаевы.

Самаринъ.Что Николаевы?

Профессоръ.Николай, монахъ, чехъ 15-го вѣка. Онъ часто сообщался съ нами. Но можно узнать. Я спрошу.

Самаринъ.Какже онъ отвѣтитъ?

Профессоръ.А стуками. Утвердительный стукъ — два. (Особеннымъ голосомъ.)Ты здѣсь?

(Таня стучитъ о стену.)

Толстая барыня.Я уйду... А хочется присутствовать.

Самаринъ.Ради Бога, не мѣшайте.

Профессоръ.Знакомый нашъ. (Два стука.)Николай чехъ. (Две пары стуковъ.)Вы видите, онъ. (Летятъ на столъ карандашъ, перо, утиралка перьевъ, и гитара звѣнитъ.)

Леонидъ Ѳедоровичъ.О, какое сильное проявленіе.

Самаринъ.Позвольте, позвольте, надо изслѣдовать.

Леонидъ Ѳедоровичъ.Вы думаете, что онъ? Сядьте подлѣ, держите. Но будьте увѣрены, онъ спитъ.

Самаринъ (подходитъ, задѣваетъ головой за нитку, которую Таня спускаетъ, и испуганно нагибается).Даа... (Подходитъ, беретъ за локоть Семена. Семенъ рычитъ.)

Леонидъ Ѳедоровичъ.Ему тяжело. Чѣмъ сильнѣе проявленія, тѣмъ больше тяготится медіумъ. Что, онъ не шевелится?

Самаринъ.Нѣтъ, только тяжело дышитъ.

Толстая барыня.Позвольте. Я думаю, что это невозможно. Тутъ какое нибудь...

(Таня проводитъ ниткой ей по головѣ.)

Толстая барыня.Ай!

Леонидъ Ѳедоровичъ.Что, что?

Толстая барыня.Онъ меня за волосы взялъ.

Леонидъ Ѳедоровичъ.Это ничего; онъ прямо рукой беретъ. Холодно?

Толстая барыня.Ай, не надо.

Профессоръ.Одно несомнѣнно, что онъ теперь здѣсь съ нами и въ добромъ и бодромъ, такъ сказать, состояніи, и поэтому я совѣтую сколь возможно воспользоваться его присутствіемъ.

Леонидъ Ѳедоровичъ.Кто хочетъ спросить что нибудь?

Самаринъ.Позвольте, я спрошу. Вы говорите, надо вопросы, на которые только да или нѣтъ?

Профессоръ.Не иначе.

Самаринъ.Вѣрю я или нѣтъ? (Два стука.)

Профессоръ.Значитъ, вѣрите.

Самаринъ.Позвольте, я спрошу. Есть у меня въ карманѣ 10 р. бумажка? (6 стуковъ, и нитка проходитъ по голове и цепляетъ за ухо.)

Самаринъ.Ахъ! (Хватаетъ за нитку и обрываетъ.)

Профессоръ.Ему непріятны пустые, скептическіе, такъ сказать, вопросы.

Самаринъ.Нѣтъ, позвольте, у меня въ рукахъ нитка.

Леонидъ Ѳедоровичъ.Это часто бываетъ, нетолько нитка, но шелковые шнурки, самые древніе.

Самаринъ.Нѣтъ, позвольте свѣтъ. Тутъ что нибудь. (Въ него летитъ подушка.)

Профессоръ.Вы держите то, что имѣете въ рукѣ, не нарушайте сообщеній, которыя могутъ быть интересны.

Толстая барыня.Да, пожалуйста, не зажигайте и продолжайте.

Самаринъ (ощупывая и разглядывая).Нитка. (Убираетъ свой конецъ и переходитъ на другую сторону.)

Профессоръ.Господа, не надо злоупотреблять и утруждать, такъ сказать, нашего духовнаго посѣтителя. Проявленія были. Присутствіе его извѣстно, и потому я предлагаю, какъ обыкновенно, такъ сказать, дѣлается послѣ того какъ онъ исполнилъ наши желанія, предоставить ему выразить свои желанія относительно, такъ сказать, нашей дѣятельности.

Самаринъ.Какже онъ выскажетъ?

Профессоръ.Желанія свои духъ обыкновенно высказываетъ черезъ медіума, иногда движеніями, иногда даже прямо слова. Медіумъ говоритъ, находясь въ ясновидящемъ состояніи. Такъ согласны?

Всѣ.Согласны!

Профессоръ.Просимъ тебя, Николай, если ты еще здѣсь, выразить теперь свои желанія. Согласенъ ты?

(Два стука, и Таня звонитъ въ колокольчикъ. Семенъ начинаетъ рычать и разводить руками и давить Профессора и Самарина.)

Профессоръ.Онъ чего то требуетъ, настоятельно требуетъ.

Самаринъ (вырывается).Нѣтъ, это невозможно!

Профессоръ.Смотрите за проявленіями теперь.

(Летитъ мужицкая бумага на столъ.)

Леонидъ Ѳедоровичъ.Это бумага какая то. (Летитъ дорожная чернильница.)Чернильница! (Летитъ перо.)Перо!

Профессоръ.Онъ, вѣрно, хочетъ написать. Откройте чернильницу и положите на бумагу перо. Вѣроятно, оно напишетъ.

Леонидъ Ѳедоровичъ.Нѣтъ. Но чего то требуетъ, опредѣленнаго требуетъ.

(Колоколъчикъ звонитъ. Семенъ рычитъ и давитъ. Таня заходитъ сзади Леонида Ѳедоровича и бьетъ его по головѣ гитарой и кидаетъ ее на диванъ.)

Леонидъ Ѳедоровичъ.Ахъ! проявленія всѣ на меня. Отъ меня чего то требуетъ.

Профессоръ.Онъ страшно корчится, душитъ меня, узнайте его, такъ сказать, требованія скорѣй.

Леонидъ Ѳедоровичъ.Не могу понять, какая это бумага.

Профессоръ.Выдьте, посмотрите скорѣй, такъ сказать. Онъ торопитъ.

(Таня звонитъ. Семенъ рычитъ.)

Леонидъ Ѳедоровичъ (выходитъ въ дверь и тотчасъ же возвращается).Необычайно! Бумага, которая была у меня въ кабинетѣ. Это договоръ съ крестьянами, Онъ хочетъ, чтобъ я подписалъ его. Такъ и есть, утромъ сообщеніе было неопредѣленное.

Профессоръ.Это самое. Медіумъ успокоился.

Самаринъ.Такъ онъ требуетъ, чтобы вы продали землю мужикамъ?

Леонидъ Ѳедоровичъ.Да, да. Да можно спросить. Спросите, Викторъ Алексѣевичъ.

Профессоръ.Ты хочешь, чтобы подписана была бумага?

(Стукъ усиленный. Леонидъ Ѳедоровичъ беретъ перо и выходитъ.)

Толстая барыня.Необыкновенно!

Профессоръ.Онъ успокоился. Тутъ ли онъ? Ты здѣсь?

(Стукъ, стукъ.)

Леонидъ Ѳедоровичъ (возвращается).Спросите, то ли я сдѣлалъ?

Профессоръ.Николай, то-ли ты желалъ?

(Два стука, и потомъ начинается звонъ колокольчиковъ, гитары и гармоніи. Таня, произведя это, лѣзетъ подъ диванъ.)

Профессоръ.Обычное его прощаніе.

(Семенъ потягивается и прокашливается.)

Профессоръ.Можно зажечь свѣчу.

Самаринъ (зажигаетъ).Да, необычайно!

Толстая барыня.Да, теперь нѣтъ сомнѣнья, удивительно.

Самаринъ.Однако нитка — вотъ она.

Профессоръ.Ну чтожъ нитка? Могла быть и нитка. Она, такъ сказать, орудіе, движимое тѣмъ же духомъ.

(Семенъ встаетъ и улыбается.)

Толстая барыня.Ты чтожъ чувствовалъ?

Семенъ (смѣется).Не могу знать. (Уходитъ.)